Страница 67 из 93
— Солнышко уже много раз привирала и выдумывала несуществующие сплетни, чтобы стравить коллектив, — не отступает Север.
— Да подожди ты! — Светка машет на него рукой, — Уборщица нашла тот лист в мусорном ведре. Таблица была сделана, просто Оксана решила насолить мальчику.
— И зачем ей такое проворачивать? — наконец, вмешивается в разговор Серый. — Она, конечно, та ещё стерва, но что ей сделал стажёр Севера?
Света как-то загадочно улыбается, бросив на Севера долгий взгляд. И ему почему-то это совсем не понравилось.
— И эту бумажку, конечно же, больше никто не видел? — скептично спрашивает Кречетов. — Всё на уровне слухов, доказательств нет.
Север старается выглядеть сдержанным и собранным, хотя где-то внутри уже начинает неприятно клокотать. Он вспоминает тот день, как стоял над Артемием, как отчитывал за халатность, заставил переделывать работу. Как смотрел на него с пренебрежением и властью. И теперь оказывается, что всё это время Север был не прав.
И этот мальчишка — этот надоедливый, улыбающийся Щенок — молчал. Не оправдывался. Не искал виноватых. Просто переделал всё заново, потому что так сказал наставник. Север чувствует, как его желудок сжимается от тошноты.
— Вот-вот, — поддерживает Сергей, — Тем более Солнышко мне об этом ничего не говорила.
— С тобой вообще редко разговаривают твои трудные подростки, — Света тушит сигарету и принимается за кофе с молоком. — Солнышко просто не знала, как об этом сказать. Знаю об этом только я. А что насчёт доказательств, так она забрала ту самую страницу.
В курилке наступает тишина. Сергей медленно выдыхает сигаретный дым, от которого Север начинает кашлять. Светлана пьёт кофе, смотря куда-то в сторону.
— Но почему это выяснилось только сейчас? — задаёт резонный вопрос Кречетов, продолжая искать в этой всей истории подвох.
— Может, из-за слухов, — Света пожала плечами. — Она вроде как подружилась с Щенком.
— Это правда, — подтверждает Серый, вынимая из пачки вторую сигарету. — Она постоянно бегала вместе с ним на обед. А с началом этих слухов — перестала. Боится, наверное, что и её заодно оклевещут.
— Не работа, а Санта Барбара, — резюмирует Север.
— И заметь, что все сплетни вокруг тебя крутятся, — Света посмеивается, сильнее укутываясь в свою дублёнку. — Но при этом твоя репутация чиста и безупречна!
— Наверное потому, что я слежу за своей репутацией, — Север шутку не оценивает, щетинится. — Если бы Вересов вёл себя более сдержанно, никто бы и не подумал рождать о нём слухи.
— Север прав, — Сергей поддакивает, мягко похлопывая по спине друга, успокаивая вспышку злости того. — Но это не оправдывает поступок Стервочки. Нужно как-то урезонить эту ситуацию. Ты же за справедливость, Север, не так ли?
Север чувствует на себе взгляд друзей, решая промолчать. Лимит слов исчерпан, больше он не хочет говорить об этой ситуации. Он задерживает дыхание на секунду, чувствуя, как морозный воздух оседает внутри, остужая волну гнева.
Интересно, где была справедливость, когда директор позвал его на ковёр, чтобы сообщить о фатальной ошибке стажёра? Или где была справедливость, когда отец отчитывал Севера за то, что он не углядел за новичком? Может справедливость была тогда, когда мужчина переносил гнев старших на младшего?
Они покидают курилку, каждый бредёт в свой офис. Серый на ходу перекидывается парой фраз со Светой, их голоса гулко отражаются от стен «Графита», а Север молча идёт следом. Информация, полученная от Светланы, тяжёлым осадком давит где-то под рёбрами.
Остаток рабочего дня он проводит в лихорадочной, рутинной суете. Звонки поставщикам, которые срывают сроки. Очередной разбор косяков Чижа, умудрившегося перепутать маршрутные листы. Бесконечные письма, требующие срочного ответа. Север утопает в цифрах, в бесконечной деловой переписке, забывая о своей едкой ошибке. Он успевает отвлечься от работы лишь на пятнадцать минут обеда, а после возвращается с головой в работу.
Ближе к вечеру, когда тени в офисе стали сгущаться, Север поднимает голову от монитора, чтобы размять затёкшую шею. Взгляд против воли тянется в сторону стола Вересова. Парень сидит, глубоко склонившись над столом. Свет лампы падает под таким углом, что его светлые волосы отливают холодным золотом. Он пишет что-то с отрешённым, сосредоточенным видом. Эта тихая, почти призрачная покорность вдруг кажется Северу невыносимой.
Руководитель отводит взгляд от стажёра, хмурясь. Вересов удивительно молчалив весь день. Он выполняет поручения без тени пререканий, но в этом послушании больше нет Щенка. Артемий больше не выдавливает из себя эту дурацкую, раздражающую улыбку.
Север вновь поднимет взгляд на монитор своего компьютера. Он напоминает себе, что возможно ему следует извиниться. И разобраться со слухами. Но не сегодня. Потом. Когда-нибудь.