Страница 123 из 147
Не передать словами, какой ужас я испытала. На мгновение показалось, будто этот мерзавец навсегда лишил меня магии, но потом в памяти всплыли его слова: он сказал, что заблокировал её. Значит, это обратимо.
Я поднесла запястье к самому лицу, рассматривая чёрную метку. В полумраке комнаты она казалась живой, я будто чувствовала, как она выкачивает из меня мою магию. Но, коснувшись её, я ничего не почувствовала — под пальцами была лишь гладкая кожа. Что же Гектор со мной сделал? Я никогда не слышала о такого рода магии.
Нужно было отдать ему поместье ещё в прошлый раз. Просто подписать бумаги и забрать своего брата, пока это было возможно. Тогда Гектор ещё был готов отпустить нас. И пусть Кристиан возненавидел бы меня, главное — мы оба были бы целы.
Что теперь с ним? Жив ли он вообще?
При мысли о том, что Гектор давно мог убить моего брата, внутри всё болезненно сжалось, а грудь сдавил леденящий, парализующий ужас. Как я вообще могла поверить на слово этому чудовищу? Только бы Кристиан был жив! Но почему тогда Гектор отказался показать его?
В голове мгновенно вспыхнул самый страшный ответ. Гектор не показал мне брата просто потому, что показывать было уже некого.
На меня снова накатила волна паники. Но я тут же яростно мотнула головой, прогоняя кошмарные образы прочь. Нет! Я не поверю в его смерть! Не допущу даже мысли об этом! Возможно, Гектор специально решил напугать меня, чтобы я не только с радостью переписала на него поместье, но и согласилась на любые условия, узнав, что Кристиан жив.
Да что ему вообще от меня нужно? Неужели он действительно хочет…
Внутри всё перевернулось от отвращения. Никогда! Даже если он станет шантажировать меня жизнью брата, я что-нибудь придумаю. Подыграю ему, притворюсь покорной, пусть только отпустит Кристиана, а уж тогда… Не знаю пока, что буду делать дальше.
После Игры у меня появилось много полезных навыков. В-основном они, конечно, были связаны с магией, но ещё я неплохо освоила метание кинжала. Жаль, что его со мной нет. Свой рюкзак я бросила где-то возле трибуны, чтобы легче было пробираться сквозь толпу. Кинжал остался там же. Впрочем, если бы я взяла его с собой, люди Гектора вряд-ли они оставили бы мне хоть какое-то оружие. Хотя меня ведь даже не обыскивали…
Вспомнив о своём бегстве с арены, я неизбежно вспомнила и обстоятельства, которые меня к нему вынудили.
Райан. Он предал меня. Так умело морочил мне голову, обещая, что поможет брату, но сам выбрал титул. И зачем он ему вообще сдался? Разве он и без того не прямой наследник своего отца? Не захотел ждать законного права? Какой-то бред.
Перед глазами всплыло воспоминание о том, как к нему подбежала та девица и поцеловала его, а он совершенно не был против. Получается, у него всё это время была другая? Я слышала краем уха подобные сплетни в академии, но Райан искусно заморочил мне голову, утверждая, что это лишь пустые слухи. И я поверила ему. Поверила и в его любовь ко мне.
Неужели всё это было ложью? Неужели каждое касание и каждый взгляд были лишь частью его игры? Неужели можно
так
притворяться? Я до сих пор помнила его страстные поцелуи и искренние признания. Это было слишком похоже на правду. И теперь каждое такое воспоминание отзывалось в груди острой, режущей болью.
Я не хотела верить в его предательство, вопреки тому, что видела собственными глазами. Ведь я помнила и то, как Райан из последних сил держал меня за руку над пропастью, и как разжал пальцы на спасительном крюке, чтобы только не отпускать меня. Помнила, как он крепко обнял меня и предпочёл погибнуть вместе со мной, лишь бы не смотреть, как я сорвусь одна.
Тогда, на волосок от гибели, Райан точно не играл. Никто не станет отдавать свою жизнь за того, кто ему безразличен. Ведь он никак не мог знать, что мы получим ещё один шанс. Значит, не все его слова были ложью. Может, он и лгал мне, но я точно была ему дорога.
Эта мысль, точно спасительная соломинка, помогла мне удержаться на плаву в бушующем океане отчаяния. Вдруг Райан придёт за мной? Он ведь знает, где находится Кристин, и должен догадаться, что я сразу бросилась сюда. Если он вытащит нас с братом из этой дыры, я прощу ему любую ложь.
Нет, я не должна надеяться только на него. Любовь ослепляет, заставляя слишком идеализировать того, кого любишь, и принимать желаемое за действительное. Неизвестно, вспомнит ли он вообще обо мне в ближайшее время. Возможно, прямо сейчас Райан празднует свою победу с той девушкой…
Внутри всё болезненно сжалось от этой мысли, но я упрямо мотнула головой, прогоняя наваждение. Хватит думать о нём. Нужно сосредоточиться на том, чтобы спасти себя и брата.
В голове немного прояснилось, и паника наконец отступила. Итак, что я имею? Меня заперли в каком-то подвале без окон и с массивной железной дверью. Единственный источник света — тусклый светильник под потолком. Даже будь у меня моя магии, выбраться отсюда было бы непросто.
Но мой источник заблокирован неизвестным способом. Возможно, это какое-то проклятие или что-то подобное. Проклятия! Помнится, читала где-то вскользь о подобной магии. Она могла буквально высасывать жизненную силу из жертвы. Но я не помнила, чтобы в той книге упоминалась способность полностью запечатывать чужой дар.
Но если это всё же магия проклятий… Как мне освободиться от неё? Может, моя магия жизни могла бы…
Я только сейчас осознала, что не проверила свой второй дар. Сердце пропустило удар, и я медленно потянулась к нему. Когда ощутила слабый отголосок магии жизни, из глаз едва не брызнули слёзы облегчения. Я
чувствовала
её! Пусть слабо, ведь она неразрывно связана со стихийной магией, но всё же она не была заблокирована полностью.
Следующий час или больше — не знаю, сколько именно, ведь часов у меня не было (кроме тех, что остались от Игры, но сейчас они ничего не показывали) — я полностью посвятила борьбе с печатью, блокирующей мой магический дар. Отключившись от посторонних мыслей, я осторожно, по капле, направляла магию жизни по руке вниз, к запястью.
Сначала казалось, что ничего не меняется, но вскоре по коже разлилось слабое, едва ощутимое покалывание. А потом магия жизни начала крепнуть, а чёрная полоска на запястье — светлеть, пока не превратилась в едва заметную светло-серую линию.
Немного передохнув и собравшись с силами, я направила мощный импульс магии жизни прямо к этой полоске, и всё тело пронзила дикая боль — точно такая же, как при наложении блока.