Драйвовый рок

Глава 12

Кир

– Да блин! – рычу я, дергая запутанный шнур. Комбик

[12]

[Базовый вариант оборудования для игры на электрогитаре, который сочетает в себе усилитель и динамик.]

кренится и почти падает со сцены, но я успеваю подхватить его.

Сейчас утро понедельника, «Шум» пустует.

– С тобой все нормально? – исподлобья взглянув на меня, интересуется Дэн, крутя пальцами барабанную палочку.

– Все отлично! – произношу я, не удосуживаясь повернуться лицом к собеседнику. – Просто великолепно!

Хватаю гитару и с деланым раздражением втыкаю в нее кабель. Разом пробежав пальцами по всем струнам, я начинаю бешено бренчать по ним, будто вмиг разучился играть, а то и вообще держать инструмент в руках.

– Да хорош трезвонить, у меня кровь из ушей идет! – кричит Артём, безуспешно пытаясь настроить свою гитару.

– Так подставь ведро, чтоб стекало! – отвечаю я и, подойдя к нему поближе, повторяю свое треньканье назло и с еще большей отдачей. В баре стоит неимоверный хаос.

Разозлившись, Артём так же бездумно лупит по струнам. Денис ухмыляется и, усаживаясь за установку, бьет по блинам, которые тут же заполняют помещение дичайшим звоном.

– Ну вы что устроили! – возмущается Миша. – Тишину словили, быстро! Скоро люди начнут приходить, вряд ли им это понравится.

– Капец! – орет Аня, вбегая в бар и приковывая к себе все наше внимание. Мы перестаем играть. – Вас на улице слышно! Только не говорите, что это ваш новый хит.

Аня развязывает шерстяной шарф, которым любит обматываться так, что только глаза видны. Она всегда ходит укутанная, как будто ей постоянно холодно.

– А если и так? – говорю я и с вызовом смотрю на подругу.

– Что? – хохочет Артём. – И как же называется эта песня? «Психоз»?

Я бросаю на него взгляд, и мы снова начинаем свой нелепый бренчащий поединок.

– Хватит! – кричит Аня, зажимая уши. Когда в баре снова воцаряется тишина, она позволяет себе снять пуховик и отложить его на диван у одного из столиков. – Что вы вообще тут делаете? Ваши репетиции проходят по четвергам и пятницам.

– Да, действительно! – говорю я, пытаясь уместить в эти два слова все свое недовольство.

– Пришлось перенести из-за загруженности, – объясняет Денис. – Скоро сессия, а нам нужно отрепетировать парочку песен к предстоящему концерту.

Я громко фыркаю. Понимаю, что от Ани мои маневры не скроются, ведь она знает меня как свои пять пальцев.

– А концерт в честь… – начинает она, но я обрываю ее.

– Итоговых соревнований по плаванию! Вот делать мне больше нечего, как развлекать каких-то там… этих самых… пловчих! – выплевываю я, обильно жестикулируя.

Минутная пауза. В бар заходит компания девушек, они сразу идут к дальнему столику.

– Понятно, – тихо говорит Аня, хотя в голосе чувствуется веселье. Это бесит.

– Чего ты ржешь? – Я гневно смотрю на нее. – Меня реально это злит! Нужно же готовиться к сессии.

Аня прикрывает рот рукой; я знаю, что таким образом она прячет улыбку. Это раздражает еще сильнее, но я решаю стерпеть. Сессия послужила бы оправданием для заучек, а я в их рядах точно не числюсь. Я вообще никогда не готовлю билеты и все остальное. Пришел – и слава богу, поприсутствовал, получил свою несчастную тройку – для меня этого более чем достаточно. И все же другой отмазки в этот момент я не нахожу. И все это понимают. Какое унижение…

– Конечно, – принимая серьезный вид, выразительно произносит Аня.

– Да гонит он, просто Лизу видеть не хочет, – фыркает Артём, тут же ловя мой недовольный взгляд. – А что? Скажешь, не так?

Я отворачиваюсь, смотрю в ту сторону, где сидят пришедшие девушки. Не так давно я видел их на одном из наших выступлений. Сейчас они внимательно смотрят на сцену.

Повержено опускаю голову и таращусь на гитару. Я мягко провожу пальцами по струнам, наигрывая только что придуманную грустную мелодию. Делаю вид, что не слышал вопроса, но музыка меня выдает.

Аня вздыхает. Подойдя к сцене чуть ближе, она становится напротив меня и говорит:

– Дам тебе веревку. Позволишь вытащить себя из ямы или задушить ею? Выбор за тобой.

– Чего? – морщусь я, переставая играть. Эти ее завуалированные фразы сейчас вообще не к месту.

Аня закатывает глаза.

– Я говорю: дурак ты. Открою тебе правду, ну а как воспользоваться ей – решай сам.

– И что же это за

правда

? – недоверчиво интересуюсь я и складываю руки на груди.

– Ты неправильно себя ведешь.

Я возмущенно выдыхаю и снова смотрю на струны, не собираясь дальше слушать нравоучения подруги. Тем не менее Аня продолжает:

– Не знаю, что еще у вас произошло после того случая на Хэллоуин, но прошло уже достаточно времени, пора прекратить дуться, словно девочка. Поговори с ней. Ты слишком бурно реагируешь.

– Бурно реагирую?! – взрываюсь я. – Да Лиза меня дебилом выставила!

– Почему? Потому что прекратила твою потасовку с тем типом?

– Типом? – печально усмехаюсь. – Это ее парень.

Аня открывает рот в немом «а-а-а». Затем смыкает губы и трясет головой, будто все происходящее – нелепый сон.

– Она это сказала? – спрашивает Аня.

– Нет, я сам догадался, не тупой. – Опускаю голову и снова бездумно ударяю по струнам, выплескивая гнев. – Меня просто злит это ощущение.

– Ощущение? – Аня хмурится.

– Использованности. Будто я расходный материал или типа того. Она знала о моих намерениях с самого начала и пустила мою симпатию себе во благо. – Меня несет. – Когда мы ходили с ней в кино, то встретили этого типа́ там. У нас с Лизой вроде как было свидание, она общалась со мной, заигрывала и даже поцеловала. Я думал, как круто, что все же способен добиться ее расположения. Теперь же, когда мои мозги встали на место, я понимаю – весь этот спектакль был разыгран только для него. Я думаю, чтобы позлить. Потому что, наверное, у них больше не бушует пожар и милые поссорились!

Я взъерошиваю волосы двумя руками. Пытаюсь остыть и вернуться к более-менее адекватному состоянию, но Лиза не уходит из моих мыслей.

Тишина. Все отводят взгляды, и это заставляет меня чувствовать себя неловко. Чтобы прервать молчание, я добавляю:

– Самое поганое, что она по-прежнему нравится мне… И я не знаю, как забыть ее! С каждой секундой она все глубже забирается в мое сердце, пусть я и стараюсь выкинуть ее из головы.