Совушка

— Из каких яиц вылупилась такая радость? – насторожилась сова. – Мой случай расследуют?

— Нет. Джейкобу подписали перевод.

-Что?

— Скоро он оставит нас и отправится в Камингаван.

— Как скоро?

— Я не знаю, - пожал плечами оборотень. – Когда подберут нового командира. Или когда закончится контракт у того, кого Джейкоб сменит там.

Эта новость в какой-то мере ошеломила девушку. Она привыкла, что Керрингтон рядом и в случае чего готов помочь, и теперь просто не представляла, как может быть по-другому. У Сидни появилось ощущение, что стена за её спиной рухнула и она осталась одна в чистом поле, продуваемом всеми ветрами!

На следующий день оборотница буквально вымолила у лекаря, чтобы он её выписал, и побежала в штаб, но командира на месте не оказалось.

До вечера Сидни сидела в своей комнате, потерявшись в собственных ощущениях и эмоциях. Она не хотела, чтобы Джейкоб уходил. Рядом с ним было настолько хорошо и спокойно, что девушка чувствовала себя почти счастливой, несмотря на недавнее происшествие с пардусом. Но в случившемся виновата только она, что бы ни говорили остальные.

На следующий день оборотница снова пошла к командиру. И на этот раз он оказался на месте.

— Тебя уже отпустили из лазарета? – мужчина приветливо улыбнулся. - Как самочувствие?

— Хорошо, - сова нахмурилась, заметив подозрительно пустой стол. – Нами Керрингтон, я слышала, вы уходите от нас?

— Да, - не стал отнекиваться орёл.

— Почему вы не сказали раньше?

— Сидни, прости великодушно, а почему я должен был говорить об этом? – оборотень пожал плечами. – В нужный день я соберу всех и сообщу официально..

Он запнулся, заметив слёзы в зелёных глазах.

— Что ты?.. Что ты, девочка?

— Официально? – повторила сова. - Я думала.. Даже мне не сказали!

Джейкоб погладил её по волосам.

— Особенно тебе!

— Но почему?!

Он отвёл взгляд.

— Потому что не смогу больше молчать! Потому что скажу всё, что думаю и чувствую, а ты опять будешь шарахаться от меня!

Сидни пристально посмотрела на мужчину. Он шумно выдохнул, зажмурился и словно прыгнул с обрыва вниз.

— Я люблю тебя! Люблю почти с первого дня. Даже не думал, что так умею. Но я никогда никого не принуждал и не навязывался. А ты.. Такая хрупкая, ранимая в своей отстранённости! Как я мог?.. Я словно твой фамильяр, всегда незримо рядом. Радовался, когда тебе было хорошо, злился, когда ты расстраивалась. Каждая твоя смена настроения задевала и задевает меня, - авилак грустно улыбнулся. - Я был бы счастлив, если бы ты ответила мне взаимностью, но заставлять.. Никогда!

Девушка смахнула всё-таки выступившие слёзы.

— Дело не в вас. У меня уже был опыт подобных отношений.. с командиром. Увы! Они закончились весьма плачевно для меня. Я не люблю вспоминать то время.. Если бы не помощь одного ворона, я, наверное, сошла бы с ума, - она тряхнула головой, прогоняя неприятные воспоминания. - С тех пор я встречаюсь только с гражданскими.

Джейкоб понимающе кивнул.

— Мне жаль!

— Мне тоже.. Возможно, я совершила ошибку..

Авилак рвано выдохнул и тихо сказал:

— Сидни, я ухожу в Камингаван. Это, конечно, далеко, но не край света. Если ты решишь.. Если ты только захочешь, дай мне знать. Я буду ждать!

..

Следующие дни прошли как в тумане. Джейкоб практически не появлялся в части, улаживая дела. Немного погодя прилетели представители из штаба. Все служащие старались вести себя идеально, чтобы не подвести Керрингтона. Да и вообще перед начальством обычно демонстрируют лучшие стороны, скрывая косяки.

Сидни улетала вечером на патрулирование и видела в окнах свет. Значит, штабные и Джейкоб до сих пор работали. Одни скрупулёзно изучали документацию, а другой – спешно подтягивал хвосты. А то, что они были, и так понятно. Не запутаться в бесконечных положениях, поправках и декретах не всякий сможет.

Но однажды на рассвете, когда сова вернулась в часть, у насеста её ждал Керрингтон, всклоченный, уставший, с покрасневшими от недосыпа глазами. Оборотница заволновалась.

— Что случилось?

— Ничего. Просто засиделись допоздна.

— Сколько можно заседать? – не выдержала девушка. - Такое ощущение, что вы военную операцию разрабатываете!

Орёл усмехнулся.

— Всё! Уже всё! Завтра.. - он глянул на светлеющее на востоке небо. – Точнее уже сегодня, я ухожу.

Сидни вскинула на авилака растерянный взгляд.

— Как?

— Через несколько дней прибудет новый командир. Пока исполняющим обязанности назначили Гибсона.

Оборотница отвернулась. Мужчина тоже замолчал.

Утро только-только зачиналось. Звёзды тускнели, небо теряло свою глубину. И ни звука вокруг! Ночные птицы уже отдыхали, а утренние - ещё не проснулись. Только туман густел вдоль реки. Джейкоб посмотрел на девушку:

— Я хотел попрощаться с тобой без свидетелей.

— Не хочу, - вырвалось у совы.

— Что?

Оборотница смутилась. Тогда Джейкоб осторожно ступил к ней и коснулся подбородка, вынуждая девушку посмотреть в глаза.

— Сидни?

Она потерянно глянула на мужчину.

— Мы же ещё встретимся?

— Если ты захочешь!

— Я хочу.

Орёл улыбнулся, привлекая оборотницу к себе, уткнулся носом в мягкие волосы, пахнущие лесом и сладкими химилиями. Сердце авилака пустилось в галоп, когда девичьи руки неуверенно легли ему на пояс. Кто-то сказал бы, что это наивное детство, уровень начальной школы – стоять вот так, обнявшись, и обмирать от счастья. Но зная историю Сидни, Джейкоб понимал, что для неё это огромный шаг вперёд. Теперь главное - набраться терпения, дать ей время разобраться в себе. И Камингаван поможет в этом. Они или потеряют друг друга, или сойдутся навсегда. Орёл надеялся на второе. Он поцеловал девушку в висок, радуясь, что она не вырывается, не закрывается как раньше. И, осмелев, попросил:

— Назови меня по имени. Хоть раз! А то всё «нами» да «нами».

Сидни нервно передёрнула плечами, но всё-таки сказала:

— Я буду скучать, Джейкоб! Я уже скучаю!

— Моя совушка! – мужчина не прятал счастливой улыбки. - Сердцем я всегда с тобой! Помни это!.. И будь осторожна!

— Ты тоже!.. Береги себя!

.

День прошёл на редкость суматошно. Сидни никогда не любила официальные мероприятия. Но сегодня было вдвойне тоскливо, потому что уходил Керрингтон. Она, конечно, контролировала свои эмоции: улыбалась вместе со всеми, поздравляла и даже что-то сказала, когда Кевин дал ей слово. Но позже не могла уснуть, потому что из головы не выходил пронзительный взгляд авилака и тихое обещание.

— Я позвоню, как только смогу.