Страница 54 из 78
Глава 31
Фиона кубарем скатилась с крыши, прямо на голову Глазастому.
- Бондарь! – заорала, не обращая внимания на ошалевшую рожу с раззявленной пастью. – Бондарь, выходи живее!
Тот выскочил – злой, встрепанный. Она ухватила его за рукав, дернула.
- Наверх! – швырнула, не давая опомниться. – Сверху видно, - и потянула за собой – по лозе дикого винограда, которую не убрала после спуска.
Надо отдать парню должное – соображал быстро. Не стал сыпать глупыми вопросами, не попытался схватить. Хотя явно узнал. И знатно ошалел. Уцепился за шершавые плети, в считанные секунды поднялся вместе с ней.
- Не знаю уж, что вы там нашли, - выдохнула Фиона, тыча пальцем в сторону гор. – Но вот такую штуку я видела в горах в одну из ночей седмицы Врат! И по горам, и по улицам шастали… шастало что-то похожее.
- А ну, - рыкнул он, пригибаясь, вытягивая шею и щурясь.
- Ты что, не видишь? – она нетерпеливо топнула ногой. – Оно появилось, когда вы потревожили ту штуку… то, что вытаскиваете сейчас со склада! Вернее, сперва появилось какое-то марево, - поправилась она. – Прозрачное, только дрожало – как воздух над костром. А потом стукнуло несколько раз. А теперь вот…
- Помолчи, - рыкнул негромко он, дергая ее за руку. И уставился на мечущиеся возле окраинных домов тени. – Они с самого начала там были?
Фиона недоуменно глянула на него, заморгала. Встряхнулась.
- Там? – переспросила в растерянности. – А! Нет, не сразу, - вскинулась, сообразив. – Они тоже спустились сверху. Как и мерцание.
- Мерцание?
Она, сбиваясь и заикаясь, кое-как объяснила. Хотела рассказать, как на похожую тень нарвалась нос к носу на горной тропе, но промолчала. Во-первых, сейчас это было неважно. Во-вторых, сказанного достаточно. Вдобавок грызла досада. В конце концов, она же не собиралась выдавать себя! И так глупо сделала это.
- Значит, свистнуло с горы, докатилось до города и прямо над кварталами добралось до нас, - заключил он. Нахмурился.
- А сейчас и это доберется, - подсказала Фиона.
Бондарь хотел что-то сказать – и так и застыл с раскрытым ртом. По крышам заметались, заплясали тени. Чернота дергалась и извивалась. Скользила от окраины к набережной, стелясь к крышам – словно крадучись.
- Слишком быстро, - шепнул Бондарь. – Меньше четверти часа – и будут здесь…
Четверти часа?! Да им хватит и нескольких минут, - подумалось ей. Не успела мелькнуть эта мысль – прямо под их ногами скользнул длинный черный язык. Фиона взвизгнула, не сдержавшись. Отшатнулась и чуть не кувыркнулась с края.
Бондарь успел подхватить ее, удержал.
- Под ноги смотри! – рыкнул зло. – Башку свернуть решила? Как только тебя такую недотепу отпустили на вольный выпас? Совсем тан глузданулся.
- Оно же, - шепнула сипло.
- Еще не оно, - он ощерился. За шкирку оттащил ее к середине крыши, заставил присесть.
Под ногами снова скользнул черный язык – раз и другой. Бондарь держал за шиворот крепко, не давая дернуться. Пришлось сидеть и глядеть, как чернота катится и скачет по крышам через жилые кварталы к порту. Как под ногами и вокруг то и дело возюкает черное, всё более настырно.
- Глазастый! – заорал хрипло Бондарь. – Живо отправьте кого-нибудь за некромантами. Живо, бегом!
За некромантами? Зачем некроманты?!
А неважно, - подумалось тут же. Не успеют. Пока добегут, пока позовут, пока те доберутся сюда. Под ногами снова лизнуло непроглядно-черным. Фиона дернулась, но рука Бондаря, крепко сжимающая воротник, удержала на месте.
- Что, боишься – за ноги схватит и утащит? – он ухмыльнулся. – Не боись. Это пока лишь предвестники…
Предвестники чего?
Клятые бандиты! Раскопали невесть что, сунулись с руками по самые уши. Потревожили какую-то дрянь, и теперь… непонятно даже, чего ждать! В голове зазвенело. Она сжалась, ожидая нового удара сверху, но его не последовало.
Кое-как дождалась, чтоб звон стих, с трудом выпрямилась. Ноги тряслись от испуга.
- Бондарь! – собственный голос прозвучал сипло. – Этот ваш цепень – что он такое?! Почему его держали в таком месте, в тайнике за горой?
- А вам папенька не рассказывал? – тот ощерился.
- Идите к гиенам! Сами как думаете – просто так спрашиваю?!
И впилась взглядом в его лицо. Потому что предводитель головорезов тана, в отличие от своих подчиненных, удивленным не выглядел. Разозленным – да. Испуганным – может быть.
- Чего таращишься?! – рыкнул он, заставив ее отпрянуть от неожиданности. – Ждешь поклонов, как у ваших дворецких? – и рассмеялся, глядя, как она хлопает глазами. Во взгляде – откровенная насмешка. – А зачем это тебе, бархатная куколка? Считаешь себя умнее всех. Так это вот, - он повел рукой вокруг себя, - не от цепня!
- А от чего? – ошалело вопросила Фиона.
- А ты подумай своей головонькой кружевной. Не всё ж на ней перья коростыжки носить!
Да не носила я никогда перьев коростыжки! – хотела заспорить возмущенная Фиона. Сначала отец носом крутил, потом – муж. Его светлость барон Ронан Гревиллль, показавшийся ей при первой встрече человеком прогрессивных взглядов, на деле оказался чудовищным ретроградом.
Она тряхнула головой, смахивая наваждение. Нашла о чем сокрушаться – не довелось поносить в прическе брошь из мягоньких перышек ни в чем не повинной птички!
А ведь эти броши добрую четверть века не выходят из моды. И навряд ли в ближайшее столетие выйдут. Больно уж хороши…
В этот момент Бондарь ухватил ее за руку.
- Удачно, - буркнул себе под нос. И дернул к краю.
Фиона не успела ни испугаться, ни что-то сделать. Пара мгновений – и оба они уже стоят на брусчатке возле развороченного входа в склад. А что значит – удачно? Что это ему в голову взбрело?! Изнутри, из черноты вынырнул парень с вытаращенными глазами. Фиона отшатнулась – и схлопотала ребром ладони по плечу.
Больно! На глазах проступили слезы.
Рука враз занемела. Но ключица, кажется, осталась цела – удар пришелся не напрямую. Тут же дошло: он собирался попросту ее вырубить!
Вырубить – да доставить хозяину. А тот уж пусть разбирается! Пакость. Она отшатнулась от нежданного явления, Бондарь на него отвлекся – вот и сорвалось. Возмутиться он не успел – парнишка заголосил, комкая и без того непонятные слова местного диалекта в невнятное месиво. Бондарь на него рыкнул, и тут из глубины склада послышался шум.
Фиона, забывшись, вытянула шею. Бондарь рывком развернулся к ней спиной.