Страница 73 из 76
Глава 25 Жар-птица
Картинг ехал, ехал по коридорам, въезжал в холлы — такие же большие и освещённые, как и то, где разгружался наш вагон. И в какой-то момент мы выехали в ангар, больше похожий на гипермаркет с уходящими под потолок стеллажами. А на этих стеллажах стояли ровными рядами робо-собаки с РПК на них, дроны, крылатые беспилотники, гусеничные боевые машины. Мы проехали пять таких ангаров, заехали в тоннель, виляя, и пару раз останавливались на красный свет светофоров, пропуская колонны погрузчиков, другие картинги с людьми, а один раз даже бегущих строем солдат — слишком синхронно, в ногу, для живых людей. И наконец картинг остановился у двери с автоматическими двумя турелями под потолком и кучей припаркованных оранжевых самокатов по обеим сторонам двери.
— Склады с роботизированным оружием? — спросил я зачем-то, ведь я и так всё видел. — Сколько там всего?
— Миллионы беспилотных машин, с возможностью управления людьми или нейросетями, — произнёс Дядя Миша. — Тим открыл нам глаза, а люди, пришедшие из других реальностей, типа твоего двойника, убедили нас, что мы всё делаем правильно. Конечно, наш Верховный главнокомандующий далеко не дурак, и мы не спешим начинать Третью мировую, но готовыми к ней мы быть должны. Ты думаешь, почему подземелья под каждым из городов засекречены?
— А они есть? Я думал, Осьминог бредит.
— А они есть, — повторил генерал-полковник. — Есть и оборудуются нами под такие вот базы и военные склады быстрого развёртывания. Представь: у нас на поверхности жёсткий расколбас, враг уничтожает всё, что ездит по земле, что летает над землёй, всё, что плавает или ходит по воде. А у нас жители уходят под землю и встают на боевые дежурства согласно графика, ежедневно выгоняя боевые машины на поверхность, и в условиях заражения радиацией, задымления продуктами распада лишь пилотируемые машины могут выполнять боевые задачи. Вернувшиеся из альтернативных реальностей или из других временных эпох нам красочно описали всё. Княжна Берёза со своим отделом проанализировала и доложила Верховному. Короче, Медоед, мы готовимся к большой войне, которой никогда не должно случиться. Но если вдруг они в край охереют, мы будем готовы.
— Я понял. А почему мы, а не Министерство обороны? — уточнил я.
— А в технологиях только у нас такой прорыв. Нам и поручили: в случае глобального замеса ОЗЛ с войсками беспилотных систем встанет на защиту Родины. А в случае предательства или провороненного удара мы же и продолжим драться за землю русскую, — произнёс он.
Мы подошли к серебристой двери с датчиками и мини клавиатурой на правом косяке, генерал-полковник коснулся сенсора, который пискнул и провёл по его лицу зелёной полоской луча, а потом и по моему.
— Добро пожаловать, Дядя Миша. Добро пожаловать, Медоед, — выдал замок.
И дверь въехала в стену, открывая нам путь в светлое помещение — комнату, где суетились люди в белых халатах. А одна из стен, та, что была напротив, была стеклянная. Только войдя внутрь, я увидел, что эта комната есть пульт управления, наподобие той, что была у доктора Ли: мониторы и сидящие у них люди в наушниках и виртуальных очках. Тут тоже всё было ярко и светло. И мы прошли к стеклу, за которым… Я даже не думал, что можно искусственно создать такие серьёзные ниши под землёй. За стеклом был огромный полигон с застройкой, с улицами, с техникой. И в этой застройке шёл бой, судя по всему на страйкбольной «тяге» и пластиковыми шарами.
Люди там бегали или андроиды — я не понимал отсюда, но, наверное, люди. Однако вместе с людьми участвовали летали, ходили и ездили боевые машины. За стеклом словно проходили учения, и судя по массовости, это был встречный бой, где учились минимум пара батальонов.
— Мы изучили твои материалы, которые ты наработал в Китае, и теперь обкатываем, учим нашу пехоту работать в спайке с машинами и с операторами, — произнёс Дядя Миша.
— Я рад, что это всё не зря было, — произнёс я.
— Да. Пока нацисты и фашисты и прочие недобитки из «Гладио» заигрывают, как они считают, с древним злом, мы сделали упор на простоту оружия и человеческий фактор. Да, оператора подготовить тяжело, но рыцаря «Наследия» подготовить ещё тяжелее, и не из всех они у них получаются. Надо воровать вернувшихся, надо проводить интрансплантацию отпечатков сознания. Ты думаешь, твой ложный Медоед сам сюда прибыл, как ты? Хрен там. Они взяли вернувшегося и заморочили ему голову так, что он поверил в то, что он и есть Медоед.
— А особенности — они работали как у меня?
— Ну, мать под стрессом тоже может грузовик перевернуть, если её ребёнку опасность грозит.
— Вы хотите сказать, что таких медоедов может стать больше? — спросил я, а по телу пробежал холодок.
— Если это эффективно — то да. Но ты показал, что не очень. Ложный Медоед — это прекрасный диверсант, но в условиях глобальной войны его особенность не является панацеей. Нацисты этого не понимают. Поэтому и вторую мировую проиграли.
— Я думал, что особенность — это что-то неотделимое. С чем вернувшийся приходит в мир. А получается, что их можно просто создать и создать любых? — продолжил я.
— Мы не знаем, какой ценой они их делают. И я не думаю, что это просто. Было бы хорошо кого-нибудь расспросить об этом, а лучше уничтожить того, кто это умеет. Медоеда твоего мы будем допрашивать плотно, и если что то узнаем ты узнаешь тотчас же. Твои же исследования в области эффективности шлемов приняты к сведению. Но если все остальные шлемы не работают и у нас остался всего один шлем, то надо этот вопрос изучить научно.
— Как это — научно?
— Например, взять голову, подцепить к ней сверхчувствительные электроды и в момент, когда происходит передача особенности, отследить, какие области мозга активируются, — выдал Дядя Миша.
— Эксперименты над людьми? — уточнил я.
— Лягухе ты сегодня супер обоняние покойного Волкодава передал, упокой, Господи, его душу, — произнёс Дядя Миша и скромно перекрестился, чтобы никто не видел. — Вот сейчас мы за стабилизацией парня понаблюдаем, а далее начнём изучать с целью выяснить, как блокировать перемещение особенности.
— У вас есть два шлема: мой и тот, что со свастикой и камнем, — напомнил я.
— Эх, проморгали мы твоего Осьминога. Поздно талант его увидели, — произнёс Дядя Миша, смотря на бой за стеклянной стеной.
А там внизу рвалась пиротехника, летали дроны, стрекотали привода.
— Дядь Миш, а мне это вот всё вы зачем показываете? — заподозрил я неладное.