Страница 76 из 84
Мужики крякнули, налегли разом. Трактор поддался, покатился к выходу. Ещё несколько метров — и вот он уже на улице, на подсыхающей земле.
— Теперь — дрова и воду, — сказал я. — Воды — вёдер шесть, не меньше. Дров — побольше.
Мужики разбежались. Через двадцать минут вернулись: трое с вёдрами, полными до краёв, один с большой охапкой берёзовых дров.
— Заливай, — разрешил я.
Савва подошёл к правому котлу, открутил пробку заливной горловины. Мужики аккуратно, стараясь не расплескать, начали лить воду. Немного всё же пролили — на землю, на раму. Ничего страшного. Шесть вёдер ушло в котел.
— Хватит, — сказал я, глядя на уровень. — Теперь дрова.
Дрова отправились в топку. Фёдор передал огниво Савве, чиркнул кремнем по кресалу, от трута пошел дымок, трут занялся огоньком, от него поджёг щепки. Пламя лизнуло щепу, перекинулось на поленья. Дверцу топки плотно закрыли, поддувало приоткрыли — для тяги.
— Теперь ждём, — сказал я.
Василий подкатил коляску к трактору. Я уставился на манометр. Стрелка дрожала на нуле, не двигалась. Потом дёрнулась — и потихоньку поползла вверх.
— Давай, давай, — прошептал я.
Тем временем я объяснял механику принципы работы двигателя — то самое, что рассказал мне Сергей. Показывал на рычаги, на рулевое колесо, на редуктор, на тормоза. Савва слушал внимательно, кивал, запоминал.
Стрелка на манометре доползла до красной отметки. Специальный клапан щёлкнул — и двигатель заработал. Шкив закрутился, ременная передача натянулась, передавая усилие на редуктор. Трактор вздрогнул.
— Залезай, — сказал я Савве.
Парень запрыгнул на место оператора, взялся за руль. Потянул рычаг редуктора — трактор медленно двинулся вперёд.
Мужики ахнули и перекрестились.
— Поехал! — выдохнул Фёдор.
— Поехал, — повторил я, чувствуя, как внутри поднимается гордость.
Трактор, под управлением Саввы, проехал вперёд, сделал большой круг, развернулся и поехал обратно. Было заметно, как парень прикладывает огромные усилия для управления рулём — без гидроусилителя это было нелегко. Но с его лица не слезала улыбка. Довольный, счастливый, он возвращался к нам.
— Подкатывай ближе, — крикнул я.
Савва засуетился. Забыл про тормоз, перепутал рычаги — но первым делом нажал на красный рычаг аварийного сброса пара.
Из клапана с шипением вырвался столб белого пара, уходящий высоко в небо. Мотор остановился, а вслед за ним и сам трактор. Тишина наступила такая, что звон в ушах стоял.
Савва спрыгнул на землю, оглядел трактор, потом подошёл ко мне, виновато опустив голову.
— Простите, ваше высокоблагородие, — сказал он. — Я не справился.
— Не всё так плохо, — ответил я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно, хотя внутри ликовал. — Всё работает. Ты почти справился. Хвалю.
Савва поднял голову, и в глазах его зажглась надежда.
— Завтра продолжим, — сказал я. — Все свободны до завтра. Вы сегодня молодцы.
Мужики поклонились и разошлись. Остались только мы с Василием.
— Ваше высокоблагородие, — тихо сказал денщик, — тут это… можно Савва тута проживать будет… Механик этот, Савва, на подселении живёт, тесновато там. У вас в доме место найдется, лучшее ему здесь будет.
Я подумал.
— А точно найдётся место в доме? — спросил я.
— Конечно, ваше высокоблагородие, — заверил Василий. — Всё в лучшем виде сделаем.
— Тогда разрешаю.
Я помолчал, потом добавил:
— А не пора ли обедать?
Василий подкатил меня к дому. У крыльца я остановил его, встал с кресла и, притворяясь, что ещё не совсем выздоровел, опираясь на Василия, зашёл в дом. Поднялся по лестнице, поддерживаемый денщиком. В спальне устроился на кровати — не знаю почему, но я уже привык принимать пищу в таком полулежачем состоянии.
Обед подали быстро. Суп с курицей.
Закончив, отставил тарелку, выпил рюмочку водки. Глаза слипались. Сегодняшний день был долгим, насыщенным — и успешным. Трактор поехал. Плуг и культиватор заказаны.
Кабинет Сергея Павловича Кольцова был мрачен. Тяжёлые шторы были задёрнуты, и только настольная лампа отбрасывала жёлтый круг света на полированную поверхность стола. Заместитель губернатора сидел в своём массивном кресле, барабаня пальцами по подлокотнику. Напротив, развалившись на кожаном диване, расположился Аркадий Моисеевич Фельдман. В руках он вертел серебряную зажигалку, щёлкая крышкой.
— Ну? — Кольцов нарушил тишину первым. — Что по нашему беглецу? «Спортики» твои хоть что-то нашли?
Фельдман отложил зажигалку, потёр переносицу.
— Пока нет, Сергей Павлович. Ищут, но пока безрезультатно. Мужик как сквозь землю провалился. Ни машины, ни телефона, ни следов.
— А ты говорил — серьёзные ребята, — Кольцов скривился. — Найдут за пару дней. Где результат?
— Ребята серьёзные, — спокойно ответил Фельдман. — Но и Миша оказался не дурак. Всё подчистил, все концы обрубил. Такое ощущение, что его кто-то инструктировал.
— Сам, — усмехнулся Кольцов. — Он же инженер, строитель. Головой работать умеет. Жалко только, что головой не в ту сторону повернул.
Фельдман помолчал, потом предложил:
— Может, уточним у Морозова? ОБЭПовцы свои каналы имеют. Может, они что-то нарыли.
Кольцов кивнул, достал из внутреннего кармана пиджака телефон. Нашёл нужный номер, нажал вызов. В трубке ответили после третьего гудка — сухо, формально, без приветствий.
— Владимир Андреевич? Кольцов беспокоит. Есть новости по нашему общему знакомому?
— Есть, — голос Морозова был ровным, казённым. — Установлено транспортное средство, на котором передвигается Стрельцов М. А. в последнее время. Сделан запрос в компанию «Т-Трафик» для получения информации о передвижении из автоматизированной системы управления дорожным движением. В ближайшее время информация поступит.
— В ближайшее — это когда? — переспросил Кольцов, стараясь, чтобы голос не дрожал.
— Сегодня до конца рабочего дня, — ответил Морозов. — Как только получим — свяжусь.
— Благодарю, — Кольцов нажал отбой.
Фельдман вопросительно поднял бровь.
— Менты вышли на его тачку, — пересказал Кольцов, хотя Фельдман и так всё слышал. — Запросили данные с дорожных камер. До конца дня обещали информацию.
— Ну вот, — Фельдман расслабленно откинулся на спинку кресла. — А ты переживал. Менты своё дело знают. Найдут ссыкуна, прижмут к ногтю.