Страница 56 из 93
ГЛАВА 23 НЕДОРОЗУМЕНИЕ
ГЛАВА 23 НЕДОРОЗУМЕНИЕ
Артемий признавался сам себе, что он тот ещё подлец. Но жертвы оправдывают средства! Так он себя убеждает, когда оказывается в чужой машине в сумеречное время. Его охватывает кошмар, остаточный страх перед Севером никуда не делся, только притупился и осел где-то в районе желудка. Мужчина же сейчас может сделать с ними всё, что угодно, хоть придушить и бросить на обочине, а у Артемия даже сил сопротивляться не будет.
Пальцы впиваются в поручень, дыхание сбивается. Он дышит то слишком глубоко, тяжело, втягивая пропахший ароматизатором воздух, то делает быстрые, короткие вдохи, словно собака после длительного бега. Холодный пот струится по лбу, по спине, хочется снять удушающую одежду и разодрать себе грудь, потому что там всё полыхает огнём. А после Артемий замечает, как ночной пейзаж постепенно начинает размываться перед глазами, словно кто-то забыл настроить резкость. Он слышит, как Север останавливается у метро, слышит, как мужчина окликает его, но ответить нет сил. Да и надо ли отвечать?
Артемий пользуется ситуацией, разыгрывая имеющиеся карты так, чтобы в итоге сложить фулл хаус. Он играет с огнём, чувствует, как языки пламени уже ощутимо кусаются, но продолжает ставить на кон всё, имитируя лихорадочный бред. Даже в затуманенной болезнью голове всё мысли продолжают выстраиваться ровным строем. Артемий доводит ситуацию до абсурда просто из азарта и желания допущения чужой ошибки. Что сделает руководитель, как решит поступить? Отвезёт Артемия в больницу, не смотря на бред стажёра? Ничего, Тёма не обидится, ему действительно плохо и помощь врача не будет лишней. Или может Север не выдержит и сделает что-то, после чего не будет пути назад. Сделает что-то столь компрометирующее, что, наконец, обозначит конец для Артемия.
Он уже готовится к боли, к реальным травматичным последствиям, незаметно от глаз водителя нашаривает в кармане куртки телефон, чтобы зафиксировать всё, но Север лишь вдавливает педаль газа сильнее, уезжая в неизвестном направлении. Хочет увезти его в место, где никто не увидит расправы? Артемий лишь гадает, прикидывая свои шансы на выживание.
Колёса автомобиля тормозят чуть резко и Артемий, играющий полусмерть, безвольно повисает на ремне безопасности. Двигатель затихает, а водительская дверь закрывается с хлопком. Значит, приехали. Артемий поглубже вдыхает, пытается контролировать свои трясущиеся руки. От такого переизбытка адреналина и кортизола, сознание действительно начинает его потихоньку покидать. Перед глазами постепенно темнеет, бег собственной крови шипит в ушах, по телу разливается новая волна озноба.
Из-за шума в ушах он даже не слышит, как открывается дверь с его стороны. Только чувствует, как его подхватывают с такой лёгкостью, словно тело Артемия не тяжелее птичьего пера. От этой очевидной разницы в силе становится ещё удушающе не по себе. У парня даже шанса отбиться не будет.
Он ждёт мрака лесной чащи или какой-то подворотни, о которых любят рассказывать байки про местных маньяков. Но Артемий никак не ожидает, что краем глаза увидит очертания парадной, а после окажется в квартире.
Последнее, что помнит Артемий прежде, чем окончательно провалиться в темноту, это, как его скидывают на что-то мягкое. Как невесомочужая холодная ладонь касается его лба. Как он хочет отстраниться отчужих рук, но сопротивляться сил нет, да и надо было поддерживать образ до конца. Хотя, он мог уже не играть, организм решает, что хватит, и отключает Артемия.
Он проваливает в темноту и выныривает из неё, как утопающий, который уже перестал бороться, но ему всё равно бросают спасательный круг. Снов нет, только гиперболичные ощущения. Жар разливается по всему телу, а потом вдруг отступает, бросая Артемия в пробирающий до костей озноб. Тело кажется неподъёмным, тяжёлым, во рту пересохло. И всё это время где-то на уровне ощущений он явственно чувствует чужое присутствие, дыхание, взгляд. Спрятаться бы подальше, свернуться калачиком, сказать детское — «Я в домике!», — и больше не испытывать захлёстывающей тревоги.
Спустя некоторое время метания по постели начинают стихать. Жар отступает, оставляя после себя только липкую испарину на лбу и противную слабость во всём теле. К Артемию медленно, нехотя возвращается ясность ума, позволяющая отличить сон от реальности, а реальность от бреда. Кажется, он слышит хлопок двери.
Тёма открывает глаза. Медленно, с трудом разлепляя веки, часто моргает, привыкая к полумраку пространства. Взгляд упирается в потолок. И Артемий точно помнит, что в его съёмной квартире нет натяжных потолков.
Тёма дёргается вверх, как от удара током, но тут же жалеет об этом. Голова взрывается болью, в висках стучит, а по телу проходит волна озноба и дикая, выматывающая слабость. Не в силах терпеть, он падает обратно на подушку. Закрывает глаза, вслушивается в слишком спокойный для такой ситуации ритм сердца. Артемий пытается сложить воедино все обрывочные воспоминания.
— Не может быть, — с губ срывается нервный вздох.
В голове постепенно проясняется. Не до конца, но достаточно, чтобы мысли перестали путаться в обрывках лихорадочного бреда. Значит, дела обстоят так: он сейчас в квартире Севера. Лежит на его диване в гостиной, накрытый одеялом. И что делать дальше, Артемий не представляет.
Над телевизором висят часы. Они тикают мерно, бесстрастно, нарушая бесконечную тишину в чужой квартире. Стрелки часов лениво ползут к девяти вечера. Прошло не так много времени, как они выехали из «Графита». Артемий продолжает прислушиваться к тишине, рассматривает в сумерках всё за что цепляется взгляд. Севера дома не было, а значит это идеальная возможность…
Артемий медленно, едва ли не задерживая дыхание, спускает ноги с дивана. Пол оказывается холодным, почти ледяным, и этот контраст с его разгорячённым телом заставляет челюсти невольно сжаться. Он встает, чувствуя, как комната на мгновение качается, как палуба корабля, но перебарывает это головокружение усилием воли.
Комната освещается тусклым серебряным светом луны, толком ничего не разглядеть. И парень решает не тратить время на поиск выключателя, а пользуется фонариком на собственном телефоне, подсвечивая интерьер чужой квартиры. Мозг молниеносно обрабатывает информацию, вылавливает все детали, ищет за что надо зацепиться в первую очередь. И находит. Корешки фотоальбомов, запрятанные на самую верхнюю полку стеллажа. Артемий чувствует, что это именно то, что ему нужно.