Страница 24 из 72
Я подношу его фруктовый напиток к губам и делаю глоток, подхватывая языком клубнику. Медленно обсасывая палец, я начинаю перекатывать ягоду во рту, время от времени демонстрируя ему свой язык.
Слейт наблюдает за мной, не отрывая взгляда от влажного блеска моих губ.
Сначала я чувствую себя глупо – кажется, это никогда не сработает, – но потом вижу выражение его лица: его полуприкрытые глаза, сфокусированные на моем рту, и ко мне возвращается смелость.
Я тихо стону.
— Ммм, обожаю, когда это у меня во рту.
Наконец, я сглатываю. Мой все еще влажный палец лениво скользит по шее к ключице. Слейт следит за каждым моим движением, именно так, как я и хочу.
— Здесь жарковато, не находишь? — игриво спрашиваю я.
Он посмеивается, недоверчиво качая головой.
— Ладно-ладно, зачет, ты просто потрясающая. А теперь давай уйдем отсюда.
Когда мы встаем, я замечаю, что пожилая пара слишком уж пристально изучает свои меню.
Слейт расплачивается за нас обоих. На этот раз я решаю не устраивать ему выволочку, потому что хочу поскорее вернуться домой, а не затягивать урок спорами о гендерном равенстве.
Я разглядываю выпечку, пока он проводит картой по терминалу.
— Хочешь еще чего-нибудь перед уходом? — произношу я. — Маффины сегодня выглядят особенно свежими. Я угощаю.
Слейт на мгновение задумывается, бегло осматривая витрину, прежде чем принять решение.
— Сейчас не хочу. Но спасибо.
Мы поворачиваемся к двери, его рука небрежно ложится мне на поясницу.
— Ничего страшного, — мурлычу я ему на ухо. — Можешь полакомиться моим маффином в любое время.
Слейт замирает как вкопанный, у него перехватывает дыхание.
— Что? — смеюсь я. — Для тебя это слишком?
— Ты меня убиваешь. — Он качает головой, но его смех наполняет меня радостью.
— В следующий раз, когда придем, я бы могла намазать маслом твой бейгл.
Он мягко закрывает мне рот рукой и целует в щеку. Мое лицо мгновенно вспыхивает от интимности этого жеста.
— Пожалуйста, ради всего святого, остановись. Ты сдала. На отлично.
Я расплываюсь в улыбке. Слейт все еще посмеивается, пока мы неспешно идем ко мне домой.
Это лучший комплимент, о котором я только могла мечтать.
Едва войдя в квартиру, моим первым порывом становится желание поставить галочку напротив пункта «грязные разговорчики» в моей таблице. Я люблю хорошо выполненную работу, а еще больше люблю ставить жирные галочки.
Однако Слейт берет меня за талию, разворачивает к себе и оттягивает от стола.
— Что? Я же сдала!
— Повторная проверка. Нужно убедиться, что ты усвоила материал.
Поцеловав меня в шею, он ведет меня к дивану и укладывает так, что сам оказывается сверху, полностью контролируя ситуацию. Вскоре наши губы сливаются, а мои ноги крепко обхватывают его бедра. Поцелуи Слейта глубокие и настойчивые. Я чувствую страсть, которая закипала в нем с тех самых пор, как я дразнила его той клубникой.
Заметка на будущее: этот трюк творит чудеса.
Я отрываюсь от его губ.
— Как я, по-твоему, должна что-то говорить, если у меня нет доступа к кислороду?
— Справедливо.
Он начинает расстегивать мою простую фланелевую рубашку, покрывая мелкими поцелуями грудь. Одной сильной рукой Слейт прижимает меня к себе, а другой ловко расстегивает пуговицы. Его пальцы легко скользят по моей обнаженной коже, а за ними следуют губы, оставляя на ней нежные, едва ощутимые поцелуи.
Я пытаюсь сосредоточиться, но, черт возьми, это так сложно, когда язык Слейта вот так проникает в мой пупок.
— Тебе ведь понравилась шутка про маффин, да? — мурлычу я, намекая на свои надежды относительно того, куда он направляется.
— Очень понравилась, — шепчет он, прижимаясь губами к моей подвздошной кости. Повинуясь его сильным рукам, мои штаны расстегиваются и стягиваются с задницы.
— И насколько сильно? — спрашиваю я, зарываясь пальцами в его взъерошенные волосы.
Он вонзает зубы мне в бедро, дразня чувствительную кожу, и я подавляю вздох. Одна моя рука взлетает над головой, чтобы опереться о подлокотник.
— С тех самых пор только о твоем маффине и думаю.
Штаны сброшены, обнажив кружевное нижнее белье. Слейт прижимается носом к ткани. Я чувствую, как его горячее дыхание ласкает мой прикрытый одеждой клитор.
— Ммм, — это все, на что меня хватает, пока я извиваюсь под ним, отчаянно желая, чтобы он уже перешел к делу и прижался этими греховными губами к моей…
Я подаюсь навстречу его рту. Мне хочется сорвать с себя трусики.
— Пожалуйста, — умоляю я. — Пожалуйста, я сделаю все, что угодно.
— Все, что угодно? Звучит чертовски заманчиво.
Слейт смотрит на меня с ухмылкой, в которой сквозит сексуальное желание. Затем он хватает меня за задницу руками мужчины, который точно знает, чего хочет, и притягивает к себе. Двумя пальцами он оттягивает эластичную ткань и смотрит на меня сверху вниз.
— Черт. — Его голос хриплый, а тон почти благоговейный.
Я чувствую, насколько я мокрая, еще до того, как он проводит большим пальцем от моего входа к клитору, выписывая восхитительную восьмерку.
— Чего ты хочешь?
— Я хочу, — выдыхаю я, пытаясь перевести дух, — чтобы ты меня вылизал.
— Где?
Я могла бы зажать его голову между бедрами и прижать к себе его губы, если бы захотела. И черт возьми, как же мне этого хочется. Но я понимаю, что это проверка, и он ждет, чтобы я сказала это вслух. Мне безумно нравится его уверенность и смелость, то, какой он сексуальный. Это вызывает во мне желание попробовать…
— Я хочу, чтобы ты, — произношу я низким голосом, — полизал мой клитор.
В знак немедленного повиновения его язык прижимается к моему клитору. Моя спина выгибается в непроизвольной попытке обеспечить ему идеальный угол. Его язык ласкает, кружит и выписывает пируэты на моей самой интимной плоти.
— О да. Черт! — Мой голос звучит громко. Возможно, слишком громко. Волнует ли меня это? Ни капельки.
Шире раздвинув колени, я приподнимаю бедра навстречу его диким поцелуям. Его палец проникает в меня, двигаясь в идеальном ритме с каждым посасыванием и движением языка. Кто бы мог подумать, что этот дерзкий рот может быть так искусен в доставлении удовольствия женщине?