Страница 71 из 107
Лина помолчала. Сжала край кресла, потом разжала.
— Нет, — сказала она тихо. — Решила ехать.
Я облегчённо выдохнула — сама не заметила, что задержала дыхание.
— Тогда почему ты так говоришь? «Не думать о будущем»? Будущее уже есть. Ты уезжаешь.
— Знаю. — Лина посмотрела на меня. В её глазах стояли слёзы, но она не плакала. — Я боюсь, Джинна. Не Алекса. Я его люблю. А всё остальное.
— Что именно? — спросил Брайс. Спокойно, без насмешки.
— Всё, — Лина развела руками. — Язык, город, людей. Там всё чужое. Я даже «круассан» не могу выговорить без акцента, а он смеётся. — Она шмыгнула носом. — А ещё я боюсь, что мы перестанем общаться. Что ты найдёшь себе новую лучшую подругу, а я останусь одна в Париже с Алексом и его бизнес-ланчами.
— Линка, — я встала с колен Брайса, подошла к ней, села на подлокотник кресла. — Ты моя лучшая подруга. Неважно, где ты живёшь — в общежитии или в Париже за три тысячи километров. Мы будем созваниваться, прилетать друг к другу. Телефон же не отключат на границе.
— А если ты выйдешь замуж за Брайса и забудешь про меня? — она улыбнулась сквозь слёзы, но вопрос был серьёзным.
— Если я выйду замуж за Брайса, — я покосилась на него, он смотрел на нас с лёгкой улыбкой, — ты будешь первой, кому я позвоню. Даже раньше, чем маме.
— Обещаешь?
— Обещаю.
Лина обняла меня, уткнулась носом в плечо.
— Я боюсь, — прошептала она. — Но хочу. Очень хочу. С ним.
— Тогда чего ты боишься? — спросил Брайс.
Лина отстранилась, вытерла глаза тыльной стороной ладони.
— Наверное, ничего, — сказала она. — Просто привыкла бояться. Старая привычка.
— Отвыкай, — посоветовал он. — Алекс не Брэндон. Он тебя не бросит.
— Откуда ты знаешь?
— Потому что он мой друг. И потому что я видел, как он на тебя смотрит. Так смотрят только раз в жизни. — Брайс помолчал, потом добавил тише: — Или, может быть, два раза. Но если повезёт.
Я перевела взгляд на него. Он смотрел на меня. И я поняла, что он имеет в виду.
Лина перевела взгляд с меня на него, потом обратно.
— Ладно, — сказала она, шмыгнув носом. — Сопли в сторону. Я поеду с ним. Но ты, Джинна, обещала мне звонить. Каждую неделю.
— Каждый день, — поправила я.
— Не надо каждый день, ты замучаешься. — Она уже почти улыбалась. — Раз в три дня. И видео с Кайном мне скидывай. Он милый.
— Скину, — я поцеловала её в лоб. — А теперь иди спать. Ты устала, я устала, Брайс устал. Отдыхаем.
— А можно? — она посмотрела на Брайса.
— Давно пора, — он кивнул. — Гостевая спальня на втором этаже, ты знаешь.
Лина встала, чмокнула меня в щёку, махнула Брайсу и ушла, волоча за собой плед.
Мы остались вдвоём. Тишина накрыла комнату, мягкая, уютная.
— Ты устала, принцесса, — Брайс взял меня за подбородок, повернул к себе.
— Устала, но не спать же в двенадцать часов дня.
— А кто сказал про сон? — он усмехнулся. — Я предлагаю лечь. И не спать.
— Брайс, только что мы обсуждали серьёзные вещи. Лина, Алекс, переезд…
— И что? — он встал, подошёл ко мне. — Я серьёзно хочу тебя. Это не мешает серьёзности остального.
Я покачала головой, но улыбнулась.
— Невыносимый.
— Я знаю. — Он подхватил меня на руки. — Но ты меня любишь.
— Тоже мне аргумент.
Он понёс меня в спальню.
Вечером мы разбудили Лину, заказали пиццу и смотрели глупую комедию втроём. Она смеялась, подавилась газировкой и чихнула.
— Хорошо, что не на меня, — сказал Брайс, отодвигаясь.
— А могла бы, — парировала Лина. — Расслабься.
— Лин, не искушай судьбу, — одёрнула я её. — Он и так сегодня добрый.
— Добрый? — она прищурилась. — А когда он злой?
— Страшно, — честно ответила я.
Брайс усмехнулся, но промолчал.
Ночью, когда Лина уснула, мы сидели на веранде. Брайс пил вино. Я смотрела на звёзды.
— О чём думаешь? — спросил он.
— О Лине, — призналась я. — О том, как она будет там одна. Без меня.
— Она не будет одна, — он сделал глоток. — С ней будет Алекс.
— А если они поссорятся? Если она заплачет, а меня рядом не будет?
Брайс отставил бокал и повернулся ко мне.
— Принцесса, ты не можешь жить чужую жизнь. Ты можешь любить её, поддерживать, прилетать, когда она позовёт. Но ты не можешь переехать в Париж вместо неё.
— Я знаю, — я вздохнула. — Просто… страшно за неё.
— Она сильная, — сказал Брайс. — Сильнее, чем думает. Справлялась с Брэндоном, пережила больницу, теперь уезжает в другую страну. Ты в ней не сомневайся.
— Я не сомневаюсь. Я переживаю.
— Это другое, — он кивнул. — Это нормально.
Я прижалась к его плечу, смотря на звёзды.
— А ты не боишься, что когда-нибудь мы тоже… разбежимся? Слишком далеко? — спросила я тихо.
Он взял меня за руку, прижал к своей груди.
— Слушай меня, принцесса. — Голос его стал твёрдым, почти жёстким. — Я потерял отца, мать, хорошего друга. Я терял деньги, контракты, репутацию. Я знаю, что такое «кончится». И я не боюсь, потому что понял одну вещь.
— Какую?
— Всё кончается, когда перестаёшь бороться. А я не перестану.
Он поцеловал меня в макушку.
— Слышишь? Здесь. Ты здесь. Каждый день. Каждую минуту. И пока это так — я не боюсь ничего.
Я уткнулась носом ему в плечо, вдыхая запах, который стал для меня родным.
— Я тоже не боюсь, — прошептала я. — Когда ты рядом.
— И не бойся, — он поцеловал меня в макушку. — Это приказ.
Мы сидели на веранде, глядя на звёзды, и молчали. Это было хорошее молчание — без недомолвок, без страхов. Просто — мы. И больше ничего не надо.
Завтра предстоял обычный день. Учёба, встречи, звонки от Алекса, разговоры с Линой о будущем. Но сейчас был только вечер, тишина и его рука, сжимающая мою.
Я закрыла глаза и улыбнулась.
«Возвращение в нормальность, — подумала я. — Оказывается, это совсем не скучно. Когда нормальность — это мы».