Страница 126 из 144
– Я не хотел, не мог это обсуждать. Потому что на любой мой аргумент у тебя будет свой! И ты опять меня переубедишь, продавишь, околдуешь! Как обычно, как всегда у нас было…
Он выдохнул в форточку, отошёл к столу.
– А потом пожалеешь… А я этого не хочу! Не хочу, чтобы ты в тридцать лет поняла, что жизнь по-идиотски сложилась. Чтобы возненавидела меня за бедность, за немощность, за то, что затянул тебя в своё болото. Лучше уж ненавидь меня за это…
Макс повернулся и посмотрел на Леру. Девушка тихо плакала.
– Мне с тобой охренительно было, Лер! Было и есть. Но тебе надо дальше идти. Без меня…
– Ты меня любишь? – тихо спросила девушка, поднимая на него глаза.
Он промолчал. Отвернулся. В тишине маленькой кухни было слышно мерное тиканье часов и тихие всхлипы Леры.
– Да или нет? – повторила она.
– Это не имеет значения. Это всё равно ничего не меняет…
– Когда любят, рядом хотят быть…
– Когда любят, хотят, чтоб любимый человек счастлив был, – ответил Максим, разворачиваясь к ней. – А с тобой или нет – уже не так важно.
– Это так ты меня счастливой делаешь? – злобно усмехнулась Лера. – А там что сейчас было? Не считается?
– Да потому что я не железный, Лерка! Я не могу, когда ты – вот она! – Макс резко подошёл и схватил её сзади за шею, приближая к себе её лицо. – Это же невозможно! Это не номер в телефоне заблокировать!
– Зачем ты мне дверь открыл?
– Знал бы, что ты, не открыл бы. В глазок не смотрю – дурная привычка…
Лера положила ладони на исхудавшие щёки, нежно поцеловала. Он, грустно глядя на неё, аккуратно убрал руки и отошёл. Она достала новую сигарету, нервно защёлкала зажигалкой. Zippo не желала загораться, Лера злобно отшвырнула зажигалку в другой конец подоконника.
– Я так тебе верила, – с горечью сказала она. – Ты же самый дорогой мне человек, я всегда перед тобой как голая была, душа нараспашку… – Лера тяжело вздохнула, сглотнула подступивший к горлу ком. – За что ты так со мной? Что я тебе такого сделала? Ты даже представить не можешь, как мне сейчас больно…
Макс злобно хмыкнул.
– Да куда уж там…
Лера шмыгнула носом, вытерла слёзы.
– Я так люблю тебя… Всегда любила, очень сильно. Сколько я плакала, сколько ждала тебя, как тяжело мне было – одному Богу известно… У меня нет больше сил тебя к себе разворачивать, уговаривать, кругами вокруг тебя бегать. Я же всё это время к тебе тянулась! Я же так мало просила… Я больше не хочу околдовывать, убеждать тебя, что всё будет хорошо, что всегда есть варианты, что мы справимся. Мы бы справились, я знаю…
Она сделала паузу и глубоко вздохнула.
– Я не хочу всю жизнь тебя переубеждать. Жить, не зная, когда тебе в очередной раз в голову взбредёт, что ты меня не достоин.
Лера соскользнула с подоконника, подошла к раковине умыться. Выдохнула, обернулась к Максу, стараясь унять дрожь в голосе.
– Ты же понимаешь, что если я сейчас уйду, то больше не вернусь сюда?
– И это будет правильно, – ответил он, сверля её взглядом.
Лера замотала головой.
– Ты просто трус, Воронцов! Жалкий, мерзкий трус! Тебе проще любимую женщину выгнать, чем жопу поднять и что-то поменять в своей грёбаной жизни!
– Ничего не изменится, – тихо ответил Макс.
– Да ты никогда и не пытался, – убитым голосом произнесла Лера.
Она замотала головой, как бы пытаясь прогнать реальность. Как будто происходящий разговор ей только казался.
– Мне надо идти.
– Я провожу.
– Нет! – она резко выставила ладонь перед собой. – Никакой души не хватит…
– Уже поздно, – возразил Макс, – куда ты пойдёшь?
– К маме, на вокзал, в гостиницу… Не знаю, – Лера растеряно пожала плечами. – Хоть к самому дьяволу, тебе-то что?
– В электричке сейчас одна шваль, не хочу, чтоб ты с ними ехала.
– Волнуешься? – саркастичным тоном спросила девушка.
– Не надо так, – грустно ответил он. – Ты же понимаешь, что мне не всё равно.
– Предлагаешь остаться?
– Да, – Макс не отводил от неё напряжённого взгляда, – оставайся до утра. Я на полу могу лечь.
Лера засмеялась. Смех был вымученным, недобрым.
– Ты прекрасно знаешь, куда ты ляжешь, куда мы оба ляжем. Чтобы что, Максим?
Не дождавшись ответа, она отвела глаза.
– Хватит хвост по частям рубить. И без того сдохнуть хочется…
Девушка прошла в комнату, не спрашивая, достала из серванта полотенце, закрылась в ванной. Макс остался стоять на кухне. Было огромное желание шагнуть в окно. Он мог остановить её. Схватить, поцеловать, попросить прощения. Она бы всё поняла, она бы осталась. Он бы снова забрал её себе, привязал. Продолжая разрушать себя, разрушал бы и её жизнь. Максу слышно было равномерное шуршание воды. Он был уверен, что оно заглушает рыдания. Он сел на полу у двери в ванную, как пёс, ожидающий, пока любимый хозяин, наконец, вернётся домой. Просто ещё раз увидеть её, ещё раз дотронуться, услышать голос. Вскоре вышла Лера, завёрнутая в полотенце. По красному опухшему лицу он понял, что его предположения были верны – она плакала. Она молча смерила сидящего на полу парня взглядом, отдала ему футболку. Не говоря ни слова, прошла в комнату и стала одеваться. Макс, не скрываясь, наблюдал за ней, не в силах оторвать взгляда. Она знала об этом, но и не думала прикрыться или выйти.
Надо было просто встать. Просто обнять, прижать к себе, поцеловать, признаться в любви. Сколько он сможет её удерживать этим? День? Два? Неделю?
Лера вышла в прихожую, начала обуваться. Он поднялся, подал ей пальто. Измотанная физически и морально девушка не смогла попасть в рукава с первой попытки. Макс обнял её, прижимаясь сзади. Поцеловал в макушку.
– Прости меня, Лерка…
Она отрицательно покачала головой.
– Не нужно. Прощай, Максим.
Он убрал руки, Лера вышла из квартиры. Навсегда.