Страница 12 из 54
Экономика использования этих машин в производстве была во многом схожей. Все они позволяли добиться сокращения рабочего времени, необходимого для производства одного фунта пряжи. В то же время внедрение машин означало увеличение стоимости капитала в расчете на фунт пряжи. В результате экономия издержек, достигавшаяся благодаря механическому прядению, была тем выше, чем более дорогим был труд рабочих. В 1780-х гг. норма возврата инвестиций в строительство аркрайтовской фабрики составляла в Англии 40 %, во Франции —9 % и в Индии — менее 1 %. В те годы инвесторы рассчитывали, что отдача на вложенный капитал должна была составлять не менее 15 %. Не удивительно, что в 1780-х гг. в Англии было построено около 150 аркрайтовских фабрик, во Франции —4 и в Индии — ни одной. Этот показатель относительной прибыльности был очень похож на соответствующий показатель для прядильной машины «дженни». И здесь мы видим, что накануне Великой французской революции в Англии функционировали 20000 «дженни», во Франции — 900 и в Индии — ни одной. Очевидно, что ни во Франции, ни в Индии, не было никакого смысла попусту тратить время или деньги на изобретение прядильных машин, так как их внедрение в этих странах не позволяло увеличить прибыль фабриканта.
Со временем экономическая ситуация изменилась, что и обусловило распространение промышленной революции на другие страны. Аркрайтовские фабрики представляли собой интегрированные последовательности машин, позволявшие добиться большего сокращения издержек, чем в случае с «дженни» Дж. Харгривза. Кромптоновская мюль-машина открыла возможность снижения затрат на производство тонкой пряжи. В последующие 50 лет ее усовершенствованиями занимались самые разные изобретатели. Изменения позволяли экономить и капитал, и труд. К 1820-х гг. появилась возможность получать прибыль от внедрения усовершенствованного оборудования для производства хлопчатобумажных тканей в других европейских странах, а к 1850-х гг. — и в странах с низким уровнем заработной платы, таких как Мексика и Индия. К 1870-х гг. фабричное производство хлопчатобумажных тканей начало перемещаться в страны третьего мира.
ПАРОВАЯ МАШИНА
Паровой двигатель стал основной движущей силой технологических преобразований в период промышленной революции, так как благодаря ему открылась возможность использования механической мощности в самых разных отраслях промышленности, а также в сфере транспорта (железные дороги и морские суда).
Энергия пара стала побочным эффектом научной революции. Атмосферное давление было одной из самых «горячих» тем физики XVII столетия. Исследованиями в этом направлении занимались самые знаменитые европейские ученые, включая Галилео Галилея, Эванджелисту Торричелли, Отто фон Герике, Христиана Гюйгенса и Роберта Бойля.
В середине столетия X. Гюйгенс и О. фон Герике показали, что в случае создания в цилиндре вакуума, атмосферное давление заставляет двигаться находящийся в нем поршень. В 1675 г- француз Дени Папен использовал эту идею для создания демонстрационной модели паровой машины. Реально действующую машину после 12 лет экспериментов удалось создать в 1712 г. Томасу Ньюкомену в Дадли. Машина Ньюкомена предполагала нагревание воды до высокой температуры и получение пара, который поступал в цилиндр. Расширяющийся пар давил на поршень, передававший движение другим механическим частям. Впрыскивание в цилиндр холодной воды приводило к конденсации пара, в результате чего под воздействием атмосферного давления поршень снова «вдавливался» в цилиндр. Затем цикл повторялся.
История паровой машины еще раз подчеркивает важную роль экономических стимулов в изобретательском процессе. Так или иначе они изучались по всей Европе, но сам процесс ИИР развернулся исключительно в Англии, потому что только здесь могли заплатить за использование машин. Паровая машина Ньюкомена использовалась для откачки воды в угольных шахтах, а по их количеству Англия значительно превосходила любую другую европейскую страну, так как имела развитую угледобывающую промышленность. Вдобавок в первых паровых машинах сжигалось огромное количество угля; поэтому они были эффективными по издержкам только при наличии дешевых источников энергии. В 1730-х гг. Джон Теофил Дезагюлье писал, что машины Ньюкомена «широко применялись… при добыче угля, там где имелась возможность использования энергии огня, получаемой от сжигания тех его сортов, которые не находили сбыта»10. Едва ли этот уголь мог использоваться где-то еще. Несмотря на научные прорывы, паровая машина вряд ли была бы создана без широкой добычи угля в Англии.
Использование энергии пара стало технологией, нашедшей применение в самых разных областях деятельности по всему миру, но только после того, как паровая машина была значительно усовершенствована. До наступления 1840-х гг. она применялась едва ли не исключительно в Англии. Такие инженеры, как Джон Смитон, Джеймс Уатт, Ричард Тревитик и Артур Вульф, изучили работу паровой машины и предложили различные варианты ее модификации, что позволило добиться снижения требований относительно энергии и улучшить плавность хода. Если в 1730-х гг. в машинах Ньюкомена потребление угля в расчете на лошадиную силу в час составляло 44 фунта, то в конце XIX столетия в морских паровых машинах тройного расширения оно снизилось до 1 фунта11. Английский инженерный гений свел на нет конкурентное преимущество своей страны, так как усовершенствование технологии паровой машины открыло возможность ее прибыльного использования по всему миру. Тем самым были созданы условия для распространения промышленной революции за рубежом и индустриализации всего мира.
ИЗОБРЕТЕНИЯ ПРОДОЛЖАЮТСЯ
Важнейшим достижением промышленной революции был произошедший в XVII в. переход от единичных изобретений прошлого к непрерывному процессу создания новых технологий. Ручейки изобретений XVIII столетия переросли в непрерывный поток инноваций.