Страница 83 из 144
Глава 49
– Он же поматросит и бросит! Хорошо, если не в подоле принесёшь. Ему же просто ровесницы не дают, вот он тебя и нашёл, подстилку бесплатную. Безмозглую!
Лера закатила глаза. Аргументы матери казались абсурдными. Этот разговор в той или иной форме продолжался уже неделю. Лерин аппендицит никого не волновал. На повестке дня были проблемы с экзаменами и вскрывшаяся связь с соседом-наркоманом.
– Ты ещё скажи, что любишь его! – не унималась мать. – Да тебе просто нравится с ним трахаться! Ты так себя шибко взрослой ощущаешь.
– Взрослой я себя с тобой ощущаю, – после паузы ответила, наконец, Лера. – Ты же всю жизнь на меня все свои проблемы вываливаешь. Я же всё сама, все врачи, магазины, бумажки. У меня ответственность, обязательства! Как будто я что-то могу исправить! – она нервно сглотнула. – А с ним я как девочка пятилетняя. Важно, чтоб покушала и шапку не забыла надеть. Когда всегда заберёт, пожалеет, если устала, по голове погладит, ванну сделает. Спросит, как дела? Не "Что получила? Что задали? Всё ли сделала?" А "Что было? Какие новости? Никто ли не обидел? Почему такая грустная?"
Мать пустым взглядом смотрела в стену.
– Он плохой, мам, плохой человек. Думаешь, я не вижу, что ли? Но он меня любит, заботится обо мне. Может и неправильно, может, не так, как ты себе представляла. Но он меня любит, я это вижу, я чувствую!
Валентина Андреевна встала с дивана и тяжело вздохнула.
– Ой, дура, какая же ты дура! Какой же ты бред несёшь…
Лера усмехнулась. Стена была непробиваемой. Взгляд её стал жёстким. Она нагло посмотрела на мать и, отчеканивая каждое слово, сказала:
– И да, ты права. Мне очень нравится с ним трахаться. Я от этого офигеть какое удовольствие получаю. Если ты вообще понимаешь, о чём я.
Мать с размаху отвесила Лере звонкую пощёчину.
– Я его посажу, – злобно прошипела Валентина Андреевна.
– За что, интересно?
– Найдётся за что. Наркуша с приводами
81
, никто и разбираться не станет. Загремит как миленький.
– Попробуй, – глядя в глаза матери, уверенно сказала Лера, – и ты меня больше никогда не увидишь.
– И куда ты пойдёшь? Под забор?! – хмыкнула мать.
– Хоть бы и так. Встану у подъезда и буду давать направо и налево каждому встречному. И обязательно, чтоб все соседи видели, чтоб весь город знал, какую Валька блядь воспитала. Тебе же это важно?! Что люди скажут?
– Духу не хватит.
– Не переживай, хватит. Раньше бы не хватило.
– Воспитала на свою голову, – схватилась за сердце Валентина Андреевна.
– Да воспитала, мам, на свою голову, это отцовская порода, дурная кровь, лентяйка, эгоистка, бестолочь! Ничего не забыла?
Повисло молчание.
– Так что если хочешь подружкам на работе моей учёбой в Москве хвастаться, отстань от нас, ради Бога.
– Пошла вон, – тихо сказала мать.
***
Лёха был в сервисе один, когда в дверь робко постучали. На пороге стояла Лера, худая и бледная как смерть.
– Привет, – слабо улыбнулась она, – а Максим здесь?
– Уехал уже, – Лёха подхватил девушку под руку, довёл до кушетки. – Случилось что?
– Позвони ему, пожалуйста. Я без телефона, и денег на маршрутку было в один конец. Решила, тут точно кто-нибудь из вас будет, а у него дома – как повезёт.
– Держи, сама позвони, – протянул Лёха девушке телефон. – Что случилось? Тебе плохо? Выглядишь, если честно, так себе.
– С мамой поругалась, – пояснила Лера, слушая гудки в трубке, – я после операции, не восстановилась ещё.
– Чё, Лёх, забыл чё? – послышался в трубке бодрый любимый голос.
– Это не Лёша, это я. Забери меня, пожалуйста.
***
Они ехали молча. Лера старалась не показывать, как болит непрерывно ноющий шов, Макс выстраивал в голове последовательность дальнейших действий. Он предполагал нечто подобное и сейчас перебирал возможные варианты. В какой-то момент он подумал, что Лера может расценить его молчание как злость или обиду. Макс посмотрел на девушку и нежно погладил её по коленке.
– Всё будет хорошо, детка.
Лера вяло улыбнулась.
– Извини.
– Не за что извиняться. Я серьёзно. Ты не смотри, что я гружёный, это не из-за тебя. Просто подумать нужно.
– О чём?
– Это мама твоя, Лер, это самый близкий человек. Ты не подумай, я только рад, если ты со мной жить будешь, это очень круто, я давно хотел. Но я не хочу, чтобы ты из-за меня с матерью перестала общаться. Это неправильно, я считаю.
Девушка закатила глаза.
– Такими связями не разбрасываются, Лер. Так не должно быть.
– И что ты предлагаешь?
– Съезжу, поговорю с ней.
– Сейчас не самая хорошая идея.
– Именно сейчас. Пока она с психа чего не натворила.
– До неё не достучаться.
– Я хотя бы попытаюсь.
– А мне что делать?
– А тебя к матери пока отвезу.
Лера испуганно посмотрела на парня.
– К моей. Я тебя одну в таком состоянии не оставлю, а она всё сделает, если нужно будет. Я ей доверяю, как себе.
Девушка тяжело вздохнула.
– Я ей рассказал. Всё нормально.
– Ты, я смотрю, всем рассказал, – угрюмо пробубнила Лера.
– Ну кто-то же не хотел по-человечески, – бросил ответную шпильку Макс, – теперь имеем, что имеем.
Снова повисла тишина. Они подъехали к своему старому дому.
– Лер.
– Что?
– Злишься на меня?
Она дёрнула скулой, пожала плечами, посмотрела ему в глаза.
– Не знаю. Да, наверное, но не понимаю, почему.
Он погладил её по голове.
– Потому что ты думала просто сбежать, а я, дурак, всё усложняю.
Девушка вздохнула, опустила глаза, покусала губы.
– Да, наверное. Я думала, ты просто меня заберёшь.
Макс потянулся через сидение, поцеловал её в висок.
– Поцелуешь меня?
Лера подняла глаза.
– Если поцелуешь, значит, понимаешь, что я прав. Хоть это и неприятно.
Девушка слегка отстранилась, отвернулась к окну, нервно стуча пальцами о дверцу, затем продолжительно посмотрела ему в глаза. Максим молчал, ожидая её решения. Они должны были выступать единым фронтом, сейчас это было важно. Лера тяжело вздохнула, опустила глаза. Затем подняла взгляд, оперлась ладонью о его колено и нежно, чувственно поцеловала. Он погладил её по щеке.
– Я быстро. Постараюсь быстро. Всё будет хорошо.