Страница 98 из 107
Она стояла, глядя на горящую надпись, и слёзы текли по её щекам, смешиваясь с ветром и счастьем. Она не могла говорить. Она просто обняла его — со всей силой, на которую была способна, вцепилась в его куртку, уткнулась лицом в грудь и зарыдала. От счастья. От неверия. От того, что это — её жизнь. Её Париж. Её человек. Её мечта была исполнена.
— Я люблю тебя, — сказал он, прижимая Джинну к себе. — Сильнее, чем ты думаешь.
Он поцеловал её, и над ними всё ещё горела надпись, и Париж аплодировал им огнями, и весь мир сузился до одних слов.
V + B = FOREVER.
Когда они спустились с башни, Лина и Алекс ждали внизу. Лина плакала. Открыто, не вытирая слёз.
— Ты видела? — спросила она Алекса.
— Видел.
— Ты слышала? — спросила она Джинну.
— Слышала.
Лина бросилась обнимать подругу, и они закружились в объятиях, счастливые и мокрые, смеясь и плача.
— Это было так красиво, — всхлипывала Лина. — Я всё видела. Мы всё видели.
— Ты знала?
— Знала. Но не могла сказать. Брайс просил.
— Вы все знали!
— Ай, не сердись! — Лина смеялась. — Ты же счастлива?
— Я безумно счастлива!
Алекс подошёл к Брайсу и обнял его.
— Ну что, как ты?
— Лучше, чем когда либо.
Вечер они провели в ресторане. Том самом, где всё было готово. Цветы, шампанское, музыка. Джинна смотрела на своё кольцо и не верила. Она крутила его на пальце, и оно переливалось при свете свечей.
— Ты будешь смотреть на него всю ночь? — спросил Брайс.
— Да, — ответила она. — Всю ночь и всю оставшуюся жизнь.
Он улыбнулся.
— Это самый лучший подарок, который я мог бы тебе сделать.
— Нет, — поправила она. — Ты — мой лучший подарок.
Она взяла его за руку, и они сидели так, глядя на огни Парижа за окном.
Тишина была наполнена счастьем.
Поздно ночью, когда все разошлись, они стояли на балконе квартиры Лины. Париж спал, и только Эйфелева башня продолжала сиять.
— Брайс?
— Да, принцесса.
— Я никогда не забуду этот день.
— Я тоже, — он обнял её. — Потому что это был день, когда началась наша настоящая жизнь.
Он поцеловал её, и звёзды над Парижем замерцали чуть ярче.
А где-то в другой комнате, Лина прижалась к Алексу и прошептала:
— У них получилось.
— У них всегда получается, — ответил он.
И они стояли так, глядя на ту же башню, в ту же ночь, в одном городе, и чувствовали то же тепло, которое разливалось по сердцу.
Это был день, когда всё изменилось.
И всё стало по-настоящему.