Страница 55 из 72
Я стучу. Затем стучу снова. Ответа нет. Я не могу избавиться от чувства, что я все очень, очень сильно испортила.
Как раз когда я уже собираюсь сдаться, я слышу тихое шарканье ног по ту сторону. Я сглатываю. Дверь открывается.
Я едва узнаю мужчину перед собой. Слейт, всегда бывший образцом мужской ухоженности и личного стиля, выглядит как полная развалина. На нем та же домашняя одежда, в которой я видела его тысячу раз, но из-за его поникшей осанки она почему-то кажется поношенной и жалкой. Лицо не брито, а в его обычно живых глазах нет того блеска, к которому я привыкла. Это не тот человек, которого я знаю.
— Привет, — бормочет он, придерживая дверь. Он наклоняет голову в неохотном приглашении войти. Я делаю осторожный шаг внутрь, только сейчас понимая, насколько неуместно с моей стороны было заявляться вот так.
— Прости, что заставила тебя увидеться со мной, — выпаливаю я, наполовину извиняясь, наполовину надеясь, что он заверит меня, что извиняться не за что. Как сделал бы прежний Слейт.
— Все нормально.
Я чувствую, как наворачиваются слезы. Никогда в жизни я так не ненавидела слово «нормально».
— Мы ведь все еще друзья, верно? — спрашиваю я, не в силах скрыть отчаяние в голосе.
Мы стоим прямо за порогом. В горле ком, а в груди жжет. Любому случайному наблюдателю неловкое расстояние между нами показалось бы признаком того, что мы абсолютно чужие люди. Я стараюсь не зацикливаться на этом.
Почему ему требуется так много времени на ответ? У меня душа уходит в пятки.
— Слейт?
— Да, Китон. — Он вздыхает и протягивает руку, и я с готовностью хватаюсь за нее, пытаясь закрыть эту зияющую пропасть между нами. — Мы все еще друзья.
Я наслаждаюсь теплом его пальцев в своих. Ком в горле сжимается еще сильнее, пока он не продолжает.
— Мы все еще друзья… но я больше не могу заниматься с тобой сексом. — Долгая, неловкая пауза. — В любом случае, ты уже выпустилась. Теперь ты мастер. — Последнюю фразу он произносит с натянутой улыбкой.
— Ученик всегда превосходит мастера в какой-то момент. — Я слышу легкомыслие в своих словах, но на душе мне не становится легче. Я чувствую себя обманщицей.
— Так говорят.
Еще какое-то мгновение мы стоим вот так, слабо держась за руки. Я больше не могу этого выносить.
— Мне лучше пойти. Спасибо за… — Я, честно говоря, не знаю, как продолжить. — За все.
— Ага. — Слейт открывает мне дверь. — Пока, Кит.
— Пока, Слейт.
Вернувшись в офис, я ощущаю пустоту в животе, которая не имеет ничего общего с пропущенным обедом. Все будет хорошо. У меня и раньше бывали приступы мелкого недопонимания и даже небольших обид с Габби и Кариной. Мы давали друг другу необходимое пространство, а потом все возвращалось в норму за несколько дней.
Но Слейт не такой, как другие мои друзья, понимаю я. Ситуация с ним совершенно иная. Мы вышли за пределы дружеской территории и наивно забрели в серую зону. Поразительно красивую, трагически опасную серую зону. А потом я отпустила ситуацию и попятилась назад, оставив его бродить в этой серой зоне в одиночестве. Я бросила его там только потому, что слишком боюсь…
— Привет, Китон.
Я вздрагиваю от звука мужского баритона. Когда я поднимаю глаза, только что обгрызенная ручка с громким стуком падает с моих губ на стол.
— Ох, привет, Джером.
Офисный красавчик стоит, небрежно опершись одной рукой о мой стол. Как я не услышала, что он подошел? Обычно мои «джеромовские» сенсоры улавливают звук его шагов и запах ненавязчивого одеколона.
— Здорово же досталось этой ручке, — говорит он с дружелюбной улыбкой. Его зубы сверкают в люминесцентном свете офиса.
Я вытираю рот тыльной стороной ладони.
— Ну да, — отвечаю я, не представляя, к чему вообще веду, — сейчас только начало дня, а я уже витаю в облаках и думаю, что буду есть на ужин.
Что за бред, Китон?
— И чего же тебе хочется? — искренне интересуется он.
— Есть тут один тайский ресторан, в который я очень хочу сходить.
Со Слейтом.
— Ого, я уже давно не ел тайскую еду. Ты не против, если я присоединюсь?
Мое сердце замирает. Неужели любимец всего офиса правда зовет меня на свидание? Или он просто хочет поесть тайской еды? Я говорила Карине и Габби, что он милый, и это так – в классическом понимании, к тому же я знаю, что многие мои коллеги-женщины считают его горячим. Но если честно? Меня он никогда особо не привлекал.
— Ты можешь сказать «нет», — успокаивающе говорит он. — Я понимаю, что вторгаюсь в твои мечты.
Нет, правда, не вторгаешься
, — хочется мне сказать. —
Я мечтала о тебе каждый день с тех пор, как…
Мои мысли замирают. Я ведь на самом деле больше не мечтаю о Джероме, не так ли?
— Тайская еда в приятной компании. Конечно. Звучит здорово.
— Кто такой Джером? А как же тот другой приятный молодой человек? — спрашивает меня Мира уже в третий раз с тех пор, как я потерпела крушение за ее кухонным столом. У меня оставалось всего полчаса до того, как Джером должен был заехать за мной, чтобы поехать в ресторан.
В панике я постучала в дверь к Мире, понимая, что за моей собственной дверью нет Пэнни, которая могла бы впитать мои бушующие эмоции. Всегда радушная к гостям, Мира впустила меня и усадила за стол с горячей чашкой чая. Я сделала глоток, но тонкие нотки специй никак не помогли унять волнение.
— Это мужчина, с которым я должна поужинать меньше чем через час! — пищу я, отвечая на ее вопрос. — Но я какое-то время назад обещала Слейту, что мы сходим в этот ресторан вместе. Слейт обожает тайскую кухню, и это будет абсолютным предательством нашей дружбы, если я пойду туда с каким-то случайным парнем с работы! — Я нервно тереблю скатерть. — Я должна быть так рада этому! Он же завидная партия. Он бегает марафоны ради благотворительности. Да кто вообще так делает?
Мира игнорирует все, что я говорю о Джероме, отмахиваясь от этих слов, как от назойливых мух.
— Ты чувствуешь, что предашь Слейта, если пойдешь ужинать с другим мужчиной?
Я с громким звуком отпиваю чай, прежде чем однозначно ответить: — Да.
— А Слейт – просто твой друг? — спрашивает она.
— Слейт больше, чем друг! — слышу я собственные слова.
Ой-ой.
Мира откидывается на спинку стула и улыбается.
Проклятье.
— Похоже, у тебя есть серьезные чувства к Слейту.
— Все не так. Он просто мой друг, вообще-то один из моих лучших друзей. По крайней мере, он им был…
— Любовь – это дружба, но дружба с огнем в сердце.