Страница 14 из 46
Глава 7
Дженис вернулась в свой класс, и как только она скрылась из виду, Алек потянул меня в другой коридор.
«Что ты делаешь?» — прошептала я.
«Класс Айрис Роуз должен быть где-то здесь», — сказал он, глядя на имена на дверях.
Мы продолжали идти и искать и, наконец, нашли его в конце коридора. «Вуаля», — сказала я. «Ты такой умный».
«Я предпочитаю называть это опытом», — ответил он.
«И похоже, кто-то здесь есть», — прошептала я. Дверь была приоткрыта, и в классе горел свет.
Алек приоткрыл дверь, и мы с удивлением увидели Ричарда Роуза, сидящего за партой Айрис. Увидев нас, он широко раскрыл глаза.
«Здравствуйте, мистер Роуз», — сказал Алек.
Он улыбнулся нам грустной, кривой улыбкой. «Здравствуйте, детектив, миссис Максвейн».
«Элли», — представилась я. Мы подошли к большому столу. «Как у вас дела?»
Он устало вздохнул. Его глаза были красными и опухшими, и я не могла отделаться от ощущения, что он не мог совершить это убийство. Казалось, он искренне скорбел о смерти своей жены.
«Я пришёл, чтобы убрать класс Айрис. Миссис Декер, директор школы, предложила сделать это за меня, но я хотел сделать это сам», — сказал он. Рядом с столом стояли три пустых картонных ящика, и, судя по всему, он ещё не приступил к работе.
«Уверена, это очень тяжёлая работа», — сказала я.
Он медленно кивнул. «Труднее, чем я себе представлял».
«Хотите, я вам помогу?» — спросил Алек.
Я посмотрела в его сторону. Я знала, что он хотел осмотреться в надежде найти что-нибудь, что дало бы ему какие-то зацепки по делу об убийстве.
Ричард открыл рот, чтобы что-то сказать, но потом закрыл его. Через мгновение он сказал: «Думаю, это могло бы помочь».
Я подошла, подняла две пустые бумажные коробки и одну из них протянула Алеку. Классная комната была оформлена в зимней тематике: на четырёх пробковых досках висели плакаты с мультяшными персонажами, напоминающие ученикам о хороших манерах, о том, что нельзя употреблять наркотики, а также о грамматических частях предложения. Я улыбнулась. Самое лучшее в начальной школе было то, что учительница украшала класс к праздникам и смене времён года. Рождество уже прошло, а до Дня святого Валентина оставалось ещё больше месяца, поэтому Айрис выбрала зимние мотивы. Мне очень понравились вырезанные из бумаги зелёно-синие клетчатые варежки с красными санями рядом. Я подумала, что у Айрис, наверное, был довольно счастливый класс. Дети будут скучать по ней.
— Хочешь, я сниму эти вырезанные фигурки? — спросила я, оглядываясь через плечо на Ричарда, который всё ещё не встал.
— Нет, пусть остаются. На одной доске висят личные фотографии. Мы ходили в лес и сфотографировали столько диких животных, сколько смогли найти, а она принесла эти снимки сюда для детей. Тот день хранит для меня много воспоминаний. Я бы хотел их оставить», — сказал он с грустью.
«Конечно», — ответила я, подошла к доске и начала снимать фотографии.
«Это фотографии других учителей?» — спросил Алек со своей стороны класса.
«Да, это было во время одной из рождественских вечеринок. Их можно оставить. Они хранят воспоминания для людей здесь», — ответила я.
Мне было интересно, есть ли на этих фотографиях Дженис, но я не могла спросить об этом в присутствии Ричарда. Алек расскажет мне позже. Мне было интересно, как Айрис относится к тому, что ей приходится работать с любовницей своего мужа. Я знаю, как бы я себя чувствовала, и это были бы отнюдь не тёплые и приятные чувства.
Ричард открыл верхний ящик своего стола, достал пластиковый глобус и тихо зарыдал. Я посмотрела на Алека, который бросил на меня испуганный взгляд. Мужчины ужасно справляются с эмоциями других мужчин. Я подошла к нему и сжала его плечо.
«Тебе не нужно этим заниматься, Ричард. Давай мы с Алеком упакуем вещи. Ты иди домой, а мы привезем их к тебе», — сказала я.
Он покачал головой. «Ты не знаешь, что нужно упаковать», — прошептал он сквозь рыдания.
«Если мы упакуем вещи, которые тебе не нужны, мы привезем их обратно сюда. Обещаю, что не оставим здесь ничего, что выглядит хотя бы немного важным».
Он покачал головой. «Я просто не могу в это поверить. Кто мог бы сделать такое?» — он посмотрел мне в глаза, и в тот момент я больше всего на свете хотела дать ему ответ.
«Я не знаю. Мне так жаль», — сказала я. Я почувствовала, как сдавило грудь, и слезы навернулись на глаза. Я моргнула, сдерживая их. Ричарду не нужно было, чтобы я разрыдалась у него на глазах, а Алек мог бы сойти с ума, если бы ему пришлось иметь дело с нами обоими, плачущими.
«Это совершенно не имеет смысла», — сказал он. «Все любили Айрис».
«Да, не имеет. Я бы очень хотела, чтобы ты позволил нам разобраться с этим за тебя. Тебе, возможно, будет легче самому просмотреть эти вещи», — мягко сказала я.
Я взяла пару салфеток из коробки на столе Айрис и протянула их ему.
«Может, ты и права», — сказал он, беря у меня салфетки. Он медленно встал со стула. «Прости, что заставляю тебя этим заниматься».
«Ничего страшного», — ответила я. Мне отчаянно хотелось обнять его, но это казалось неуместным. Я же его не знала.
Но, может, я могла бы стать официальной «обнимашкой», которая сопровождала бы Алека на расследованиях. Я бросила взгляд на Алека, который прижался носом к доске объявлений. Сомневалась, что ему это понравится. Я снова повернулась к Ричарду. «Иди домой, отдохни, а мы привезем тебе вещи Айрис».
Он кивнул. «Хорошо, спасибо. Я не знаю, как вас обоих отблагодарить, честно».
«Не за что», — сказала я и проводила его до двери. Он ушел, не оглядываясь, и я закрыла за ним дверь.
«Это так грустно», — сказала я.
Алек кивнул, заняв место, которое освободил Ричард. Я подняла один из студенческих стульев и поставила его рядом с ним, пока он открывал ящик. Алек перебрал его содержимое, но там были только школьные принадлежности.
«Так, учитывая, что Дженис находится прямо в конце коридора, каковы шансы, что он заглянет к ней поздороваться?» — спросил Алек.
Я ахнула. «Ты так думаешь?»
«Ну, он теперь свободен», — сказал он.
«Это так невежливо», — сказала я с недоверием.
Он пожал плечами. «Может быть. И он может быть совершенно невиновен, но это удобно».
«Может, мне заглянуть и посмотреть, не зашел ли он к ней в класс?» — спросила я.
«Нет, будет плохо, если тебя поймают».
«Из Ричарда, Дженис и матери Айрис, кто, по-твоему, наиболее вероятен?» — спросила я его, роясь в маленьком боковом ящике.