Страница 49 из 72
По мере того как комната постепенно заполняется, Мира выглядит все более неуместно – маленькая пожилая женщина в окружении людей в возрасте от 25 до 35 лет. Когда все угощаются закусками и напитками и рассаживаются, мы с Китон занимаем свои места на диване, и я откашливаюсь, чтобы привлечь всеобщее внимание.
— Спасибо, что пришли. Мы собрались здесь в память о Пенни, — говорю я, стараясь, чтобы мой голос звучал непринужденно, но искренне. — Она прожила прекрасную жизнь со своей любящей хозяйкой и мирно скончалась во сне в возрасте семнадцати лет. Нам всем будет ее очень не хватать. Мы всегда будем помнить ее красивую рыжую шерстку и ее… —
Жажду разрушения
. — Гордый, смелый нрав.
Надеясь, что это не звучит слишком нелепо, я украдкой бросаю взгляд на Китон, и вижу, что ее глаза полны слез. Ладно, она прониклась, а это главное.
Продолжаем.
— А теперь давайте по очереди поделимся своими воспоминаниями о Пенни.
Я смотрю на Карину, следующую по кругу. Карина передает свой подарок Китон.
— Открывай.
Китон послушно разворачивает упаковку, внутри которой оказывается флакончик розового лака для ногтей. Она вопросительно смотрит на Карину.
— Цвет называется «лосось», — объясняет Карина. — Потому что лосось был любимой едой Пенни, и это напомнило мне о ней.
— О, понятно. — Китон улыбается ей. — Спасибо. Я поражена, что ты вообще об этом знала.
Карина пожимает плечами, улыбаясь в ответ.
— Ты часто о ней рассказывала.
— Теперь я! — Габби вручает свой подарок. — Я нашла пару пушистых фиолетовых тапочек, точь-в-точь как те, что Пенни сгрызла в прошлом году.
Это действительно заставляет Китон рассмеяться.
Мы продолжаем идти по кругу: каждый друг делится забавной историей, а иногда дарит какой-нибудь небольшой сувенир, связанный с Пенни.
Наконец, очередь доходит до Миры.
— Я помню, как ты только переехала сюда, — говорит она. — Я услышала Пенни в ту же секунду, как ты вышла из лифта с ее переноской. Всю дорогу по коридору до твоей двери она завывала, рычала, была такой злой! Такой оскорбленной:
«Да как ты посмела меня перевезти!»
– как бы говорила она.
Китон издает сдавленный смешок, а Мира улыбается, и от этой улыбки вокруг ее темных глаз появляются морщинки.
— Но как только ты вставила ключ в замок, она замолчала. Как будто поняла, что это ее новый дом. Что именно здесь она и должна быть.
Китон громко шмыгает носом.
— Ох, Мира… — Она сморкается и снимает очки, чтобы вытереть глаза.
— Это очень милая история, — совершенно искренне говорю я.
Я не ожидал, что меня сегодня действительно что-то тронет – я думал, что наши небольшие посиделки будут исключительно ради Китон, – но даже те, кто терпеть не мог Пенни, сейчас невольно улыбаются.
Наши гости задерживаются еще примерно на час: доедают закуски, болтают с Китон и один за другим расходятся, пока квартира не пустеет. Я начинаю убирать со стола, упаковывать остатки еды, вытирать пролитые напитки и случайные крошки. Китон присоединяется ко мне, и мы стоим так близко, что соприкасаемся локтями во время уборки.
Через пару минут я слышу тихий всхлип и поднимаю на нее взгляд.
— Ты в порядке?
— Я не знаю, что сказать, Слейт. Мне это было так нужно. Я даже не подозревала, насколько сильно, пока ты… — Ее голос дрожит, она отводит взгляд, часто моргая, но при этом улыбается. — Спасибо тебе огромное за то, что все организовал. Ты не обязан был это делать.
Я быстро и крепко обнимаю ее. «Пожалуйста» здесь кажется неуместным.
— Это как в той истории Миры про Пенни. Я просто знал, что именно здесь я и должен быть.
Как только я произношу это, я понимаю, что это правда. И не только когда Китон грустит и нуждается в утешении. В любом ее настроении, в любой ситуации… мое место рядом с ней. Именно здесь я чувствую себя на своем месте.
О, черт.
В животе завязывается тугой узел. В это самое мгновение я понимаю.
Я в нее влюбляюсь.
Я отворачиваюсь к столу, пытаясь полностью сосредоточиться на уборке. Этого совершенно не было в планах. Мы должны были просто дурачиться, дать Китон возможность попрактиковаться и стать увереннее в постели. Мы снова и снова заверяли друг друга, что секс никак не повлияет на нашу дружбу.
Ну, влюбиться в кого-то – это чертовски большое изменение, не так ли?
Идиот. Что мне теперь делать?
Если она не чувствует того же, мое признание сделает все странным. И даже если она разделяет мои чувства – не то чтобы я мог позволить себе всерьез рассматривать такую возможность, – то что будет дальше? Сможет ли между нами вообще что-то получиться? Китон практически живет в офисе.
Что касается меня, то я никогда не планировал остепеняться. Ни к чему не обязывающие отношения отлично работали всю мою взрослую жизнь. Просто наслаждаться жизнью на полную катушку, всегда быть открытым для любых приключений. Смогу ли я в самом деле от всего этого отказаться?
Стану ли я вообще хорошим парнем? Оправдаю ли ожидания Китон? Посмотрите, что вышло с Таней. Черт, посмотрите, что случилось с мамой и папой. Это единственные два варианта, которые я когда-либо видел: либо отношения делают вас несчастными, либо они прекрасны, но судьба отнимает их у вас, и вы все равно остаетесь несчастными.
И все же я не могу подавить эти чувства и притвориться, что их нет.
Я опускаю глаза, боясь того, что может отразиться на моем лице, но при этом не могу заставить себя отойти от нее.
— Так, эм… у тебя есть планы на вечер? — спрашивает Китон. В ее взгляде светится надежда, словно она хочет, чтобы я остался.
А на самом деле? Нет другого места, где бы я предпочел оказаться.
— Не особо. Если у тебя будут силы куда-то выбраться позже, мы могли бы сходить поужинать, — говорю я. В ожидании ее ответа я бросаю остатки мусора в корзину.
— Слейт, — тихо зовет она.
Я оборачиваюсь, чтобы посмотреть на нее, и меня поражает выражение ее глаз — неприкрытая уязвимость и благодарность, от которых у меня перехватывает дыхание.
— Да?
Она чуть-чуть подается ко мне.
— Ну, у меня… у меня есть кое-какие идеи, как отблагодарить тебя за сегодняшний день.
Я чуть не подшучиваю над ней, что она забыла, что уже поблагодарила меня. Потом понимаю, что она имеет в виду, и у меня в голове словно проясняется.
— Ох. Эм. Ты не обязана этого делать. — Секс – это последнее, о чем я сейчас думаю. Я просто хочу быть рядом с ней и помогать всем, чем смогу.