Страница 65 из 69
Когда таймер пискнул, у меня ёкнуло сердце. Михаил ловким движением выудил пакет из воды. Сквозь прозрачную плёнку виднелось мясо, окружённое золотистым, растопленным маслом, в котором плавали травы и ягоды. Аромат, когда шеф надрезал пакет, ударил в нос мощной волной. И если у Марка это был могущественный волшебник, то здесь… Дикий шквал! Как будто Король друидов направил на тебя огромное войско лесных зверей.
Колян уже не мог сопротивляться. Он едва стоял на ногах, принимая на себя хлёсткие удары сливочного, хвойного и чесночного ароматов, с тёплой сладковатой ноткой мёда и глубоким, почти шоколадным акцентом.
— Это ещё не всё. — Михаил вынул мясо и обсушил его бумажными полотенцами: — Су-вид даёт нежность, но не даёт корочки. А корочка — это душа любого стейка. Без реакции Майяра никуда, ребятки.
Шеф раскалил чугунную сковороду, бросил ложку масла, и оно тут же вспенилось. Лосятина легла на горячий металл с оглушительным и нереально аппетитным шкворчанием, от которого у меня свело скулы. Михаил держал стейк ровно по сорок секунд с каждой стороны, поливая его пенящимся ароматным маслом с ложки, едва наклонив сковороду.
— Быстро! Су-вид уже сделал всё внутри. Нам нужны только корочка, цвет и аромат. Передержишь — перегреешь мясо. И тогда вся наша шестичасовая работа будет насмарку.
За считанные секунды поверхность лосятины покрылась глубокой, тёмно-коричневой, лакированной корочкой. Кухню заволокло облаком головокружительного запаха жареного мяса, карамелизованного мёда и трав.
— А… — Колян, словно зомби заприметивший Джилл Валентайн, потянулся к сковороде.
— Погоди! Стейку необходим отдых. — Михаил переложил наш восхитительный кусочек мяса на доску: — Пусть полежит пару минут. Соки внутри успокоятся и разойдутся по волокнам. Разрежешь сразу — всё вытечет на доску, и ты останешься с сухарём.
Эти две минуты тянулись, как вечность. Мы с Коляном уже начали нарезать круги по кухне от нетерпения.
А потом Михаил взял тонкий нож и разрезал стейк поперёк волокон одним плавным движением.
У меня перехватило дыхание… С какой филигранной и, я бы даже сказал — хирургической точностью шеф всё это делал. Просто моё почтение!
Естественно, срез был идеален. Нежный розовый цвет от края до края. Ровное прожаренное мясо по всей толщине. Тонкая тёмная кайма корочки обрамляла его, как рама картину. По срезу выступили капельки прозрачного сока, поблёскивая под кухонным светом.
— Пробуйте. — с торжественной улыбкой произнёс Михаил.
Подцепив кусочек вилкой, я одним быстрым движением отправил его в рот.
Боже… Сперва мне показалось, что будет нечто отдалённо напоминающее стейк рибай. Но нет. Мясо таяло на языке, глухим басом отдавая все оттенки вкуса сразу. Это была не просто волна… Это настоящее огромное цунами из богатого вкуса дичи, округлённого мёдом, и обласканного сливочным маслом.
Можжевельник звенел тонкой хвойной нотой, где-то в глубине. Брусника подхватывала бодрящей приятной кислинкой. Какао оставляло на языке дымный и почти таинственный след.
Ни грамма той горечи и жёсткости, которой пугала дичь. Только нежность. Только гармония. Только полнота вкуса, от которой хотелось замолчать и просто наслаждаться… Великолепно? Нет. Это даже больше, чем божественно!
Колян жевал с закрытыми глазами, и по лицу его расплывалось выражение почти священного блаженства.
— Ну, как? — спросил Михаил, скрестив руки на груди. В его глазах прыгали весёлые искры.
— Шеф… — выдохнул я: — Это… бесподобно. Вы — гений!
— Вообще-то, я лишь указал вам путь. Всё остальное вы сделали сами. Ну и вот эта красавица от «Китпроф». — мягко улыбнулся он: — А теперь, ребятки, запоминайте руками, а не головой. Ещё раз и с самого начала!
— Так точно! — я потянулся к специям и… резко остановился: — Шеф. А, можно вопрос?
— Для этого вы здесь, молодой человек.
— Как вы относитесь к экспериментам?
— Очень положительно, а что?
— У вас не будет в долг ананаса или киви?
Глава 15
— Когда-нибудь мы выспимся… — Колян устало смотрел на тазик для домашнего су-вида: — Но, видимо, не в этой жизни.
— Ой, как будто в первый раз. — усмехнулся я, закладывая очередную порцию стейков для дуэли: — Наша основная задача — сделать и без того идеальное блюдо ещё лучше. И как мы видим… Киви немного перегибает палку.
— Может быть, стоит добавить его в масло при обжарке?
— Хм-м-м… Почему нет? У нас, как раз ещё на две тренировочные попытки. В ванной стейк на пробу с ананасом. А вот эти семь — уже на саму дуэль.
В дверь постучались.
— Да-да! Открыто. — громко ответил я, очищая киви.
— Что делаете? — в мою комнату осторожно заглянула Лера.
— Готовимся. Что мы можем ещё делать вечером перед дуэлью?
— Действительно… В общем, я хотела бы одолжить тебя на двадцать минут. — Глава студсовета смущённо отвела взгляд. Влюбилась, что ли? Хотя… вроде, ничего не предвещало.
— Только меня? — на всякий случай уточнил я.
— Да. Пока да…
— Ладно. Колян — ты остаёшься за старшего. Пока подготовь киви и новую порцию соуса.
— Будет сделано! — отрапортовал мой друг и тут же принялся очищать киви от кожуры.
А мы с Лерой вышли в коридор. Тусклый свет древних бра предавал атмосфере ещё большую пикантность…
— Я внимательно слушаю.
— Честно… — Глава студсовета снова смутилась и отвела взгляд: — Я всегда стараюсь придерживаться чётких правил академии. Всё же, я Глава Студенческого Совета… Один из органов местной власти… Но иногда даже мне приходится нарушать правила.
— Слушай… Давай не будем ходить вокруг да около? Просто скажи мне всё напрямую. — я приобнял Леру за талию и подтянул к себе: — Несмотря на то, что я предпочитаю рыжуль — пепельные блондинки вполне в моём вкусе! Так что, не стесняйся. Я понимаю — тебе очень одиноко. Не хватает настоящего мужского плеча… Но ты не переживай! Тебе я всегда готов помочь. Идём.
— Что… ЭЙ!!! — Глава студсовета выскользнула из моих рук: — Какого хрена, Дерек⁈
— Ну… Ты сказала, что нам надо поговорить наедине. А устав гласит, что на территории академии отношения запрещены. Плюс ты у нас Глава студсовета и тот, кто может решить судьбу дуэли в спорный момент. Да мы с тобой практически Ромео и Джульетта! Наши отношения под огромным запретом.