Страница 10 из 86
— Двадцать четыре.
— Сколько можно привести в порядок без серьёзного ремонта?
Брина остановилась.
— Зачем?
— Чтобы понять объём.
Она подумала.
— Восемь точно. Десять, если не обнаружится нового.
— Мне пока не нужно двадцать четыре.
Брина посмотрела внимательнее. Мы пошли дальше. В другой части здания находился большой зал с окнами на террасы. Часть мебели была сложена вдоль стен, но пол сохранился хорошо.
— Ресторан? — спросила я.
— Когда-то называли обеденным салоном.
— Кухня рядом?
— Через две двери и вниз.
Хорошо. Если обслуживать первые восемь комнат, огромный банкетный зал не нужен. Этот можно разделить мебелью на несколько зон и использовать без дорогостоящей перестройки. Мы вышли на террасу. Отсюда курорт выглядел иначе. Разрушения никуда не исчезли, но стало видно его главное преимущество. Место. Горы поднимались с трёх сторон, защищая низину от ветра. Ниже по каменным ступеням спускались площадки с бассейнами. Некоторые были пустыми, в других стояла прозрачная вода. Между ними росли старые деревья, а дальше открывался вид на долину.
Даже сейчас, когда вокруг было пусто, это место заставляло задержать взгляд. Я уже представляла здесь столики, свет в окнах, людей на террасах. Пришлось себя остановить. Первые ошибки в проектах часто начинались именно так: человек влюблялся в картинку и переставал считать.
— Где купальни?
Брина показала ниже.
— Большая закрытая там. Две малые дальше по террасе. Западная разрушена.
— Какая из действующих в лучшем состоянии?
— Малая северная.
— Покажите.
Она снова посмотрела на меня.
— Вы действительно собираетесь открыть курорт?
— Если смогу.
— За тридцать дней?
— Мне не нужно за тридцать дней восстановить курорт таким, каким он был двадцать лет назад.
— А что вам нужно?
— Добиться официального возобновления работы.
Брина нахмурилась.
— Разница есть?
— Надеюсь выяснить.
Мы спустились к северной купальне. Небольшое отдельное здание стояло рядом с одним из источников. Внутри сохранились каменные борта бассейна, раздевальные комнаты и даже часть деревянных скамеек.
— Канал можно открыть? — спросила я.
— Можно.
— Сколько потребуется?
— Если не придётся менять заслонку, день. Если придётся — несколько.
— Стены?
— Целы.
— Крыша?
— Не течёт.
— Тогда начинаем отсюда.
Брина замерла.
— Что?
— Если решение останется за мной после полного осмотра, приводим в порядок одну купальню.
Я вышла наружу и указала на восточное крыло.
— Восемь комнат там.
Потом на обеденный зал.
— И один зал.
— А остальное?
— Закрываем.
Она смотрела на меня так, словно я предложила обнести половину курорта стеной.
— Госпожа Тирс, это Семь Источников.
— Я уже заметила.
— Здесь раньше было больше ста гостевых мест.
— Сейчас у нас ноль гостей.
— И вы хотите открыть восемь комнат?
— Сначала хочу открыть хотя бы одну.
Брина сжала губы.
— Богатые господа не поедут через пол-Империи ради восьми комнат.
— Тогда пригласим тех, кто поедет.
— Кого?
— Это я буду решать после того, как пойму, что мы можем предложить кроме красивого вида и очень плохой репутации.
Несколько секунд она молчала.
— Вы не такая, как я ожидала.
Я сдержала внутреннее напряжение. Эту фразу сегодня произносили слишком часто.
— А кого вы ожидали?
— Женщину, которая войдёт в главный зал, увидит пыль и потребует пятьдесят рабочих, новую мебель из столицы и золотые светильники.
— Мне достаточно, чтобы потолок не падал на гостей.
— Разумное начало.
— Спасибо.
На этот раз она почти улыбнулась. К вечеру мы осмотрели большую часть пригодных помещений. Левое крыло я закрыла для себя почти сразу. Там требовался капитальный ремонт, а один участок перекрытия действительно выглядел опасно. Западные купальни тоже можно было пока забыть. Зато восточное крыло оказалось лучше, чем казалось снаружи, северная купальня сохранилась почти полностью, а кухня после ближайшего осмотра оказалась не столь безнадёжной, как обещала Брина.
— Плита треснула сбоку, — показала она. — Но основная часть работает.
— Вытяжка?
— Чистить.
— Вода?
— Есть.
— Погреб?
— Сухой.
— Посуда?
— Если вас не пугают тарелки с гербом прежних владельцев.
— Меня сейчас больше пугает отсутствие тарелок.
Брина фыркнула. И это было уже несомненным признаком прогресса. К ночи Ниса разобрала вещи в одной из комнат восточного крыла. Я же отправилась с Бриной в бывшую контору управляющего. Комната находилась на первом этаже возле служебного входа. Здесь пахло старым деревом, бумагой и сыростью. На полках стояли толстые книги учёта, папки и коробки.
— Это всё сохранилось? — спросила я.
— Я не позволяла сжигать.
— Кто хотел?
— Разные умные люди.
— Из дома Вальтов?
— Некоторые оттуда.
Она зажгла ещё одну лампу.
— После закрытия приезжали поверенные. Забрали большую часть новых бумаг. Старые посчитали ненужными.
— Новые — это за какой период?
— Последние три года работы.
Я обернулась.
— То есть самые интересные.
— Мне тоже так казалось.
Брина открыла шкаф.
— Но кое-что осталось.
Следующие два часа прошли за столом. Сначала я пыталась разобраться в системе местного учёта. Она была проще той, к которой привыкла раньше, но довольно подробной. Приход, расход, число гостей, закупки, жалованье, ремонт. Первые книги выглядели нормально. Курорт приносил хорошие деньги. Потом прибыль начала снижаться. Ниса принесла нам ужин, однако я почти не заметила, что именно стояло на тарелке. Чем дальше листала записи, тем сильнее менялось впечатление.
— Брина.
— Да?
— Здесь написано, что в восточном крыле меняли всю кровлю.
— Не меняли.
— Совсем?
— Латали после зимы. Три дня работы.
Я развернула книгу к ней.
— А оплачено как полная замена.
Она наклонилась.
— Я в этих цифрах никогда не разбиралась.
— Кто подписывал?
— Тогда управляющий получал распоряжения из столицы.
— Где он сейчас?
— Умер несколько лет назад.