Страница 6 из 68
Глава 4
Малика
Зима в горах суровая и холодная.
Сложное время.
Даже если живёшь в богатом доме, где есть и газ, и вода, и свет.
Но впервые за много месяцев в нашем доме была весна…
Написат не ходила — парила.
Она настолько искренне, настолько самозабвенно отдавалась своей радости, что даже преображала ауру вокруг себя.
Всё дело было в том, что её сын Эльдар теперь был частым гостем в нашем доме.
Официальным аргументом его частых визитов было то, что он взялся за развитие проекта создания рыбхоза на базе заброшенной ГЭС. И вообще, говорил, что на фоне бума роста туризма в республику наш край станет одним из самых привлекательных кусков в плане инвестиций и надо активно осваивать эту плоскость.
Но я…
Я была уверена, что дело вовсе не в ГЭС и не в рыбах, а если даже и в них, то всё-таки второстепенно…
Он стал так часто ездить в дом к родителям из-за меня…
И сердце от этого пело, плясало и ёкало так сильно, что аж дух захватывало.
Стоило мне только услышать от Написат о том, что Эльдар снова приедет, мир словно бы наливался красками — и я сливалась с хозяйкой этого дома в экстазе радости, предвкушения и подготовки.
И только строгая Раисат многозначительно смотрела на меня и поджимала губы.
Иногда этот взгляд пугал, но я тут же отбрасывала сомнения в сторону. Свои чувства я прячу мастерски. После смерти родителей научилась подавлять всё в себе. Сама же она меня научила — это твоя реальность, и другой не будет…
С Эльдаром мы тоже научились прятать свои чувства… И не только чувства…
Шёпот, касания, вкус губ и твёрдость тела, которая пьянила, возбуждала и пугала одновременно…
В первый раз он осмелился переступить черту от выразительных гляделок в сторону большего в августе…
На тот момент я уже заметила, что к матери в дом он стал наведываться всё чаще.
Стеснялась, сторонилась, невольно опускала глаза в пол.
А он смотрел. Всё время смотрел… Словно бы ласкал глазами, гладил просто взглядом…
И заставлял меня переживать самые яркие эмоции в своей жизни…
Я помню тот августовский бархатный день пять месяцев назад как вчера.
Солнце чуть приглушённое, не царапающее и жалящее, а ласкающее.
Я собираю малину на краю огорода, почти у горы. Ягоды ароматные, спелые, вкусные… И пускай ветки с шипами то и дело впиваются в подушечки пальцев, не желая отдавать драгоценный урожай и приберегая его для щебечущих птичек…
— Помочь? — слышу сбоку голос, вызывающий в душе такое цунами, что едва не падаю на месте.
Он приехал вчера ночью. Сквозь сон обрывками я слышала лай собак, рёв мотора, как открываются с характерным стуком ворота и пропускают позднего желанного гостя в дом…
Я и за ягодами-то убежала, потому что хотела помочь тёте Написат приготовить на завтрак варенье-пятиминутку к блинам.
Она всегда любила баловать ими Эльдара по приезду — это было его любимое блюдо с детства…
— Я почти управилась, — кивнула головой в наполненное до краёв лукошко и отвела глаза.
Улыбку, скользнувшую по его губам, поймала скорее интуитивно…
Я вообще слишком хорошо его чувствовала.
Может быть, именно поэтому сразу поняла, что у нас это взаимно… эти дикие, необузданные эмоции.
— Попробовать дашь? — делает шаг ко мне, а у меня голова кружится от его запаха.
Он пахнет дорогим парфюмом — совершенно анахроничным в нашей деревенской простоте, сигаретами и кофе… Попил уже с утра…
Берёт из лукошка две ягоды. Одну кидает себе в рот, а другую…
Медленно прикладывает к моим губам, нежно размусоливает, приоткрывает зубы и кладёт на язык.
— Вкусно… — его голос становится ниже на пару тональностей.
Не спешит убирать пальцы от моих губ. Продолжает по ним водить…
— Думал о тебе, Малика… — шепчет он. — Всё время…
Моя грудь высоко вздымается. Её спирает тугая кофта поверх ситцевого платья.
Он опускает глаза на неё, и я в ужасе понимаю, что под тканью проглядывают острые соски. Как?! Я ведь в лифчике.
Палец медленно ползёт от губ по шее, огибает ключицы, поддевает ткань и медленно расстёгивает — пуговица за пуговицей.
— Хочу посмотреть на малинки… — шепчет он, тяжело дыша.
Я безвольна в его руках… Совсем безвольна…
Совершенно…
Соски скручиваются в две спелые ягоды под его взглядом и открытым воздухом.
Он смотрит на них и тут же прикладывается губами.
Я вздрагиваю, словно бы подкошенная.
И только его крепкий захват не дает отступить.
Поцелуи — поцелуи. Жаркие, страстные, желанные.
Неумелые и отчаянные с моей стороны.
Сладкие, нарастяг, со смаком — с его…
— Самая красивая девочка на свете… Ты знаешь, что ты для меня была с рождения? Что ты моя…
Обнимаю его, всхлипываю и обнимаю…