Страница 120 из 147
Оно вошло точно между огромных глаз твари и с хрустом пробило толстый хитиновый слой. По коридору разнёсся жуткий свистящий скрежет, издаваемый челюстями монстра. Дико мотая головой, он пытался выдрать прочно засевшее копьё. Существо яростно скребло стены лабиринта своими странными лапами, отчего земля полетела во все стороны, а потолок опасно задрожал.
Монстр резко попятился, но это было лишь секундное замешательство, потому что в следующий момент он прижал голову к полу и снова ринулся на меня. Не раздумывая, я ударила магией, замораживая чудовище, и выставила перед собой водный щит.
Замороженный монстр на полной скорости протаранил его, и по подземному коридору разнёсся оглушительный треск и звон. Несмотря на силу удара, щит всё-таки выдержал. А вот ледяная туша не выдержала — от страшного удара она разлетелась на тысячи мелких осколков. К счастью, щит полностью закрыл меня и от этого смертоносного града.
Я поспешила прочь, стараясь не смотреть на разбросанные по коридору серо-жёлтые ошмётки и осколки льда вперемешку с кусками хитина.
Буквально через несколько минут подземный коридор стал уходить вверх, и вскоре я вышла на поверхность. Здесь тоже было темно, но не так, как в подземном лабиринте.
Осветив путь впереди фонариком, я увидела постамент, на котором, по-видимому, и находился тот самый артефакт. Подойдя ближе, я остановилась. На подставке из серебристого металла покоился предмет, похожий на искусно выточенный из камня бутон, усыпанный множеством голубоватых светящихся камней, а в самом его центре находился огромный магический кристалл. Название «Вечное Цветение», которое я услышала от Алистера, удивительно ему подходило.
На несколько секунд я замерла в восхищении, а затем осторожно прикоснулась к холодному камню. Передо мной промелькнули знакомые лица: Алистер, Аран и другие самиры, частицы душ которых были заключены в артефакт, а затем меня ослепил яркий свет.
Я зажмурилась, прикрыв глаза рукой. Вокруг слышался шум толпы, кто-то восторженно выкрикнул:
— Это Джейн! Джейн!
Когда глаза немного привыкли к свету, я опустила руку. Мы находились на просторной трибуне, окружённой плотным кольцом зрителей. Заметила неподалёку Кэрол и Фрэнка — похоже, они решили воспользоваться сигнальными амулетами или же попросту успели к артефакту раньше меня.
Я огляделась в поисках Райана. Он стоял в самом центре, под прицелом десятков камер, а рядом с ним находился Дэвид Тёрнер.
— А вот и Джейн! — громогласно объявил ведущий в усилитель. — Она, в отличие от Кэрол и Фрэнка, прошла лабиринт до самого конца!
Он помахал мне рукой, улыбаясь. Зрители тут же взорвались аплодисментами и новыми выкриками. Я поймала взгляд Райана — он тоже улыбался, а его глаза сияли. На меня накатила волна невероятного счастья от осознания того, что Игра наконец-то окончена. Мы справились. Не будет больше никаких опасностей — ни монстров, ни ядовитых растений. Мои губы тоже невольно растянулись в счастливой улыбке.
— Итак, Райан, — торжественно начал ведущий, выдержав драматическую паузу, — Ты становишься победителем Игры! И я хочу задать тебе лишь один вопрос: какой приз ты выберешь — колоссальное денежное состояние или же титул графа? Я прекрасно понимаю, что для будущего герцога скромный графский титул — лишь капля в море, ведь ты и так унаследуешь величие своего отца. Но правила есть правила, и я должен услышать твой ответ.
В рядах зрителей воцарилась оглушительная тишина. Все понимали, что Райан выберет деньги, но, несмотря на это, люди замерли, жадно ловя каждое движение победителя, стоявшего на трибуне. Я всё так же стояла поодаль, чувствуя, как внутри всё дрожит от радостного предвкушения.
Райан взял протянутый ведущим усилитель и спокойно оглядел толпу — так уверенно, словно всю жизнь только и делал, что выступал перед публикой. Его осанка и движения изменились, вновь превратив его в безупречного аристократа. Внутри промелькнуло восхищение — сейчас он выглядел точно так же, как в созданном им сне, в котором признался мне в любви и пообещал, что о наших чувствах узнает весь мир.
Сердце затрепетало от нахлынувших воспоминаний. Я улыбалась, не сомневаясь, что сейчас он произнесёт заветное слово «деньги», и вскоре я смогу наконец-то обнять своего брата.
Райан поднёс усилитель к губам и ровным, уверенным голосом произнёс:
— Я выбираю титул.
Земля словно ушла у меня из-под ног, а счастливая улыбка сошла с моего лица. В одно мгновение все мои надежды рухнули, а сердце болезненно сжалось, отказываясь верить в происходящее. Я отчаянно пыталась поймать взгляд Райана, но он даже не повернулся в мою сторону, продолжая бесстрастно смотреть прямо перед собой, словно напрочь забыл о моём существовании.
В рядах зрителей на несколько секунд повисла мёртвая тишина — никто не ожидал подобного решения от старшего сына герцога. А затем толпа буквально взорвалась. Сотни голосов слились в единый гул изумления, выкриков и яростных споров, но для меня этот мир внезапно потерял все звуки, погрузившись в звенящую пустоту.
Из этой пустоты меня выдернуло резкое движение со стороны. Откуда-то на трибуну выскочила смутно знакомая девушка. Кукольная внешность, светлые локоны и удивительно хрупкая фигурка — кажется, она тоже училась в академии магии. В своём потрясающем платье, усыпанном сверкающими камнями, она выглядела настоящей феей.
Не обращая внимания на направленные на них камеры, девушка с разбегу кинулась Райану на шею и страстно поцеловала его. Но самым страшным было другое — он не оттолкнул её. Райан просто стоял на месте, словно был вовсе не против этого поцелуя.
Не в силах больше выносить этого зрелища, я отвернулась. Зрители не обращали на меня никакого внимания — они снова взорвались оглушительным гулом, бурно обсуждая происходящее на сцене. А я, отыскав неприметный спуск, сошла вниз, пользуясь тем, что все взгляды были прикованы к Райану и его… Не знаю уж, кем ему являлась эта девушка.
Смешавшись с толпой, я с трудом выбралась из здания. Не помня себя, вышла на центральную улицу, залитую ярким светом магических фонарей, и медленно побрела вперёд, не разбирая дороги. Тут и там на обочинах стояли экипажи, ожидающие окончания шоу и появления своих знатных господ. Возницы лениво переговаривались между собой, не замечая моей одинокой и потерянной фигуры.