Страница 15 из 78
- Да-да, - кассиец покивал. – Чего вы так таращитесь на меня? Если Риди нужны союзники – чего он решил заручиться такой чахлой помощью? Вы – не из местной братии. Да, торговка – по крайней мере, прикидываетесь таковой. Но по сути – обычная слабая женщина. Сухопутная. Да еще и трофей прибывшего извне наблюдателя, запертая под замком в доме главы братства. Ему от вас больше проблем, чем пользы.
Плесень ему в ноздрю! И ведь попробуй что возрази.
- Допустим, - проговорила она наконец. – Но если я так бесполезна – на кой помощнику морочить себе голову, отправлять ко мне Риди?
- Бесполезны-то вы бесполезны. Да вот Фотеску из-за вас под замок загремел. Вам пары фраз хватило для этого! Ну, и на корабле вы знатно покуролесили – это я уже слышал от других.
- Включая первого помощника? – кисло осведомилась Фиона. – Может, расскажете, как я куролесила? Моя память сохранила лишь то, как я тряслась от страха. Да, сидела не под замком со всеми. Вот только они окрысились на меня, стоило Касатке помянуть, что я – женщина! Не представляю, как он разглядел – впотьмах, в суматохе, в толпе, да еще и под капюшоном!
- Это я тоже слышал. За неполные две седмицы никто не догадался – хотя вы не сидели, запершись. Крутились среди пассажиров. Загадка!
- Тем не менее, это клевета. Что я могла делать на захваченном корабле?!
- Ну-ну. Скажите еще, что пираты вас запугали. Вот лично капитан Касатка запугал, - ухмыльнулся кассиец. – В любом случае, осторожнее. У помощника капитана тоже могут быть свои соображения. Может, Фотеску зачем-то ему нужен… это ж не просто какой-то случайный торговец! Так вот – среди пиратов сейчас неспокойно. Попытаетесь найти союзников – рискуете опереться на шаткую конструкцию.
- Поняла я, поняла, - она вздохнула. – Надо держаться вас! Я бы и рада. Да вот беда – я не понимаю, что за цели у вас. И демоны б квадратные с вами и вашими целями, - прибавила она с досадой. – Да я не уверена, как это скажется на мне! А вы после нескольких припадков страха у меня теперь Творец ведает что обо мне думаете. Считаете меня какой-то чересчур умной и расчетливой.
- А вы не умны и не расчетливы.
- Я, может, и умна, и расчетлива. Но считаю, что мои интересы не могут пересечься с вашими! У вас – война, может, политика. А я пекусь только о своем благосостоянии. И в последнюю очередь хочу лезть во все эти заварухи!
- Но лезете.
- Не лезу, а вляпываюсь. По случайности, потому что именно там, где я пытаюсь быстро прошмыгнуть… за товаром или по личным вопросам. Непременно кто-нибудь оказывается! Тогда это были вы. Теперь – пираты. Как будто меня проклял кто!
- Ну, хотя бы того, что вы – мастерица прочувствованных речей, вы отрицать не станете?
- А? – она уставилась на него, ошалело моргая.
И это вот всё, что он может ей сказать?! Она перед ним распинается…
А чего она, собственно, хотела? Думала разжалобить душещипательной историей своих невзгод? Ха! Нашла, в ком искать жалость – в черством кассийце!
«Соберись! – приказал бесплотный голос в голове. – Это всё, что ты хотела знать? Тебе не жалость надо искать, а ответы».
- Демоны квадратные, - пробурчала Фиона. – Капитан. С чего кто-то вообще взял, что я сдала корабль Касатке? Ладно, эти обскуранты шипели – мол, баба на корабле! К несчастью, и вообще – завидно им, они тоже так хотят. Но как до такого-то вывода добрались? Или это просто – страх.
- Касатка лишился своего корабля – вы знаете об этом? Спрашивается: как он сумел до вас добраться.
- Про корабль слышала… кажется, «Марийка»? Кракен говорил. Но его довезли.
- И кто такой рисковый – решил взять Касатку с остатками его команды на борт?
- Ну, это можно у его помощника спросить!
- Помощник сказал – это был мелкий торговый парусник. Они сели на рыбацкую лодку в какой-то деревушке, с нее перебрались на парусник под видом терпящих крушение. А вот парусник вел лично капитан. Да, Арагон – маг, это фамильный дар старшей ветви рода. Он перекинул свою команду на купца магией. Вот только спрашивается: как он так напрямую к этому купцу вышел, и как сумел одним махом перебросить команду, невзирая на работу амулетов?
Фиона недоуменно глядела на него.
- На борту был всего один маг – и это вы. Маг-садовник, взявшийся за торговлю – что уже само по себе подозрительно. Трактат мастера Беккера и несколько книг связанных с его работой исследований. Книги, вроде бы больше не внесенные в списки запрещенных – но до недавнего времени там находившиеся. И доступные далеко не каждому. Опять же: это явно копии. То есть, вы где-то раздобыли копии, поскольку доступа к оригиналам не имели. Заплатили кому-то, кто вопреки закону достал их для вас.
Экие новости! То есть пираты, оказывается, доплыли на паруснике!
А про Саргаса ни слова. Кажется, именно так Касатка назвал товарища по ремеслу, что доставил его по морю.
И кассиец уверяет, что ни один из таковых не рискнул бы брать его на борт.
- Чем же он так не угодил здешней шатии-братии, - пробормотала Фиона.
- Я так и слышу, как скрежещут шестеренки у вас в голове, - Ромилий поморщился. – И совершенно зря! Вам всё это не нужно. Сейчас начнутся танцы, - прибавил он.
- Я хочу танцевать! – поспешно заявила она. – Надоело развлекать бандитов. Должно же быть и хоть какое-нибудь развлечение!
- Здесь танцуют морское патио, - насмешливо заявил Ромилий. – Слыхали когда-нибудь? Танец матросов и простых рыбаков.
Фиона хмыкнула.
Ярко вспомнилось: шум, гвалт, запах рыбы – сырой и пожаренной. Водорослей и дыма, кислого сидра. Пляшущее пламя костра. От него не столько рыжего света, сколько густых теней, пляшущих по площади. Люди кажутся призраками. Веселыми, галдящими, носящимися беспорядочно туда-сюда. Мечущимися вместе с языками пламени.
Собственное острое желание присоединиться.
Возгласы: «Патио! Все танцуют морское патио!»
Да, ей безумно хотелось бежать туда, к костру. Приняли бы ее в круг? Только сомнение и удерживало на месте. Наверное, она решилась бы…
Когда собиралась шагнуть вперед, за воротник цапнула рука. Заставила разом похолодеть от невыносимого ужаса. Ей тогда повезло: то ли старый слуга счел, что его появление ее достаточно напугало; то ли решил, что она очутилась на краю площади случайно. Забрела по незнанию, заблудившись.
Он ни словом не обмолвился отцу, где нашел ее. Сказал лишь, что она, кажется, заблудилась.