Страница 47 из 68
Глава 35
— Эльдар, это правда, что ты открыл филиал компании в Аммане? — спрашивает дед за семейным ужином. Я глаз от волнения от стола отлепить не могу. В голове всё ещё вибрации разговора с Аббасом. Его тут, понятное дело, нет.
Но это иллюзия.
Он есть. Есть его угрозы, есть мой долг, есть… Господи, столько всего есть, что дурно становится… Дурно и больно. Ощущение, что я играю в игру, которая мне не по зубам, только нарастает…
— Правда, — отпивает айрана, откидываясь на стуле.
В присутствии окружающих Эльдар предельно корректен во взаимодействии со мной. Подчёркнутая вежливость, отсутствие физических прикосновений, сдержанные взгляды. Мы оба прекрасно играем свои роли.
Сейчас — один из эпизодов этого сериала.
По приезду к нам на виллу он уже по традиции подарил мне большой букет, его люди занесли несколько пакетов с дорогими сладостями к столу.
Так тоже требует традиция.
Между нами был лишь один обмен взглядами — и от него током прошибло…
— Это логично и закономерно. Я давно приглядывался к ближневосточному рынку. Работа из Москвы по региону не оправдывает трудозатраты. Нужно было иметь офис оверсис. Думал в сторону Дубая, но… Раз уж судьба сама привела меня в Иорданию, почему бы и нет… К тому же королевская семья предложила хорошие коммерческие условия.
Дед удовлетворённо кивает.
— Я рад, что тебе удалось выстроить хорошие рабочие отношения с представителями правящей семьи. Для нас, черкесов региона, это особенно ценно. Оказавшись на этих землях исторически, мы всегда сохраняли им лояльность… Это основа основ нашей чести и долга, Эльдар. Надеюсь, ты это понимаешь…
— Мне не с руки думать иначе, — встречает он достойно жирный намёк деда. Лояльность. Это правда основа основ жизни нашей диаспоры в этих краях, ключевой элемент её региональной идентичности, привилегированного положения в местном обществе.
— Какие ваши планы на будущее, Эльдар? Ты планируешь забрать Диану в Россию или будете тут?
— Думаю, что удастся организовать жизнь на два дома, — отвечает он спокойно. — Собственно, вы задали очень правильный вопрос, ата (прим. — отец, уважительное обращение на Кавказе к старшему рода), — обращается он к деду. — Я бы хотел попросить вас отпустить со мной Диану на час для того, чтобы посмотреть два красивых дома здесь, в округе, недалеко от вас. После свадьбы нам нужно будет обосноваться на две страны. Здесь я бы хотел также иметь свой постоянный дом. Район этот очень понравился, и вы рядом. Наверняка Диане было бы приятно быть недалеко от родных хотя бы в Иордании.
Я чувствую на себе его взгляд.
Потом взгляд деда.
Он думает, отпускать ли меня. В итоге всё-таки кивает.
Мы уже полтора месяца в этом режиме свиданий под надзором взрослых. И всё равно… научились конспирировать своё сумасшествие.
Правда, после последнего разговора с Аббасом не уверена, что эта самая конспирация такая уж эффективная…
Ужин сегодня длится недолго. В Амман пришла осень с её типичными ветрами — дед всегда на смену сезонов реагирует обострением хронических болезней — и потому удаляется из-за стола, не дождавшись десерта.
Мы тоже быстро сворачиваем на то, что нужно съездить посмотреть дома, пока не совсем поздно.
Меня отпускают.
Под тяжёлые, наблюдательные взгляды, но отпускают.
Пока идём с Эльдаром к машине, не смотрим друг на друга.
У авто он кратко говорит своему водителю, что отпускает его, и садится за руль сам.
Я устраиваюсь рядом.
Пара кварталов по холмистой дороге белоснежного Абдуна, ловлю сонные окна респектабельных вилл глазами, мы даём вправо и въезжаем в уже открытые под нас широкие ворота…
Эльдар тормозит, глушит мотор, а потом переводит на меня глаза.
Это уже не тот взгляд, что был за столом, когда он себя сдерживал.
Этот полон жажды, похоти, одержимости…
В нём всё то, что он скоро сделает со мной. Всё то, что делал, и ему понравилось…
Это предвкушение настолько острое, что уже даже болезненное.
Сама не замечаю, как автоматически завожусь и слегка приоткрываю губы, ожидая его прикосновения.
Он смотрит, смотрит. Дышит тяжело…
— Ты сделала, что я тебе говорил? — хрипло выдыхает.
Я молча киваю, опуская глаза смущённо. Облизываю нервно губы…
Эльдар тоже кивает.
Берёт телефон зачем-то, что-то жмёт на дисплее.
Я дёргаюсь…
Дёргаюсь от первых вспышек удовольствия эхом от нарастающих вибраций.
Вскидываю в панике на него глаза.
Вот в чём секрет.
На телефоне — приложение…
Он ловит мой взгляд — алчно, одержимо, торжествуя…
Он управляет мной.
Сжимаю свою кожу на коленке поверх ткани платья, другой рукой вцепляюсь в кожаную ручку двери салона…
Эльдар резко дёргает рычаги на моём кресле, отчего я сразу полулежу.
— Раздвинь ноги, — хрипло шепчет.
Не задирает платье.
Ведёт ребром руки по щелку ткани вдоль моей ноги.
Она нежно ласкает кожу, но всё равно оставляет после себя жжение.
Потому что там столько от его прикосновений…
— Думала обо мне?
— Думала… — шепчу, впиваясь в его нависающий тёмный образ.
— Хочешь?
— Хочу… — снова дёргаюсь. Потому что он не просто спрашивает и наблюдает. Он управляет. Заставляя то сжиматься, то раскидывать ноги, то снова их собирать. Меня то выгибает, то прибивает к креслу…
Шершавый палец ложится на мои губы. Он растирает их, надавливает на зубы, приоткрывая рот.
— Я вот думаю о тебе всё время, лапуля… Всё сложнее себя в руках держать… Ты моя одержимость… Может, наплюём на всё и сбежим? К чёрту это всё… К чёрту… Я ведь не выдержу так ещё месяц…
— Эльдар! — кричу, когда он включает свой чёртов аппарат на максимум. — Прекрати! Это пытка какая-то!
Его губы в миллиметре от моих теперь…
Он жадно втягивает моё дыхание. Рука ловко поддевает ниточку на линии декольте, развязывает её и ныряет, отодвигая бюстгальтер к соску.
— Кричи… — рвано хрипит. — Громко кричи, Малика… Кричи моё имя… Чтобы мне было что снова и снова проигрывать в голове, когда я снова буду полночи дрочить на мысли о тебе…
Когда я распахиваю свои совершенно ошалевшие глаза, когда вибрации внутри становятся совсем нестерпимыми, он нападает на мои губы.
Снова эти дикие поцелуи — поглощающие и не оставляющие даже зазора для манёвра. Я вся его, его. И ничего с этим не поделать…