Искры во тьме

Глава 13

Мы вышли из комнаты, возле которой стояли двое молодых, красивых гвардейцев с русыми волосами и ореховыми глазами. Они были чуть старше Легиона. Если я правильно помнила из недавних разговоров, то они были братьями: одного звали Сэмюэль, а другого, того, что повыше и чуть старше, – Дэрил. Оба стояли с высоко поднятыми головами и ровной спиной. Когда мы вышли, Сэмюэль встал впереди нас, а Дэрил остался идти позади.

Миновав тёмный коридор и узковатую лестницу, мы спустились и прошли в дверь слева от хозяйской стойки во внутреннюю пристройку, в похожий коридорчик, где аромат из кухни был более ярким, словно за стенкой находилась сама обитель приготавливаемых яств. В узком коридоре было несколько дверей, как мне показалось, ведущих в уборную и в кладовую. Пройдя чуть дальше, мы почувствовали влажность и жар, исходящие от помещения перед нами.

Предбанник представлял собой то же сооружение, что и главное здание, за исключением стены перед нами. Она была каменной, предполагая, что за её более толстой дверью находится сама парная. Я многозначительно посмотрела на стражу. Кивнув, они развернулись и вышли, оставляя нас с Джестис посреди пустой комнаты с небольшим дубовым столом посередине, окружённым стульями, где по стенке стояли длинные скамьи с аккуратно сложенными простынями.

Общее помещение, предназначенное для мужчин и женщин, слегка смутило нас. Переглянувшись и слегка фыркнув, мы начали снимать с себя одежду, закутываясь в желтоватую простынку. Я сложила свои вещи в корзину у двери, где уже лежала одежда подруги, и несколько раз постучала в дверь. Та слегка приоткрылась, достаточно, чтобы рука гвардейца забрала корзину, а после захлопнулась глухим стуком влажной древесины.

Я расплела волосы, оставляя свой гребень поверх чистой одежды, и мы вошли в парильную. Ступая на горячий каменный пол, несколько раз переступая с ноги на ногу, привыкая к жару из большой печи-каменки, на которой лежали раскалённые камни, мы прошли к дальним скамейкам, присев возле деревянной кадки с водой. Рядом с нами лежали ковши и вёдра, а также берёзовые веники. Запах распаренных листьев, горячего дерева, мокрого камня и травяных настоев заполнял лёгкие густым, тяжёлым воздухом.

Это место показалось мне убежищем, где я могла смыть дорожную, физическую и эмоциональную грязь. Горячий воздух и вода стали единственной настоящей роскошью, способной временно растворить напряжение в мышцах и смыть тревогу с души. Здесь я могла скрыться от холодных глаз Легиона, дразнящего взгляда Даарио, тяжёлого долга и будущей, неизвестной жизни.

Джестис замачивала берёзовые веники, пока я методично взбивала пену руками в небольшом ведре. Мы обе оголились, уложив простыни на скамейках под собой. Фигура у Джестис была очень женственная, с красивыми изгибами груди и бёдер, тоненькими ручками и маленьким, аккуратным животиком, моё же тело немного изменилось благодаря тренировкам: худые руки стали более рельефными от наращённых мышц, бёдра и ягодицы более тугими, но сохранившие упругость, а животик исчез, сменившись плотными «кубиками», как их называл Легион.

– Мне кажется, что ты стала хуже есть, – нарушил тишину и шипение воды на камнях голос Джестис.

– Почему ты так решила? – удивилась я, оглядывая своё тело.

– Ты похудела, – она тоже оглядывала меня. – Либо мне попросту кажется.

– Тебе кажется. Не думаю, что от одного дня без еды человек поменяется, – я пожала плечами, возвращаясь к своему занятию.

– У меня возникла интересная мысль, – задумчиво произнесла она, несколько раз помяв веники. – Что, если ты или принц Легион обучите меня, ну, не знаю, некоторым приёмам или мечу?

– Ты и меч? – я слегка рассмеялась, представляя эту картину. – И с чего бы вдруг ты захотела этому обучиться? Ты же леди.

– А ты принцесса, – она выгнула бровь, глядя на меня. – Но тебе же твой статус не помешал тренироваться и в совершенстве овладеть мечом. Я думаю, что это было бы полезно и может понадобиться, – она уверенно посмотрела на меня, но в её глазах скользнула грусть. – Ты можешь сама за себя постоять, вдруг что, а я-то нет. И мне бы не хотелось быть для вас обузой. Ты не сможешь защищать и себя, и меня.

– Пфф… Про совершенство ты мне льстишь, конечно, – я внимательно оглядела её с головы до ног. – Но идея не плохая. Правда, я не совсем представляю, что должно случиться, чтобы ты взяла в руки оружие, – я задумчиво смотрела на пену. – Хорошо, для меча рано, но с кинжалом может что-то получится. Я поговорю с Легионом с утра.

– Спасибо, – она издала писк и подбежала ко мне, обнимая своим потным, обнажённым телом.

– Всё, всё, задушишь, – я нежно убрала её руки со своей шеи. – Но, если ты решилась, то тебе придется выкладываться по полной. Пути обратного не будет. И тебе это не понравится. Будет сложно и больно.

– Я буду стараться изо всех сил, – пообещала она, её глаза искрились в тусклом свете уверенностью и решимостью. – А теперь ложись, попарю тебя берёзой.

Хорошо пропарившись, чистые, до скрипа кожи, раскрасневшиеся, мы с Джестис вернулись в свою комнату. Мужчины разбились на группы и по очереди шли в баню, приводя себя в порядок. Гул и шумное веселье из общего зала под нами не стихало, даже когда мы легли на твёрдую, скрипучую кровать, прижавшись плотнее друг к другу и натянув на себя старое шерстяное одеяло. Чистые, сытые и уставшие мы быстро заснули, не обращая внимания на колючую солому, впивавшуюся в тело из тюфяка.

***

Рассвет наступил так быстро, что казалось, будто я просто моргнула, а уже нужно вставать на завтрак и отправляться в путь. Всё тело ныло от долгих поездок в повозке и от жёсткой, неудобной кровати, но это ничего, терпимо. Представляю, как могло бы быть хуже, если бы мы не воспользовались горячей баней или спали на твёрдой, промёрзлой земле вместо кровати. С тяжёлым вздохом мы вылезли из-под одеяла, ступая на холодный пол босыми ногами.

– Предлагаю размяться, как это делала я перед тренировками, – произнесла я, потирая спину.

– Зачем? – Джестис потирала сонные глаза. – И так всё болит.

– Так от этого станет лучше, – уговаривала я её. – Надо разогнать кровь, чтобы мышцы не ныли, да и взбодриться поможет.

– Уговорила, – зевая, ответила она. – Что нужно делать?