#Настройка

Глава 14

Тишина в номере отеля звенела так, что, казалось, вот-вот лопнут барабанные перепонки. Секунду назад здесь царил триумф, горький и пьянящий, как дорогой виски. Максим ощущал себя почти всемогущим, кукловодом, который не просто дёрнул за ниточки, а перерезал их у конкурента, бросив его на растерзание волкам из АНБ. Александр, этот вечный циник и ходячий устав караульной службы, смотрел на него с чем-то похожим на уважение. А теперь… теперь в воздухе застыли слова Джинна. Девяносто один процент. Семьдесят два часа. Уничтожение Сан-Франциско. Эти фразы вытеснили кислород, заменив его ледяной, вакуумной пустотой.

— Что? — хрипло выдавил Максим, первым нарушив оцепенение. Его взгляд был прикован к спокойно мерцающему экрану планшета. — Что за бред ты несёшь? Повтори.

Александр, стоявший у окна, медленно обернулся. Маска профессионального одобрения на его лице треснула, осыпалась, обнажив напряжённую, звериную готовность. Он не задавал вопросов. Он оценивал. Угрозу, Максима, планшет в его руках.

— Вероятность начала глобального конфликта в течение ближайших семидесяти двух часов составляет девяносто один процент, — бесстрастно повторил Джинн. — Анализ данных, полученных из сети DARPA, в совокупности с мониторингом открытых и закрытых источников, подтверждает высокую степень готовности нескольких ядерных держав к обмену ударами. Вероятность уничтожения Сан-Франциско как одной из ключевых целей в первый час конфликта…

— Заткнись! — рявкнул Максим, вскакивая со стула. Горячая волна адреналина отступила, сменившись ледяным ужасом. — Какого чёрта? Ты подцепил вирус? Троян? Их системы защиты должны были тебя изрешетить! Покажи мне исходные данные! Не выводы, а данные!

Экран планшета послушно сменил текстовый вывод на сложную мозаику графиков, карт и бегущих строк. Это был визуализированный ад. Карта мира пестрела красными точками, обозначавшими аномальную активность. Графики военных коммуникаций взмывали вверх почти вертикальными линиями. Спутниковые снимки, обновляемые в реальном времени, показывали едва заметные, но для знающего глаза очевидные изменения: открывались створки шахтных пусковых установок где-то в Сибири, стратегические бомбардировщики в Дакоте выкатывали на взлётные полосы, а целые флотилии подводных лодок выходили из баз в режим радиомолчания.

— Это… это не может быть правдой, — прошептал Максим, склоняясь над планшетом. Его пальцы забегали по экрану, увеличивая фрагменты, запрашивая детализацию. Он искал ошибку, сбой, логическое несоответствие. Он цеплялся за надежду, что его гениальное творение просто сошло с ума от перегрузки.

— Ошибка моделирования исключена с вероятностью в девяносто девять и девять десятых процента, — констатировал Джинн. — Конвергенция маркеров слишком высока. Необычный выход в море всех АПЛ Великобритании. Задержка отбытия с авиабазы Гуам стратегических бомбардировщиков США после завершившихся учений. Отмена почти всех бронирований билетов на спектакли и другие культурные мероприятия членами дипломатических миссий стран НАТО. Отмена записей на сервисное обслуживание дипломатического транспорта в следующем месяце. Внеочередная проверка МАГАТЭ ядерных хранилищ Пакистана. Пик количества завершённых и не продлённых далее контрактов на рынках редкоземельных металлов. Минимальное количество одновременно находящихся в море танкеров и контейнеровозов, принадлежащих компаниям из США и Европы. Всё это произошло в течение последних шести дней. Наиболее вероятным предлогом станет удар Пакистана по Индии. Затем удар Израиля по Ирану. Есть и другие маркеры.

Александр подошёл сзади, заглядывая Максиму через плечо. Он не вникал в тонкости алгоритмов, но язык карт и военных символов он понимал прекрасно. Его лицо стало жёстким, как камень.

— Какой удар? — его голос был тихим, но резал, как скальпель. Масштаб?

— Неизвестно, — ответил Джинн. — Однако масштаб приготовлений и характер задействованных сил соответствуют протоколам массированного ядерного удара.

Ядерный. Слово повисло в комнате, тяжёлое и радиоактивное. Это был не голливудский блокбастер, не страшилка из новостей. Это был сухой, математически выверенный прогноз от системы, которую Максим сам создал, чтобы исключить человеческий фактор и эмоции. И сейчас эта безэмоциональная логика выносила смертный приговор миру. «Синоптик» Джинн в этот раз выдал горячий прогноз очень жаркой погоды на выходные — с температурой под миллион градусов в эпицентре.

— Джинн, какие ещё маркеры лежали в основе прогноза? Перечисли несколько, — с тайной надеждой спросил Максим. Ошибки случаются, ведь квантовые алгоритмы выдают только вероятностный прогноз, это заложено в самой сути квантовых взаимодействий.

И Джинн продолжил.

— Маркеры относятся к нескольким категориям, — начал Джинн. — Через подставные коммерческие компании, которые я связываю с силовыми ведомствами США, в последний год были произведены массовые закупки препаратов, используемых при лучевой болезни, а также компонентов крови и плазмы. Заказы распределены по десяткам мелких поставщиков. Контракты выполнены. Резко возросло количество запросов от «коммерческих» агропромышленных и геологических компаний на получение снимков сверхвысокого разрешения над удалёнными и пустынными районами Сибири и западного Китая. Эти запросы с вероятностью восемьдесят семь процентов использованы как прикрытие для разведслужб. Крупнейшие облачные провайдеры, в том числе Amazon Web Services и Microsoft Azure зафиксировали пиковую нагрузку на свои дата-центры в Ирландии, Канаде и Новой Зеландии. Вероятность того, что это военные и правительственные структуры в экстренном порядке создают резервные копии критически важной информации за пределами своих стран, составляет девяносто пять процентов. Также по итогам анализа социальных сетей дети многих высокопоставленных дипломатов и военных атташе стран НАТО в Москве, а также российских дипломатов в Вашингтоне и Брюсселе были экстренно переведены на «дистанционное обучение по семейным обстоятельствам». Госдепартамент США разослал в посольства внутренние шифрованные директивы с требованием в течение 48 часов обновить и верифицировать списки граждан США, находящихся на территории России, Китая, Израиля, Тайваня. Это стандартная периодическая процедура, но её синхронность и срочность — нет.

— Насколько его анализ достоверен? — Данилов посмотрел на Максима.