Измена. Ужин которого не должно было быть

Глава 17

Я смотрела на него и не знала, как реагировать. Передо мной стоял мужчина с тёмными очками на голове. На лбу чётко выделялся шрам — чуть белёсый, будто напоминание о какой-то давней истории, которую мне никогда не узнать. Опускаю глаза ниже, задерживаюсь взглядом на его руке — там, на пальце, тускло поблескивает кольцо. Это тот самый мужчина — тот, кого я видела с пьяницами у остановки. Но как? Как так получилось, что он оказался здесь, в этой палате, рядом со мной? Я вжалась в спинку больничной кровати, чувствуя, как холодеют кончики пальцев.

— Не бойся меня.

— Я не боюсь, — ответила я, глядя исподлобья.

— Твоё лицо говорит об обратном, — он слегка наклонил голову, изучая меня.

— Вы умеете считывать эмоции? Профессия ваша? — съязвила я, пытаясь скрыть страх внутри.

— Нет, не профессия. Скорее жизненный опыт.

— А сейчас вы не видите, что моя мимика пытается вас послать подальше? — я вскинула подбородок, стараясь выглядеть увереннее, чем чувствовала себя на самом деле.

— Нет. Ничего такого не вижу, — он усмехнулся. — Меня, кстати, Давид зовут. Вчерашний твой спаситель.

— Так это вы? Вчера? Но как? — я невольно подалась вперёд, забыв на миг о своей настороженности.

— Да, это я. Вчера тебе помог, — он чуть прищурился. — Так как тебя звать? — он протянул руку.

— Алина. А как вы оказались там? — недоверчиво поинтересовалась я.

— Мимо проходил и увидел странное шевеление в здании, — он пожал плечами, будто это было самое обычное объяснение.

— Ночью, мимо? Интересные ночные прогулки получаются у вас, — я не смогла сдержать иронии.

— Иногда мне не спится, — он улыбнулся.

— Понятно, — я кивнула, хотя совсем не было понятно. Что делал этот мужчина ночью рядом с заброшенной фермой? — А что за женщина, которая хотела меня убить?

— Сейчас она в отделении. Участковый выясняет её личность, — Давид достал телефон и протянул мне экран. — Но могу сказать точно, что с ней что-то не так. Может, ты ускоришь процесс — она твоя знакомая?

На меня смотрела девушка примерно моего возраста: тёмные длинные волосы, карие глаза, тонкие черты лица. Я вглядывалась в снимок, пытаясь выудить из памяти случайную встречу, знакомый взгляд, намёк на связь. Но нет. Она была мне совершенно не знакома.

— Я её впервые вижу, — тихо произнесла я, возвращая телефон.

Давид кивнул, но его взгляд на мгновение задержался на моём лице — будто он не просто принял ответ, а анализировал его, искал малейшие признаки лжи или скрытой эмоции. Я задумалась: а кем он всё-таки работает?

— Ну, значит, нужно будет подождать, пока мой коллега выяснит, кто она. Пока отдыхай.

— Он будет брать показания у меня? — я нервно поправила край одеяла.

— Я сейчас еду к нему и передам наш разговор. При необходимости он допросит тебя на днях.

— Значит, вы в хороших отношениях с ним? — я подняла глаза, встречаясь с его взглядом. Вблизи его шрам казался ещё более выразительным.

— Типа того, — он улыбнулся — Восстанавливайтесь. Заеду позже, — он направился к выходу. — До встречи.

— До свидания, — произнесла я чуть слышно, глядя ему вслед.

Я откинулась на подушку, пытаясь унять волнение. Отвернулась в сторону окна и попыталась сконцентрироваться на вчерашнем случае. Может, я упускаю что-то важное? Прокрутила в голове каждую деталь: тёмное здание фермы, шорохи в темноте, внезапное появление Давида.. Нет. Эту женщину видела впервые. Никакого Стаса я не знаю — имя звучало так же незнакомо, как и её лицо.

Дверь тихо скрипнула, и в палату вошёл Денис. Его лицо выглядело бледнее, глаза — широко раскрыты от тревоги.

— Алина! Что произошло? — в один шаг он подлетел ко мне, сжимая в руках пакет с вещами. — Приходил участковый. Толком ничего не объяснил. Попросил привезти документы и телефон тебе.

— Ты даже не представляешь, я, оказывается, притягиваю неприятности на пятую точку как магнит, — попыталась я отшутиться.

— Я, конечно, рад твоему оптимизму. Но сейчас не тот момент, — Денис нахмурился, внимательно вглядываясь в моё лицо.

— Это совсем не оптимизм, скорее наоборот, — горько усмехнулась я.

— Так ты расскажешь, что случилось после того, как я оставил тебя одну? — он присел на край кровати.

Я закатила глаза, но коротко пересказала события: про заброшенную ферму, про неадекватную женщину, про её настойчивые вопросы о каком-то Стасе..

— Она твердила про какого-то Стаса, — произнесла я, потирая виски.

Денис нахмурился, задумчиво потер рукой подбородок.

— Так. Я привёз тебе мобильник. Набирай родителям сначала, а то они с ума сходят. Потом звони своему начальнику и говори, что ты на больничном с завтрашнего дня.

— Я как раз это и хотела сделать, но спасибо за беспокойство, — я слабо улыбнулась.

— Ты мне не безразлична, — он наклонился и заглянул в глаза. На мгновение мне захотелось просто уткнуться ему в плечо и забыть обо всём случившемся.

— Ну очень подходящий момент для признаний, — тихо ответила я, стараясь скрыть, как сильно меня тронули его слова.

У него зазвонил телефон. Взглянув на экран, Денис резко поменялся в лице — тревога сменилась чем-то более острым.

— Ты пока своим позвони. Мне нужно ответить, — он нервно встал и вышел из палаты, прижимая телефон к уху и понижая голос до шёпота.

Я набрала номер мамы. Успокоила, что со мной всё в порядке — только растяжение, ничего серьёзного. Мама всхлипнула в трубку, но, кажется, немного расслабилась. Затем позвонила начальнику. Он был не очень рад, что его побеспокоили в выходной, но информацию принял и даже пожелал скорейшего выздоровления. «Мило с его стороны», — подумала я.

Взгляд невольно скользнул к двери, за которой исчез Денис. Что за звонок так его встревожил? В висках застучала мысль: «Он что-то скрывает». Из приоткрытого окна доносилось щебетание птиц — слишком жизнерадостное для моего состояния. Рядом, всё отчётливее, раздавался сигнал приближающейся скорой. Он нарастал, смешиваясь с тревожными голосами внизу. Я вслушивалась, пытаясь разобрать слова, но звуки расплывались, превращаясь в неразборчивый гул. Через какое-то время всё стихло, оставив после себя лишь звенящую тишину.

Вернулся Денис. Сел рядом и осторожно положил ладонь на мою руку. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но не успел.

Дверь резко распахнулась, и в палату вошёл лечащий врач. Бросил короткий взгляд на Дениса, потом обратился ко мне:

— Доброе утро. Жалобы кроме ноги есть? — он сел на стул и пододвинулся ближе к кровати, доставая блокнот.