Страница 70 из 103
Мы с Саммер смотрим друг на друга, секунды ползут мимо. С каждым мгновением её глаза становятся всё печальнее. Живот начинает сводить судорогой.
Наконец я встаю.
— Ну, спасибо, что зашли с пирогом. Не могу дождаться, когда попробую.
— Конечно, конечно. Тогда пойдём посмотрим дом!
Дженьюари встаёт, тепло улыбаясь мне, пока направляется к задней двери.
Саммер скрещивает руки на груди, и мы идём за нашей соседкой в дом. За задней дверью все новые окна заклеены пластиковым тентом. Стены в гостиной покрашены в тёплый белый. Саммер выбрала все цвета, и я правда поражён тем, насколько у неё намётан глаз на дизайн. Она любит тепло и природные элементы, и дом уже кажется гостеприимным.
Рубленые деревянные балки частично закрыты малярной лентой и бумагой, но они тянутся через высокий потолок. Большая, совершенно новая раздвижная стеклянная дверь открывает невероятный вид на Санрайз-Бич и маяк дальше по пляжу.
— Вау, шкафы невероятные, — замечает Дженьюари, проводя пальцами по резной деревянной ручке одного из них.
Саммер сияет.
— Правда? Моя любимая деталь на кухне.
На кухне мягкие кремовые мраморные столешницы со светло-серыми прожилками. Шкафы из тёмного морёного дерева выглядят винтажно, с уникальными узорами пальм, гортензий, солнц, волн и сёрфбордов, вырезанными вдоль каждой ручки.
На одной стене тянутся две открытые полки из дерева того же цвета, а верхние шкафы окрашены в бледно-жёлтый, с матовым стеклом на передней части дверец. Большая белая фермерская раковина с краном цвета шампанского и бронзы стоит под окном, частично выходящим на будущую боковую дорожку и цветочный сад.
Дженьюари сама всё осматривает, а Саммер идёт за ней следом, пока они заглядывают в кабинет, две спальни внизу и две ванные. Дженьюари долго и восторженно говорит о том, как ей нравится терракотовая плитка в прачечной, прежде чем мы все поднимаемся наверх.
— Здесь четыре спальни и зона лофта. Изначально балкона не было, но, к счастью, мама настояла на нём при получении нового разрешения на строительство, и его добавили. Вид невероятный, и он соединён с обеими главными спальнями.
— Две главные спальни? Идеально! По одной для каждого из вас.
Дженьюари — милая старушка, но я хотел бы, чтобы она перестала делать такие комментарии. Саммер кивает, но избегает встречаться со мной взглядом.
Мы осматриваем остальные комнаты, которые покрашены только наполовину. Самая большая ванная — моя любимая, потому что там стоит ванна на ножках с видом на океан и душ с плиткой в форме ракушек и полностью стеклянной дверью. Я всё время представляю, что смотрю, как Саммер смывает с себя соль после дня на пляже.
«Судя по её реакции сегодня, она никогда не позволит этому случиться».
Дженьюари ахает, когда выходит на совершенно новую верхнюю террасу и видит бирюзовый океан. У нас невероятный вид на маяк, километры Санрайз-Бич, и даже пирс виднеется вдали. Один только вид стоит миллионы.
— Так какой план? Могу только представить, какую прибыль принесёт это место. Вы могли бы сдавать его половину года.
Саммер вздыхает, глядя на воду.
— Мы его продаём.
Я смотрю на её профиль, но она не смотрит на меня.
Дженьюари усмехается.
— Ну, если ты так говоришь. Многие миллиардеры, которые отдыхают здесь, ухватились бы за этот дом. Вы, дети, отлично поработали.
Она похлопывает Саммер по руке.
— И твоя мать гордилась бы тобой, не забывай об этом. Она хочет, чтобы ты была счастлива.
Она тепло улыбается мне, прежде чем направиться к лестнице. Не знаю, почему она говорит о Кларе в настоящем времени.
Я беру её под локоть, помогая спуститься по лестнице. Она позволяет помочь, пока мы не доходим до нижней ступеньки. Поднимает на меня взгляд, запрокидывая голову из-за нашей разницы в росте.
— Знаешь, эта девочка очень похожа на Клару. Она слишком много думает, но в конце концов ей просто нужно время, чтобы всё переварить. А потом она обычно приходит в себя и понимает, что всё будет хорошо.
Она улыбается, пока мы оба идём к заднему крыльцу. Она поднимает руку, махая.
— До встречи, красавчик.
Я смотрю вслед, пока она не скрывается из виду. Когда я возвращаюсь наверх, вижу, что Саммер всё ещё стоит на террасе второго этажа и смотрит на океан. Она вздыхает, когда я подхожу и встаю рядом, сохраняя скромную дистанцию примерно в метр между нами.
— Думаешь, она права? — спрашивает она.
— Насчёт чего?
— Насчёт того, что мама просто хотела бы, чтобы я была счастлива.
— Конечно.
— Я не хочу повторять то, что было между нами. Хорошо? Это была разовая… двухразовая штука. Мы не можем продолжать это делать. Мы можем попробовать быть друзьями, если ты хочешь.
Я сжимаю перила, костяшки белеют, пока я смотрю вниз на столик во внутреннем дворике под нами.
«Дружбы мне с ней никогда не будет достаточно».