Выше неба

— И где только Гирхато находит таких красивых девок?! — он поднялся и подошёл к пленнице. — Ты красивая, жаль, что человечка.. Долго не протянешь, — и повернулся к слугам. — Отведите её в Факел и подготовьте к вечеру.

Демон исчез в портале.

Милорию подхватили под руки и повели из зала. Она едва поспевала за высоким худощавым мужчиной, освещавшим свой путь огневиком. Когда они вышли на улицу, переливающаяся сфера вспыхнула и погасла, осыпавшись вниз тлеющими искрами. Девушка, щурясь от яркого света, огляделась. Во дворе были люди, самые обычные, в основном женщины. Они суетливо бегали из одних дверей в другие, только не заходили в сам дворец. Лорду служили низшие демоны. Слуги поворачивались, услышав лязг дверного засова, смотрели на девушку исподлобья и тяжело вздыхали. Милория похолодела, понимая, что они все уже мысленно похоронили её. Она зябко поёжилась, обхватывая себя руками. Только сейчас ей стало по-настоящему страшно. Непонятный звон отвлёк девушку от мрачных мыслей. Она попыталась найти его источник, заметила на земле толстую цепь и пробежала по ней взглядом. Удивлённо вытаращилась на сатира. Смертная видела их несколько раз, когда с родителями ездила в гости в соседний город. Сатиры чувствовали себя там свободно, чуть ли не хозяевами. А здесь.. За что? Как животное! Как собаку!.. Нелюдь был сильно избит и нервно вышагивал вдоль высокой стены, с тоской глядя сквозь решётчатые ворота туда, где виднелись леса, где был его дом. Кудрявые чёрные волосы свисали спутанными космами, спина нервно подрагивала, краснели, покрытые засохшей коркой, ожоги. «Огневики! — догадалась девушка. — Бедный!» Волна жалости нахлынула на Милорию. Сатир словно почувствовал это, посмотрел на худенькую человечку, особенно хрупкую рядом с огромным демоном, на её связанные руки и ядовито ухмыльнулся:

— Тварина копченая, падальщик, только на тощих девчонках и можешь силу свою показывать!

Низший демон грубо ругнулся.

— Закрыл рот, козёл, пока я его тебе не заткнул!..

Милория чуть не упала, когда её бесцеремонно толкнули в сторону высокой чёрной башни. Она с ужасом проследила взглядом по всей вышине и сглотнула. Страх высоты никуда не делся. Но выбора ей не дали, пинками подгоняя к узкой двери. Человечка, спотыкаясь, поднималась по винтовой лестнице наверх, хотя демон мог магией сразу отправить её в нужную комнату. Наверное, чтобы пленница устала, вымоталась. Милория поднялась наверх и затравленно огляделась по сторонам. Большой, богато обставленный зал был условно разделён на две части. Одна — для бесед и трапез, а другая — спальня. Девушка застыла, глядя на огромное ложе, на котором запросто могли разместиться пять-шесть человек. Но сейчас здесь никого, кроме двух служанок, не было. Пленницу заставили раздеться и толкнули в купель. Сидя в горячей воде, она умоляюще посмотрела на служанку:

— Меня украли из дома. Помогите мне.

Та отшатнулась и испуганно затрясла головой, показывая, что ничего не получится.

— Почему? — шёпотом спросила пленница.

— Потому что за твой побег убьют всех слуг из народа людей, — ответила вторая служанка, вернувшаяся с прогретыми простынями.

И Милория заплакала, понимая, что здесь ей никто не поможет. Служанки молча вымыли девушку, надели тонкое красное одеяние из короткой безрукавки, едва прикрывавшей грудь, и шаровар с глубокими разрезами на боках. Расчесали волосы, выплетая замысловатый узор из мелких косичек, украшенных серебряными веточками. Принесли еду и питьё. Милория чувствовала себя куклой, наверное, для всех она и была ею — куклой на одну ночь, а потом сломанную игрушку выбросят и найдут новую.

Угроза насилия и смерти не давала сидеть на месте. Дождавшись, пока служанки выйдут, девушка метнулась к выходу. Торопливо огляделась и, не заметив охранника, побежала вниз, распахнула дверь на улицу — и оказалась в той комнате, из которой убежала несколько минут назад. Она вновь побежала по лестнице вниз. И вновь дверь привела её в ненавистную и пугающую чужую спальню. Ноги гудели, грудь вздымалась от сбившегося дыхания. Милория закрыла глаза, сжимая кулаки. Это всё чары! И охрана не нужна. Бегай, сколько хочешь, всё равно вернёшься! Девушка с надеждой — отчаянной, последней — ждала лорда Гирхато. Демон в зале говорил о нём, значит, её украли из-за Сейверана, значит, ему скажут, где она. И он заберёт её, не бросит. А если нет?.. Время тянулось невыносимо долго. Но как бы медленно оно не шло, солнце всё равно коснулось кромки земли. Закат. Вечер. Скоро придёт хозяин дворца. Милория, сглотнув от страха, подошла к окну. Внизу суетились муравьи. Она даже не сразу поняла, что это не муравьи, а люди. От страха закружилась голова и стало подташнивать. Хотелось зажмуриться и прижаться к стене, чтобы не видеть эту пугающую бездну. Но лучше разбиться там внизу, чем..

На лестнице послышались торопливые тяжёлые шаги, явно не служанки, — и Милория, испуганно вскрикнув, вскочила на подоконник.

На дворце Эльдаиза Майда ожидаемо стояла магическая защита, и никто, кроме хозяина и его демонов, не мог попасть внутрь. Сейверан вышел у высоких кованых ворот, различив желтоватую защитную дымку, которая истончалась и таяла после смерти создателя. На него тотчас нацелились копья и мечи, зажглись огневики. Демон прищурился и ухмыльнулся, потом медленно поднял руку, в которой была голова мёртвого лорда. За стеной воцарилась вопросительная тишина. Гирхато швырнул к воротам отрубленный «кочан».

— Склонитесь перед своим новым господином!

С той стороны ворот медленно, словно нехотя, подошли демоны, недоверчиво глядя на то, что осталось от прежнего хозяина. К этому моменту подоспел Дорсен со своими демонами и демонами Майда, выжившими после боя, а с ними и Мирес Касубар.

— Эльдаиз Майд пал в честном бою. Я свидетельствую.

Слова Огненного подействовали. Ворота со скрипом открылись. Сейверан не двинулся с места и, прикрыв глаза, колдовал. Старая защита быстро развеялась, а на смену ей дворцовые стены начало укутывать голубоватое магическое свечение. И только, когда весь дворец был снова защищён, Крылатый спокойно вошёл во двор, оглядываясь по сторонам. Всюду угрюмые лица. Настороженность. Ненависть. Страх. Ни надежды, ни радости. А потом мужчина заметил сатира на цепи и сквозь зубы выругался. Быстро подошёл к нелюдю:

— За что?

Сатир вскинул на него вызывающе-горький взгляд.

— А ни за что! Просто так. Как талисман здесь сижу.