Страница 16 из 70
– Зачем бы она пошла в мастерские? - засомневалась Эмма, когда мы вышли к окраине. Здесь - в отдалении - стояли два барака мастерских. В одном работали мужчины. Большую часть отдали под столярные работы, а закуток с отдельным входом под подобие кузни. Не самое популярные место, большая часть мужчин предпочитала работать на стройке. Во втором бараке занимались женщины. Шили одежду, вязали носки, мастерили коврики.
– Может к Карлу пошла? - предположила я.
– Нет, - Эмма покачала головой, - он среди тех, кто первым ушел на поиски.
– Видимо, старый след, жаль. Чани, пойдем!
Я рассчитывала попробовать еще раз. В лесу от меня толку мало, а здесь хоть какой-то шанс. Но лерда дошла до крыльца кузни, поскреблась и снова опустила голову к земле. Уверенно потрусила к лесу. Я поспешила за ней.
Жули нашла именно Чани. Девушка забилась под местную ель, и если бы не лерда, я прошла бы мимо и не заметила.
– Жули, девочка, что с тобой? - Эмма опустилась на колени. Я взяла девушку за руку. Безвольная, холодная.
– Жули, - позвала и я.
Она сидела, прислонившись спиной к стволу. Заплаканная, бледная, хрупкая. Смотрела в одну точку и на нас не реагировала.
– Что с ней? - прошептала я. Чани заскулила совсем по-собачьи.
– Я не хотела, - шевельнулись обескровленные губы, и мы с Эммой выдохнули одновременно. Мысли, что Жули умерла, явно приходили в головы нам обеим. Уж слишком безжизненной она выглядела.
– Что не хотела, милая? - я и раньше замечала, что Эмма относится к Жули с особой мягкостью, и сейчас американка едва не плакала. - Что с тобой?
– Я не хотела, - повторила Жули. - Но не смогла. Он сильный. Заставил.
Слезы потекли по бледным щекам, глаза сжались в щели, губы задрожали.
Мы с Эммой переглянулись. Одежда на Жули была целой, крови видно не было.
– Жули, милая.., - Эмма обеими ладонями стерла слезы с лица девушки, - тебя… изнасиловали?
Из горла Жули вырвался всхлип. Такой горестный, что я прикусила губу.
– Как же так? - прошептала я. - За такое…
– Жули, - голос Эммы был сама нежность, - кто это сделал, милая?
Но юная китаянка зашлась в плаче. Вцепилась в Эмму, спрятала лицо на ее груди. Эмма успокаивающе хлопала ладонью по узкой спине и смотрела на меня со смесью растерянности, жалости и злости.
– Кто бы это ни был, - прошептала американка, - я его найду.