Страница 11 из 130
Мороз пробегает у меня по коже, когда он уверенно направляется к Денвер. Она встречает его широкой улыбкой, и когда он наклоняется, чтобы шепнуть ей что-то на ухо, а она смеется, он смотрит прямо на меня.
Мне очень не хочется оказаться правым насчет Денвер. Кольт любит ее и доверяет ей, но если он временно вышел из игры, а она уже милуется с Винсом, то что, блядь, еще я должен думать?
Она играет со своими волосами, пока Винс разговаривает с ней и Анджеем, ее взгляд смягчается, и мне все это очень не нравится.
Если она предаст Кольта, я разберусь с этим, когда придет время. Пока Ронан и Кольт не очнутся, мне от нее нужны только ее лицо и имя. До тех пор я смогу ее потерпеть.
К тому времени, как мы все усаживаемся за обеденный стол, Денвер снова садится рядом со мной. Я почти не разговариваю с ней, потому что, честно говоря, боюсь, что не удержусь и прямо обвиню ее в интрижке с Винсом. Она, надо отдать ей должное, после их первоначального приветствия держится от него подальше, но я не стану заносить это в список ее плюсов.
Разговор протекает гладко: осторожные обсуждения обмена территориями, импорта и экспорта, бизнес-проектов и продаж. Кольт как-то сказал мне, что важны не только разговоры, важна сама атмосфера. Когда вокруг меньше телохранителей и перешептываний со стороны членов семей, мы более свободны в принятии собственных решений.
«Это возможность для них встретиться с людьми, о которых они только слышали, без багажа, накопленного за годы распрей. Такие встречи напоминают им, что человека делают не истории о нем, а он сам».
Кольт среди нас самый умный. Тот, у кого подвешен язык и ледяное спокойствие. Он мог приручить зверя, попутно изучая остроту его зубов на будущее, и именно поэтому он наш лидер.
Как бы мне хотелось, чтобы он был здесь сегодня.
Анджей произносит:
— Отсутствие Кольта ощущается, не так ли?
Рядом со мной Денвер внешне никак не выказывает напряжения, но ее пальцы сжимаются в кулак.
— Он быстро встанет на ноги, — говорю я.
Алексей барабанит пальцами по столу:
— Вы знаете, кто это сделал?
Все глаза устремлены на меня. Кроме глаз Денвер.
— У меня есть пара мыслей, — отвечаю я. — Но будьте уверены, все под контролем.
— А предприятия Макьюэнов? — спрашивает Алексей, вскинув бровь. — Они тоже под контролем?
Денвер откидывается на спинку стула:
— Да. Я занимаюсь ими.
Губы Алексея дергаются, его светлые глаза блестят, словно он знал, что она скажет именно это. Винс делает глоток из своего бокала. Все остальные, впрочем, выглядят недовольными.
— Ты? — переспрашивает Конор. — Ты не Макьюэн.
— Нет, но мой муж – Макьюэн, — быстро парирует Денвер. — Ни для кого не секрет, что Рори Макьюэн был… — Она машет рукой. — Несколько увлечен делами.
Вежливый способ сказать, что он годами изменял своей жене, и в результате этой интрижки на свет появился Рейнджер.
— Тогда почему Рейнджера здесь нет? — спрашивает Конор, переводя взгляд на меня.
— Рейнджер управляет собственным бизнесом на Западном побережье, — отвечаю я. Если этот ублюдок вообще жив. Мы от него ни хера не слышали. В руинах его старого семейного дома трупа не обнаружили, но это еще не значит, что он не уполз подыхать куда-нибудь в другое место.
— Он направляет меня, как и Алистер, — добавляет Денвер. — И это лишь временная мера, пока Ронан снова не сможет работать.
—
Если
сможет, — резко бросает Конор. — Я слышал, ему еще очень далеко до того, чтобы дышать самостоятельно, не говоря уже о работе. Или я ошибаюсь, Люкс? — он произносит ее фамилию как оскорбление, и если бы мы с Денвер не были на одной стороне, мне, скорее всего, даже понравился бы этот момент.
— Да, ты ошибаешься, — отвечает Денвер. Ее тон нельзя назвать резким, но он ледяной.
Конор подается вперед, вглядываясь в ее лицо:
— Ты называешь меня лжецом?
— Я исправляю твои неточные сведения.
— Делай это вежливее.
За столом воцаряется тишина. Винс наблюдает за этой перепалкой с явным раздражением — так, словно защищать Денвер входит в его обязанности. Алексей выглядит слегка утомленным этой забавой. Даже мне самому интересно, как она отреагирует на подобный вызов на столь раннем этапе.
Денвер выпрямляется:
— Я отвечаю людям тем же, с чем они приходят ко мне. Если тебя это не устраивает, предлагаю в следующий раз сделать то, о чем мы все сейчас мечтаем, – остаться дома.
Твою ж мать.
Конор облизывает губы:
— То, что ты стоишь у руля, лишь доказывает всем нам: с Макьюэнами покончено. Потому что давай признаем правду – если ты хоть капельку пошла в свою мать, твои таланты больше пригодятся для того, чтобы трахаться с гангстерами, а не быть одним из них.
Денвер проводит языком по зубам:
— Конор, я знаю, что говорить от собственного лица для тебя в новинку, учитывая, что папочки здесь нет и он не держит тебя за ручку, но вообще-то принято проявлять уважение к хозяйке дома.
Алексей весело присвистывает, а Винс ухмыляется.
Конор вскакивает на ноги. Глаза Денвер вспыхивают от предвкушения — она разглядывает его, словно полудохлую зебру, забредшую на ее территорию.
Нет.
В ее прайд.
Потому что за этим столом оказывается куда больше мужчин, готовых ее защитить, чем я предполагал. Денвер явно провела собственную предварительную подготовку.
— Сядь, Конор, — говорит Алексей. — Денвер права. Не лезь на рожон, если сам не умеешь держать удар. В этом всегда была твоя блядская проблема.
— Пошел нахуй, Волков, — выплевывает Конор.
Он тянется за пушкой, и вот теперь вступаю в разговор я:
— Конор, если достанешь в этом доме оружие, ты отсюда живым не выйдешь, — он вскидывается, его глаза резко переключаются на меня. — Вы все согласились на определенные условия, прежде чем переступить этот порог. Мы понимаем, что обстановка может накалиться, и в ту секунду, когда ваши ноги коснутся тротуара на улице, можете стрелять в кого вам угодно. Но это, — я стучу пальцем по столу, — безопасная зона. Кольт всегда поддерживал это правило, и я не позволю ему рухнуть из-за того, что ты реагируешь на критику как блядский трехлетний ребенок, — я наклоняю голову. — А теперь, пожалуйста, сядь.
Он колеблется еще несколько секунд, после чего возвращается на свое место и сидит с надутым видом.
Денвер обращается к остальным присутствующим за столом: