Ты для меня целый мир

— Ты меня убьёшь, — выдохнул он. — Садись.

Он открыл дверцу, она села. В салоне играла тихая музыка — что-то новое, но такое же спокойное.

— Куда мы едем? — спросила Джинна, поправляя хвост.

— Ко мне, — ответил он, не глядя на неё. — Если ты не против.

Сердце пропустило удар.

— Не против, — сказала она, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

Они ехали молча, но это молчание было другим — не напряжённым, а ожидающим. Как затишье перед бурей. Джинна смотрела в окно на убегающие огни весеннего города и чувствовала, как Брайс иногда бросает на неё быстрые взгляды — на её хвост, на открытую шею, на талию, которую видно между свитером и юбкой.

— Брайс, — сказала она.— Я рада, что мы едем к тебе.

Он ничего не ответил, но его пальцы на руле сжались чуть сильнее.

Они подъехали к высоким кованым воротам. Брайс нажал на пульт, ворота бесшумно открылись, и машина въехала на территорию. Дом был большим, но не кричащим — современная архитектура, много стекла, тёплый свет из окон. В мартовских сумерках он выглядел особенно уютно.

— Красиво, — выдохнула Джинна.

— Это просто дом, — сказал Брайс, паркуясь. — Важно то, кто внутри.

Он открыл ей дверь, и они вошли.

Внутри было тепло, пахло деревом и чем-то ещё — тем самым запахом Брайса, который она так любила. Просторная гостиная с мягким диваном, камин, на полках книги. Кухня, отделённая барной стойкой. Большие окна во всю стену, выходящие в сад, где уже зажглись садовые фонари.

— Хочешь, покажу? — спросил он, беря её за руку.

— Да.

Он водил её по комнатам: кабинет с массивным столом и креслами, спортзал с тренажёрами, библиотека, где он признался, что почти не читает, но любит запах книг. Гостевые спальни, ванная с огромной джакузи.

А потом — его спальня.

Джинна замерла на пороге. Большая кровать с тёмным изголовьем, бельё цвета слоновой кости, пр иглушённый свет. На тумбочке — её фотография. Та самая, из соцсетей, где она смеётся, запрокинув голову.

— Откуда? — спросила она тихо.

— Нашёл, — ответил он, и в его голосе не было смущения. — Мне нравится, как ты улыбаешься.

Она повернулась к нему, и он обнял её — не страстно, а по-домашнему, уютно. Прижал к себе, уткнулся носом в её хвост, вдохнул запах её духов.

— Оставайся сегодня, — прошептал он. — Не буду ничего делать, обещаю. Просто хочу, чтобы ты была рядом.

— Я останусь, — ответила она, чувствуя, как его сердце бьётся в унисон с её.

Они лежали на его кровати, в темноте, только луна светила в окно, заливая комнату серебристым светом. Брайс снял футболку — остался в одних штанах — и Джинна увидела его торс. Каждый мускул, каждую линию. Татуировку на ребре. Она сглотнула.

— Ты смотришь, — заметил он, ложась рядом.

— А ты бы не смотрел? — ответила она, чувствуя, как горят щёки.

Он рассмеялся — низко, горлом.

— Я на тебя весь вечер смотрю. Ты в этом свитере, с открытой талией, в юбке, на каблуках, с хвостом… — он покачал головой. — Я еле доехал.

Она улыбнулась, придвинулась ближе. Он обнял её, притянул к себе. Она была в его домашней кофте — которую он дал ей, когда она переодевалась перед сном. Огромная, мягкая, пахнущая им.

— Брайс, — прошептала она.

— Да, принцесса?

— Я хочу тебя поцеловать.

— Так поцелуй.

Она приподнялась на локте и поцеловала его. Долго, медленно, смакуя. Он ответил — нежно, почти целомудренно, но когда она провела языком по его нижней губе, застонал и перевернул её на спину.

— Ты обещал ничего не делать, — прошептала она, улыбаясь.

— Я и не делаю. Я просто целую.

Он целовал её снова и снова. В губы, в щёки, в шею, в ключицы, в то место за ухом, от которого у неё перехватывало дыхание. Его руки гладили её спину, талию, бёдра — через ткань кофты, не залезая под неё. Джинна чувствовала, как он напряжён, как сдерживается из последних сил.

— Брайс, — сказала она, тяжело дыша. — Ты можешь… если хочешь…

— Нет, — отрезал он, отстраняясь. — Не сегодня. Не сейчас. Ты для меня слишком важна, чтобы всё испортить спешкой.

Он лег на спину, прижал её к себе и поцеловал в макушку.

— Спи, принцесса.

— А ты?

— А я постараюсь.

Джинна закрыла глаза, чувствуя, как его пальцы перебирают её волосы, распущенные из хвоста. И под этот убаюкивающий ритм уснула — впервые за долгое время спокойно, зная, что она в безопасности.

Утро

Она проснулась от того, что кто-то гладил её по щеке. Открыла глаза — Брайс сидел на краю кровати, уже одетый, с чашкой кофе в руке. Солнце светило вовсю, за окном щебетали птицы.

— Доброе утро, принцесса, — сказал он.

— Доброе, — прошептала она, ещё не проснувшись.

— Я приготовил завтрак. И отвезу тебя домой, чтобы ты переоделась. А потом — на учёбу. У тебя же в три?

— Да, — она села, поправила сползшую кофту. — Ты всё помнишь.

— Всё, что связано с тобой, — ответил он, вставая. — Иди, умывайся. Кофе ждёт.

Она прошла в ванную, посмотрела на себя в зеркало. Растрёпанная, заспанная, в его огромной кофте, со следами от его поцелуев на шее — и счастливая. Такая счастливая, что хотелось петь.

Она умылась, одела свою юбку и свитер, и собрав хвост, вышла.

Они завтракали на кухне: яичница, тосты, свежевыжатый апельсиновый сок. Брайс сидел напротив и смотрел на неё так, будто она была самым красивым, что он когда-либо видел.

— Ты смотрел на меня всю ночь? — спросила Джинна, откусывая тост.

— Почти, — признался он. — Боялся, что ты исчезнешь.

— Я не исчезну.

— Знаю. Но привыкнуть к тому, что ты здесь, не могу.

Потом он отвёз её в общагу. Лина, увидев её в той же одежде, что и вчера, и с лёгким румянцем на щеках, только подняла бровь и ничего не сказала — но улыбалась так хитро, что Джинна покраснела.

— Я переоденусь и побегу, — сказала она.

— Беги, — кивнула Лина. — А вечером — жду продолжения рассказа.

Брайс ждал внизу. Когда она вышла — уже в другой одежде— он открыл дверцу.

— В универ?

— Да. К трём.

Он довёз её до самого входа. На прощание поцеловал — коротко, но так, что у неё закружилась голова.

— Вечером увидимся? — спросил он.

— Да, — выдохнула она. — Обязательно.

Она вышла из машины, обернулась, помахала рукой. Брайс улыбнулся и уехал.

Джинна вошла в университет, чувствуя, как внутри всё поёт.

«Я ночевала у него, — думала она, поднимаясь на этаж. — Я спала в его кровати. Проснулась в его кофте. И это только начало».