Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 14 из 25

Глава 12

Глава 12

Чёрный экран

Никита вышел от Стаса, набрал номер Кати. Гудки. Она сбросила вызов.

- И черт с ней!

Он сел в машину, посмотрел в телефон. Перед ним была переписка с Настей. Последнее сообщение:«Привет, соскучился?))) Может, встретимся?»

Он набрал в ответ:«Привет. Есть идея. Давай съездим отдохнуть на пару дней. Я забронирую».

Отправил. Зачем? Потому что бесился. И зажмурился, чувствуя, как в груди что-то оборвалось.

«Что я делаю?» — промелькнуло в голове. — «Зачем я это делаю?»

Он хотел написать Кате. Хотел написать:«Прости, я не должен был уходить. Приеду. Всё объясню».

Но он не написал.

Он сжал руль так, что побелели костяшки, и прошептал в пустоту:

— Я просто запутался. Мне нужно время. Просто… время.

Он даже не понял, кому говорил это — себе или ей.

Катя вернулась в комнату, взяла телефон и набрала номер Саши. Гудки. Один, второй, третий.

— Алло? — голос Саши был сонным, но Катя уже не могла ждать.

— Саш, — сказала она, и голос её сорвался на шёпот. — Ты можешь говорить?

— Кать? — Саша мгновенно проснулась. — Ты чего? Что случилось? Ты плачешь?

— Нет, — соврала Катя, но слёзы уже текли по щекам. Она вытерла их ладонью и глубоко вздохнула, пытаясь взять себя в руки. — Я не плачу. Просто… я не знаю, что делать.

— Рассказывай, — потребовала Саша. — С самого начала. Не пропускай ничего.

Катя села на кровать, подтянув колени к груди, и начала говорить. Сначала тихо, потом всё быстрее, как будто если она выговорит всё, боль уйдёт.

— Он пришёл вчера. Мы разговаривали. Я сказала, что с Артемом всё. Мы… мы поцеловались. А потом… — она запнулась, и голос её дрогнул. — Потом мы переспали, Саш.

— Ого, — выдохнула Саша. — И как?

— Лучше не было никогда, — честно ответила Катя, и в голосе её прозвучала такая тоска, что Саша на другом конце телефона замерла. — Он смотрел на меня так, будто я — всё. Будто он никогда не хотел никого так сильно. Он обнимал меня, целовал, говорил. Я заснула у него на плече. Я думала, что он останется. Думала, что мы наконец-то вместе.

— А он ушёл? — догадалась Саша, и голос её стал твёрже.

— Да, — выдохнула Катя, и слёзы хлынули с новой силой. — Он ушёл, пока я спала. Отправил сообщение. Всего четыре слова: «Прости. Мне надо подумать». И всё. Ни звонка, ни сообщения. Как будто меня не существует.

Она замолчала, пытаясь справиться с дыханием. Саша молчала на том конце, и слышно было только её прерывистое дыхание.

— Кать, — наконец сказала Саша, и голос её был жёстким, но в нём слышалась боль за подругу. — Ты не заслужила такого. Ты понимаешь? Он дебил. Но ты… ты хочешь ему позвонить?

— Нет, — отрезала Катя, и в голосе её впервые за утро появилась злость. — Я не буду ему звонить. Я не буду выглядеть жалкой. Если он хочет подумать — пусть думает. Я не буду бегать за ним.

— Катя, но вы же любите друг друга, — мягко сказала Саша. — Я вижу это. Все видят.

— А я не вижу, — ответила Катя, и голос её задрожал. — Я не вижу ничего. Он не написал. Не позвонил. Что я для него — просто удобство. Просто та, с кем можно переспать и уйти.

Она замолчала и снова посмотрела на телефон. Чат с Никитой был всё так же пуст. Ни одного нового сообщения. Ни одного пропущенного звонка.

Она попыталась улыбнуться, но у неё не получилось.

— Я думала, что этой ночью всё изменится, — прошептала она. — Я думала, что он, наконец, поймёт, что я ему нужна. А он… он просто использовал меня.

— Ты не знаешь, что у него в голове, — возразила Саша. — Может быть, он просто испугался. Ты знаешь его — он боится чувств.

— Я тоже боюсь, — ответила Катя. — Но я не убегаю. Я здесь. А он — нет.

Она замолчала, глядя на тёмный экран телефона. Она всё ещё надеялась, что он напишет. Что на экране загорится его имя. Что он скажет: «Прости, я был дураком, я еду к тебе».

Но экран оставался чёрным.

— Кать… может быть, стоит просто подождать? Дать ему время?

— Нет, — отрезала Катя, и в голосе её была сталь. — Если он хочет быть со мной — он найдёт способ. А если нет… значит, я была просто ошибкой.

Она сбросила звонок и уставилась в стену. Слёзы уже не текли. Внутри была только злость, смешанная с пустотой.

Она подошла к зеркалу ещё раз, посмотрела на засос на шее и провела пальцами по нему.