Машина любви(ЛП)

ГЛАВА 17

СЛЕЙТ

Мы с трудом раздеваем друг друга, не отрываясь от страстного поцелуя. Но мне так хорошо с ней, что я не хочу останавливаться. Я откидываюсь на спину, пожирая взглядом ее обнаженное тело, и улыбаюсь, заметив, что она делает то же самое.

— Тащи сюда свою шикарную задницу, — говорю я. — Давай, оседлай меня.

В отеле мы так и не попробовали позу наездницы, да и вообще никакие новые позы, и я хочу наверстать упущенное – шанс, который мы ни за что не должны были терять.

Китон с энтузиазмом мурлычет и забирается на кровать, чтобы оседлать меня. У меня перехватывает дыхание, когда ее уже влажная киска касается головки моего напряженного члена. В этот момент я вспоминаю, что должен учить ее, делиться с ней мудростью.

— Иди сюда. Сначала немного подразни меня.

Китон делает паузу, обдумывая это, а затем опускает бедра, скользя по моему твердому стволу. Она издает легкий вздох облегчения от этого трения. Затем продолжает тереться об меня, доставляя удовольствие себе и смазывая мой член своими соками.

У меня перехватывает дыхание, когда я вижу, как она экспериментирует. Опираясь на локти, я притягиваю ее к себе, и мы страстно целуемся, пока Китон продолжает свою сладкую пытку.

Наконец, когда никто из нас больше не может выносить ожидания, она опускается на меня. Мы оба стонем, когда ее влажный жар медленно обволакивает меня. Кажется, проходит целая вечность, прежде чем мой член проникает в нее до самого основания, и ее таз полностью прижимается к моему.

Китон приподнимается и снова скользит вниз, вырывая у нас обоих судорожный вдох. Затем снова, с большей силой, и еще раз, вскоре находя свой ритм. Я кладу руки ей на бедра, чтобы направлять ее движения.

Она вскрикивает, когда мои пальцы касаются ее клитора. Китон скачет на мне все быстрее и быстрее, опускаясь и поднимаясь, постанывая каждый раз, когда я задеваю ту самую сладкую точку внутри. Я растираю ее клитор быстрее и толкаюсь бедрами навстречу ее движениям. Я отчаянно хочу, чтобы она кончила; мне это нужно больше, чем собственная разрядка, больше, чем воздух. Я опьянен ее видом, ее звуками, ее запахом, тем, как она ошеломительна в своей страсти. И когда наши взгляды встречаются, волна нежности и желания грозит затопить мое сердце.

Китон запрокидывает голову.

— Ох, Слейт… ох, ох, я сейчас… — Ее слова растворяются в невнятном стоне.

Ее внутренние мышцы сжимаются вокруг моего члена, едва не утягивая меня за грань вместе с ней. Сквозь ослепительное удовольствие я изо всех сил стараюсь продолжать ласкать ее клитор, выжимая из ее оргазма все до последней капли экстаза, пока она не начинает стонать от перевозбуждения.

Она замирает на мне, глядя на меня затуманенными, полузакрытыми глазами.

— Ты кончил?

Я качаю головой. Честно говоря, моей единственной целью было доставить ей удовольствие. После тех пары дней, что у нее выдались, это меньшее, что я мог сделать.

— А ты хочешь, чтобы я кончил?

— Конечно, хочу. — Она снова приподнимает бедра, на этот раз дрожа всем телом.

Я бросаю на нее веселую улыбку и качаю головой.

— Позволь мне порулить.

Я помогаю Китон слезть, и она ложится рядом со мной. Затем я устраиваюсь между ее ног и закидываю одну стройную икру себе на бедро, пока мой член, все еще напряженный и твердый, находит ее теплый центр. После оргазма она стала еще уже, и когда я снова проникаю в нее, от этого восхитительного ощущения у меня перехватывает дыхание.

— Бля-я-ядь, — рычу я, толкаясь сильнее под тихие стоны Китон.

Именно ее теплый взгляд, когда она наблюдает, как я получаю удовольствие, окончательно разрушает мой самоконтроль. Вскоре я прижимаю ее бедра к кровати своими, и презерватив наполняется горячей спермой, которая бурно выстреливает из меня.

Какое-то время мы просто лежим вместе, тяжело дыша; пот, выступивший от наших усилий, остывает, а мы все еще получаем наслаждение от невероятного секса.

Когда я высвобождаюсь и ложусь рядом, Китон расслабленно перекатывается и кладет голову мне на плечо.

— Ммм, ты теплый, — бормочет она мне в грудь.

Я ухмыляюсь, хотя с ее ракурса она этого не видит.

— Засыпаешь на мне?

— Пока нет. — Она прижимается ко мне всем телом и обнимает меня за талию.

С ума сойти, насколько это кажется нормальным. Насколько правильным. Насколько идеальным.

Я глажу ее плечо, затем опускаюсь по боку к изгибу бедра. Китон издает тихий звук блаженства, поэтому я повторяю это снова, и снова, и снова.

Постепенно посторгазмическая эйфория сменяется блаженным покоем. Я мог бы часами гладить ее, просто слушая эти тихие звуки наслаждения. Я глубоко вздыхаю и вдыхаю лавандовый аромат ее волос, смотрю на ее безмятежное лицо, на ее длинные черные ресницы, лежащие на щеках, на слегка приподнятые уголки губ и не могу сдержать улыбку.

Черт возьми. У меня ведь и правда есть к ней чувства, да?

Мои недавние тревоги снова выходят на первый план. Я не могу вечно откладывать это решение. Я могу либо рассказать ей о своих чувствах… либо подавить их и надеяться, что со временем они пройдут сами собой. Последняя мысль невыносима, а первая сводит меня с ума, стоит только представить все те сценарии, при которых все может пойти не так.

С другой стороны, я не оракул. Я не могу точно предсказать, как все сложится. Нет смысла заглядывать в будущее и планировать каждый свой шаг, потому что мы никогда не знаем, что принесет завтрашний день. Поэтому я всегда старался жить настоящим.

Черт, если посмотреть на ситуацию с другой стороны, то эта философия – еще один повод быть честным с Китон. Что, если бы кого-то из нас сбил автобус или что-то в этом роде, прежде чем я успел бы признаться? Будущее непредсказуемо – этому меня научил случай с отцом.

Так что, может быть, мне стоит расслабиться и двигаться шаг за шагом. Не усложнять. Просто выложить все начистоту, а там будь что будет.

Даже если мои чувства окажутся абсолютно безответными, отказ – это не конец света. Мы пара взрослых людей, которые смогут придумать, как преодолеть эту временную неловкость и остаться друзьями. К тому же, я всегда знал Китон как добрую и чуткую девушку; я верю, что она отвергнет меня мягко. Она не такая, как Таня. Она не станет проворачивать нож в ране.

Теперь осталось только собрать волю в кулак и сделать это.

Я делаю глубокий вдох.

— Эй, Китон?