Страница 36 из 72
ГЛАВА 12
СЛЕЙТ
— Черт возьми, здесь полно народу, — бормочет Габби, когда мы заходим в бар.
Она не шутит: я едва слышу ее за гулом голосов, не говоря уже о музыке, которая орет на все двенадцать баллов из десяти.
— Обычный субботний вечер в центре, — обреченно вздыхаю я. — По крайней мере, за барной стойкой еще осталось пара мест. Нам не придется разделяться.
Карина хмурится.
— Столиков нет? Фу. От этих барных стульев у меня болит задница. Но, думаю, это не конец света.
Мы пробираемся к бару, где я замечаю своего друга Джека, владельца заведения, и даю ему пять.
— Привет, чувак. Рад тебя видеть.
— Взаимно! — кричит он сквозь музыку.
Народу битком, и хотя он обычно не стоит за барной стойкой, я не особо удивлен, видя, что он помогает разгребать завал.
— Как дела? — спрашиваю я.
— Отлично, — кивает он. Затем жестом привлекает внимание стоящей рядом девушки-бармена.
— Наливай им сегодня все, что захотят.
Я качаю головой, собираясь сказать, что в этом нет нужды.
— Привет, ребят, извините, что опоздала, — раздается голос Китон у нас за спиной.
Я оборачиваюсь.
— Ты не опоздала. Мы сами только приш… — У меня отвисает челюсть.
Твою ж мать.
На Китон надето мини-платье винного цвета, которое облегает каждый изгиб ее тела. Если бы я не был так очарован тем, как она в нем выглядит, я бы накинул на нее плащ, чтобы никто больше не мог на нее смотреть.
Никаких блесток, кружев или других украшений, которые сейчас предпочитает большинство женщин. Но ей они и не нужны. Китон – само совершенство. Глубокий вырез демонстрирует опасно откровенное декольте, и я уже чувствую, как мой член начинает подавать признаки жизни.
Из-за подола, едва доходящего до середины ее гладких бедер, и черных босоножек на каблуках со множеством ремешков, ее ноги кажутся бесконечными. Какого черта? Когда это у Китон отросли такие длинные ноги? Я уже готов спросить ее об этом, но вовремя беру себя в руки.
Ее длинные темные волосы собраны в хвост, чтобы подчеркнуть изящную шею и тонкую ключицу, а затем ниспадают на спину. В целом ее наряд прост, но, черт возьми, как же он эффектен – он позволяет ее потрясающему телу и лицу говорить самим за себя.
Все, что я могу выдавить: — Вау.
Габби громко присвистывает.
— Оу, только посмотрите на нее! Это платье должно быть вне закона.
И не поспоришь. Я и раньше видел Китон при полном параде, и мне безумно понравилось то темно-розовое платье, в котором она была в вечер нашего первого поцелуя, но это – совершенно другой уровень сексуальности. Ситуацию усугубляет и то, что с тех пор, как мы начали спать вместе, я и так постоянно думаю о ней в совершенно новом ключе.
Придется быть осторожным, чтобы сегодня вечером у меня не возникло неожиданных проблем с эрекцией…
— Я в восторге, — воркует Карина. — Оно новое? Дай рассмотреть со всех сторон. Давай, сделай свой фирменный поворот, как на подиуме.
— Ой, спасибо, девочки. Наверное, мне просто захотелось сегодня нарядиться. — Ухмыляясь, Китон кружится, демонстрируя наряд, и мы видим, что платье открывает ее спину вплоть до тех самых двух ямочек на пояснице, идеально очерчивая ее округлые ягодицы.
Блядь.
Я сжимаю руки в кулаки, чтобы не сделать какую-нибудь глупость – например, не протянуть руки и не потрогать ее. Мне приходится сделать глубокий вдох и убедить себя не тащить ее по коридору в подсобку Джека, чтобы заставить переодеться.
— И нет, оно не новое. Я купила его сто лет назад, но смелости надеть так и не хватило. Я так обрадовалась, когда оно все еще налезло на меня. — Затем Китон одаривает меня легкой, томной улыбкой, предназначенной только для меня, и внутри просыпается горячее чувство собственничества.
Я глубоко вдыхаю, пытаясь успокоиться. Когда мы садимся за барную стойку, я занимаю место с краю нашей компашки, рядом с Китон. Не хочу, чтобы какой-нибудь случайный мудак подкатывал к ней – с такой сногсшибательной внешностью кто-нибудь обязательно попытается, если я не буду играть роль телохранителя. В конце концов, это просто джентльменский поступок.
Бармен с безумным взглядом принимает наши заказы и с впечатляющей скоростью приносит их. Китон, как обычно, берет виски с колой, Габби – текилу, мне – водку с содовой, а Карине – мохито с манго.
Обычно, когда я тусуюсь с девчонками, они выступают в роли моих личных «штурманов», к которым, кажется, так и слетаются другие женщины – по сути, это сильно упрощает мне задачу переспать с кем-нибудь. Но сегодня вечером мне до этого нет абсолютно никакого дела.
Карина делает глоток и громко вздыхает, словно только что скинула стокилограммовую гирю.
— Ах… как же здорово выбраться из дома и увидеть вас. Всю эту неделю я была вот на столько близка к тому, чтобы окончательно слететь с катушек. — Она сводит большой и указательный пальцы, оставляя между ними миллиметр.
— Что там опять сделал Матео? — спрашивает Китон с видом сочувственной усталости.
— Наша свадьба уже практически завтра, так что мы, по идее, должны были закончить с планированием, так? Но мы до сих пор ругаемся из-за этого гребаного списка гостей. Я все время говорю, что у нас нет денег, чтобы пригласить его пять миллионов кузенов, не говоря уже о логистическом кошмаре.
Габби непонимающе щурится.
— Разве он не ненавидит большинство своих кузенов? Зачем они ему вообще нужны?
— Ненавидит! — стонет Карина. — Проблема в том, что он боится, что его тетушки коллективно начнут плакат. И еще какая-то чушь про наследство. Я считаю, пусть себе ноют. Это же честно, если мы оба пригласим только ближайших родственников, но нет…
Она продолжает изливать душу, добавляя мат и чередуя болтовню с выпивкой. Но я уже не слышу продолжения, потому что Китон меняет позу, закидывая ногу на ногу, и подол ее платья задирается, обнажая щедрую часть верхней половины бедра. Это восхитительное зрелище притягивает мой взгляд как магнит. Я ничего не могу с собой поделать, теперь я точно знаю, какая мягкая и нежная эта скрытая от посторонних глаз кожа, какими удивительно сильными могут быть эти ноги, когда они обвиваются вокруг моей спины, втягивая меня все глубже в нее…
Блядь.
— Эй? Ты с нами, Слейт? — Карина тычет в меня пальцем.
Я отрываю взгляд.
— Да, — кряхчу я в ответ.
Она приподнимает бровь.
— Серьезно? И о чем я только что говорила?
— Эм… твой жених пытается избежать семейной драмы?
Габби хихикает.