Страница 26 из 79
Солнце стояло в самом зените и жарило нещадно. Напоив Гнедую из ближайшего колодца, поехал обратно к дому. У калитки уже собирался народ.
Как только зашел во двор, Сема выбежал навстречу и, взяв лошадь под уздцы, повел ее к сараю.
— Сена брось и воды свежей налей, — сказал я ему вслед.
— Сам знаю, — бросил он через плечо.
Я зашел в дом и увидел, что за столом сидит Ерофей, а напротив него — какой-то незнакомый мне мужчина. На вид лет шестьдесят, поджарый, со старым шрамом на шее и поседевшими висками.
— А-а-а, это и есть твой ученик, — он с интересом осмотрел меня с ног до головы.
— Да, он, — кивнул Ерофей и, насупившись, спросил: — Где опять лазил полдня? Люди на солнцепеке стоят и жалуются.
— Можем принимать, — ответил я, прошел в нашу спальню и убрал книгу на полку. Вечером перед сном пролистаю.
Когда вернулся, Ерофей кивнул на мужчину:
— Ты сначала на моего старого друга Назара глянь.
— Что у вас болит? — уточнил я и «переключил» зрение.
Он поднялся из-за стола, как-то странно посмотрел на Ерофея и задрал рубашку.
— Живот болит. То режет, то колет, то крутит. Сам не пойму, что такое.
Я внимательно осмотрел его своим «вторым» зрением, но ничего не увидел. Странно.
— Повернитесь, — велел я.
Мужчина послушно повернулся. Но и с этой стороны я ничего не увидел. Когда уже хотел сказать, что болезни нет, заметил сзади на шее тонкую, как нить, болезнь. Синяя жилка нервно дергалась, и в такт ей чуть подергивалась голова мужчины.
— Живот у вас здоров, а вот здесь, — я ткнул пальцем в то самое место на шее, — у вас сидит нервная болезнь.
Мужчина опустил рубашку и сначала удивленно посмотрел на Ерофея, а потом перевел взгляд на меня.
— Как ты узнал? — нахмурив брови, спросил он.
— Увидел. Болезнь пустяковая. Могу вылечить, если надо.
— Надо, — изумленно выдавил он.
Я нарисовал руну прямо на его шее и получил награду в виде шара энергии.
Назар повертел головой и пожал плечами.
— Не знаю, что это и как это, но ведь не болит. И про живот я соврал, а ты понял.
Ерофей с довольным видом наблюдал за происходящим.
— Ну, я же говорил тебе, — усмехнувшись, сказал он.
Назар ушел, а мы начали прием. Сначала были обычные болезни, которые я уже давно научился лечить. Но примерно через час на прием пришла молодая женщина довольно приятной внешности. И, судя по платью, туфелькам, шляпке и ажурным перчаткам, она была не из крестьян.
— Милочка, я вас внимательно слушаю, — Ерофей пожирал глазами ее аппетитную фигуру, угадывающуюся даже через одежду: пышная грудь, тонкая талия, жаркие бедра.
— Скажите, а вы лечите душевные раны? — печально спросила она и с надеждой посмотрела на нас.
Мы с Ерофеем настороженно переглянулись. Неужели снова какая-то сущность бередит душу бедной женщины?
— Вы расскажите, что случилось, а мы уж разберемся, — ответил лекарь.
Женщина заговорила не сразу, будто до сих пор не решила, говорить или нет.
— Нет у меня счастья в жизни. Никому я не нужна, — у нее на глазах навернулись слезы.
— Ну, полноте, милочка, — Ерофей взял ее за руку и мимоходом заглянул в декольте. — Как у такой очаровательной женщины могут быть проблемы в личной жизни? Уверен, ухажеры вам прохода не дают.
— Да, вы правы, раньше так и было, но вы ведь сами знаете, как быстро разносятся слухи в нашем городе. Теперь ко мне мужчины боятся подходить.
— Почему? — одновременно спросили мы.
— Все говорят, что я… черная вдова.
— С чего это вдруг возникли такие слухи? — удивился Ерофей.
— Дело в том, что я похоронила… пятерых мужей, — еле слышно ответила она.
Ерофей резко отпрянул от нее и, махнув мне рукой, вышел из комнаты.
— Мы посоветуемся и вернемся, — предупредил я и закрыл за собой дверь.
Едва я вышел, Ерофей быстро зашептал:
— Надо выпроваживать ее. Похожа, она заразная.
— С чего вы взяли?
— Ты глухой, что ли? Ведь она сама сказала, что похоронила ПЯТЕРЫХ мужей, — он сделал акцент на количестве человек и показал мне пять пальцев.
— Погодите, мы ведь не знаем, от чего они умерли, — запротестовал я. — К тому же я ее еще не осмотрел.
— Делай что хочешь, но я к ней больше и близко не подойду, — Ерофей развернулся и прошел в нашу спальню.
Я вернулся в приемную. Женщина выглядела напуганной. Наверняка из-за Ерофея, который буквально вылетел из комнаты.
— Что случилось? Все плохо, да? — слезливо спросила она.
— Нет-нет, не беспокойтесь, — я опустился напротив нее. — Расскажите, как умерли ваши мужья?
Она горестно вздохнула и заговорила:
— Первый муж попал под колеса извозчика. Умирал долго, целую неделю. Это было невыносимо, — ее глаза увлажнились, но она сдержалась. — Второй муж утонул, когда переправлялся на другой берег Ангары… Третий заболел. Мы пытались бороться, но он буквально высох за считанные месяцы и умер.
Женщина сняла перчатку и вытерла выкатившиеся из глаз слезы.
— Четвертый муж застрелился из-за долгов. Он был заядлым игроком и никогда не мог остановиться вовремя. А пятый… Пятого я похоронила в прошлом году. Лошадь под ним взбесилась и понесла. Он не удержался, упал и сломал шею.
Я подождал, давая ей возможность успокоиться, и осторожно уточнил:
— Почему вы решили, что мы сможем вам помочь?
— Я не знаю, к кому еще обратиться, — развела она руками. — Была в больнице, в храме, у знахарок. Даже к ученому столичному ходила — никто не знает, почему это происходит. В храме сказали отказаться от мирской жизни и поступить на службу к ним. В больнице посоветовали тщательнее выбирать мужей. Знахарки жути нагнали про сглаз и колдовство, но ничего сделать не смогли. А тот ученый человек сказал, что не в замужестве счастье. А как же не в нем, если я любить хочу? И детей хочу, — по ее щекам вновь побежали слезы. — Сделайте хоть что-нибудь, ведь я уже сама боюсь на кого-нибудь посмотреть. Жалко мужчин, ведь мрут как мухи.
М-да уж, с такими проблемами ко мне еще не обращались. Прежде всего мне нужно осмотреть ее. Может, снова проделки какой-нибудь гадины-паразита.
Я попросил женщину раздеться. Она без стеснения и лишних вопросов сняла шляпку, вторую перчатку, туфельки и платье. Осталась в одной тонкой атласной комбинации.
Осмотрев открытые участки тела, попросил снять комбинацию. Женщина с готовностью это сделала. В это время в комнату заглянул Ерофей и со словами «ух ты» снова скрылся за дверью.
— Одевайтесь. Вы здоровы, — задумчиво сказал я.