Страница 32 из 34
- Дышу, - прошептала с дрожью в голосе, опасаясь, что посторонний меня услышит.
- Не бойся, он тебя не слышит.
- Правда?
- Ну да. Помнишь, мы с тобой стояли в коридоре, когда из комнаты вышла твоя мать? Она смотрела прямо на тебя и никого не видела. Сейчас такая же фишка. Не боись. Дыши. И просто наблюдай за тем, как вершится судьба.
Человек осторожно прошёл мимо нас, направляясь к столу с напитками и фруктами.
Выудил из кармана кулёчек, свёрнутый из тряпицы, развернул, высыпав его содержимое в кувшин с вином.
Странно, мне показалось, или в кувшине забулькало, заклокотало, побурлило несколько секунд, а затем все стихло.
Кувшин как кувшин. Вино как вино.
Ничего не изменилось, будто и не всыпали в него странный порошок.
Человек издал удовлетворённый «хмык», развернулся, на секунду осветив своё лицо, и я узнала...
Это был Василий Лекапен, первый министр, главный евнух собственной персоной.
Так он же вроде как по приказу императора отправился в провинцию Македония, а затем направился в Пелопоннес?
Значит он ослушался властителя? Решил защитить меня, как обещал, расправившись с ним своими личными методами?
С чувством выполненной миссии, решённой задачи, с довольной улыбкой на лице Василий продефилировал мимо нас, благополучно наблюдающих за происходящим, осторожно открыл дверь, выглянул, прислушался к тишине, царящей во дворце, а затем юркнул в коридор.
Дело сделано.
- И что там, в том кувшине?
- А ты не догадываешься?
- Яд?
Ангел мне не ответил.
- Смотри дальше.
Снова заклубился, засеребрился воздух в комнате.
- Гха-а-а....
Император разморозился, очнулся, вытаращился на пустую кровать, смятую и растрёпанную, сел на задницу, свесив ноги, и замотал башкой.
- М-м-м, ничего не понимаю. Где эта сука?
Встал, подошёл к столику, где стоял кувшин и лежала ваза с фруктами. Схватил персик, впился в него зубами, не обращая внимания на сок, что брызнул на его обнаженный торс, яростно вращая бельмами, оглядел помещение.
Рожа у него, я вам скажу, была очень удивлённая.
- Ничего не понимаю. Она же была здесь!
Обошёл комнату по периметру, вглядываясь в каждый угол, открывая двери шкафов и крышки сундуков, что находились в его комнате в достаточном количестве.
Открыл дверь. Удостоверился, что охранники стоят на месте.
- Все нормально? Никто не приходил, не уходил?
Охрана вытаращила гляделки, испуганно мотая головами.
- Нет, господин. Все тихо.
Закрыл дверь. Снова начал озираться по сторонам. Наклонился, заглянув под кровать.
- Хм...
Подошёл к окнам, проверил створки и щеколды.
- Хм... ничего не понимаю.
Сел на кровать, озираясь по сторонам. Вдруг лег на покрывало, где я только недавно лежала, шумно вдыхая носом запах.
И снова глупое выражение лица с вытаращенными глазами.
- Ну ведь запах сучки на моей кровати. Он не испарился. Она была здесь! Тогда почему я ничего не помню? Я её поимел, сорвал цветочек, или нет?
Наклонился, внимательно разглядывая покрывало. Вскочил, откинул одеяло, осматривая девственно белые простыни.
- Крови нет. Ничего не понимаю.
Ох!!! Он ходил, метался туда-сюда, а меня трясло не по-детски. Так страшно было. Ужас пробрался к моему сердцу и сжал его ледяной дланью, сковал моё тело, не позволяя вздохнуть.
Страшно. Очень страшно!
Если бы не крепкая рука ангела, сжимающая моё плечо, я наверняка упала бы в обморок, или с паническим визгом вырвалась из комнаты и помчалась в свои покои. Вот тут-то меня и обнаружили бы верные вассалы императора.
И я бы погибла.
А сейчас...
Угрюмый василевс, не обнаружив в своей комнате следов молодой падчерицы, снова подошёл к столику с яствами, схватил кувшин с вином и крупными, жадными глотками его ополовинил.
- Ну вот, теперь все. Агонию будешь смотреть?
Ангел в отличие от меня был невозмутим и совершенно спокоен.
Мне бы так.
- Нет. Не хочу. Думаю, что эта картина весьма неприятна.
- Хм.. ещё как неприятна. Полный трэш.
- Что такое «трэш»?
- В другом веке узнаешь.
- В каком?
- В 21-ом. Ладно, - помолчал, наблюдая, как император подошёл к кровати и свалился без сил, точно мешок, - пора тебя вернуть в твою комнату. Утром тут будет полный ахер.
Подождали ещё минут десять, пока не услышали раскатов заливистого храпа, изрыгающегося из глотки императора, с каждой минутой затихающего, превращающегося в предсмертные хрипы.
Ангел зашелестел крыльями.
- Пора...
***
Не спала всю ночь. Ворочалась, прислушиваясь к малейшему шуму, шагам или тихим разговорам слуг. Но во дворце на удивление было очень тихо. Будто кроме меня все люди вымерли.
Необыкновенная замогильная тишина, что заставила меня задрожать и плотнее укутаться тёплым одеялом.
Вот так, в тревогах и раздумьях, я постепенно затихла и забылась тревожным сном.
А утром был полный трэш.
В общем, собаке - собачья смерть. Прости меня, господи.