Зверолов. Том 2

Они встретили комету на шестой день. Гравиуловители «Ахава» засекли ее за двенадцать световых минут — как летящую в пустоте песчинку. Хотя вообще-то была она полтора километра диаметром.

«Ахав» поймал бы ее с легкостью. Сам почти двадцатикилометровый, он мог хватать кометы даже больше себя размером. Магнитные сети удержали бы комету рыхлую, а чудовищные якорные гарпуны — твердую. Но не за кометами явились сюда люди, так что космическая странница полетела дальше подобру-поздорову.

А на следующий день праздновали Новый год. 31.12.72, в 21:00 UT все собрались в кают-компании. От рубки она отличается только менее деловой атмосферой. И тоже сразу видно, что ее делали еще в двадцать втором веке — все очень старинное и винтажное, а обстановка какая-то бутафорская, не рассчитанная на допреальные дополнения.

Зато места полным-полно. В центре сверкала огнями огромная голографическая ель, стены украсились гирляндами, а одна из стен в общей допреальности превратилась в ряд колонн и казалось, что они все на гигантской лоджии, выходящей в открытый космос. Там сияла световая канонада — «Текумсе» и «Флавий Аэций» дали залп из всех орудий.

Не настоящими зарядами, конечно, а фотонными фейерверками.

По всей ЕСС сейчас вспыхивают салюты и возникают ели-голограммы. Лучше, конечно, отмечать под живым деревом, но это нужно отправляться на городскую площадь или в лес. Была бы Эльза дома — наверное, пошла бы с родителями на лесное гуляние, куда-нибудь в тайгу.

— Древним людям неудобно, наверное, было, — задумчиво сказала Эльза. — Голограмм еще нет, репликаторов нет, в лес не телепортируешься… Они тогда без елок праздновали, да?

— Нет, они их ставили прямо в домах и наряжали настоящими игрушками, — ответил дедушка. — Иногда пластмассовые, но чаще живые.

— Но это же мороки сколько — живую елку в доме ставить, — пожала плечами Эльза. — Ее же нужно выкопать, перевезти, посадить в какой-нибудь горшок… горшок-то ведь огромный нужен! А обратно потом как сажать?

— Они ничего этого не делали. Они елки просто… рубили.

— Да ладно! — недоверчиво воскликнула девочка.

Она сразу же сверилась с инфом. Даже без Инфранета он хранил в памяти кучу знаний, так что Эльза быстро получила историческую справку и убедилась, что дед не соврал.

— Они каждый год рубили миллионы елок⁈ — пораженно заморгала она. — Каждый год⁈ Просто для праздника⁈ А потом просто выкидывали⁈ Это… это как⁈

— Тогда это считалось нормальным, — погладил Эльзу по голове дедушка.

Вообще, Эльза хорошо успевала по истории и знала, что в древности хватало варварства и дикости. Много было такого, что сейчас вызывает оторопь.

К примеру, в прежние времена любой человек в любом общественном месте мог появиться только закутанным с головы до ног. Причем общество регламентировало, какие части тела должны быть прикрыты. А если человек появлялся среди других людей без каких-то предметов одежды, его могли даже арестовать.

Но про елки Эльза раньше не слышала. На истории они этого не проходили, а исторических фильмов про новогодние празднества она не видела с раннего детства. Тогда такие детали как-то проходили мимо внимания. Казалось, что это просто голограмма или реплика, как сейчас.

Инопланетянка Стувейра взирала на новогоднюю ель и салюты с равнодушием. На Осоре не празднуют ни Рождество, ни Новый год.

— А что празднуете? — тут же захотела узнать Эльза.

— Два раза в год — Великую Линьку. Раз в год — Ночь Огненных Яиц и День Единения. Раз в два года — Равновесие Солнц. А раз в семь лет и два месяца — Троелуние. Наши луны в этот день выстраиваются равносторонним треугольником над Зилатланом. Раньше этот город считался священным, а сейчас туристическим.

— А день рождения?

— День вылупления. Празднуем, но только раз в десять лет.

Серранка тоже скучала. Как и Эльза, она вначале ужасно обрадовалась, что побывает на такой удивительной рыбалке, но спустя неделю абсолютного ничего слегка разочаровалась. Сама экспедиция стала казаться бессмысленной.

— Это вздор и бессмыслица, — сказала она еще два дня спустя. — Троост, диаметр кометной сферы — два световых года. Тебе понадобится тысяча кораблей и тысяча лет, чтобы найти эту стаю.

— Верно, — не стал спорить дедушка. — Все равно что нырнуть в океан в случайном месте и надеяться поймать конкретную рыбку.

— Тогда что мы тут делаем? Мы зря теряем время.

— Отнюдь не зря, — покачал головой дедушка. — Нам ведь не нужна именно конкретная рыбка. Запасись терпением, Стувейра дир Тессарра. Если тебе уже сейчас надоело — как ты выдержишь долгие экспедиции? Я иногда по полгода сижу на какой-нибудь планете.

— На планете, — выделила серранка. — Под солнцем, среди растительности и дичи. Там есть на кого охотиться, поэтому не скучно. Здесь — скучно. Точнее — бессмысленно. Даже в гиперпространстве мы куда-то летим, и точно знаем, когда туда прибудем. Здесь мы просто хрустим чешуей.

— Это идиома? — с интересом спросила греющая уши Эльза.

— Да. Старая сказка о лентяе, который только и делал, что лежал и слушал, как чешуя трещит на солнце.

— Расскажи, — попросила Эльза.

Других занятий все равно не было, так что Стувейра по памяти (в ее инфе этой сказки не было) рассказала о лентяе Зиксаре, который не слушал наставлений старейшин, не тренировал сарриссы, не охотился и не рыл убежищ, а только лежал целыми днями на горячих камнях, да ловил насекомых, что сами на него залезали. Двигался он так мало, что еды ему почти не требовалось. И так все было, пока Дра’Зор не решил испытать серранов той местности и не наслал песчаную бурю. Все, кто был достоин выжить, вовремя спрятались в убежищах, а Зиксар… остался лежать, лениво прикрыв глаза. Наутро сородичи нашли его окаменевшее тело, покрытое слоем песка и соляной коркой.

— С тех пор фигурку Зиксара ставят в пещерах роста, чтобы детеныши знали, что бывает с теми, кто только хрустит чешуей, — закончила Стувейра, с намеком глядя на дедушку.

Она вообще не переносила пустую трату времени, как уже поняла Эльза.

Еще два дня прошло без каких-либо происшествий. Но 04.01.73, 8:24 UT корабельные гравиуловители сообщили о приближении к аномалии. Не комета и даже не рой комет, а что-то непонятное, что-то очень большое, но при этом… рассыпчатое.

Это выглядело чем-то вроде звездной системы, а размеры имело даже большие. Системы без звезды, без планет, целиком состоящей из микрообъектов — зато их было невероятно много.