Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 16 из 148

Итан

Я затягиваю галстук и едва сдерживаю сдавленный хрип. Снова ослабляю его, расправляю плечи и хмурюсь, глядя на темную ткань так, будто она лично виновата во всем, что когда-либо шло не так в моей жизни.

— Итан, мы в отпуске, а не на свадьбу идем, — говорит Себастьян, появляясь из спальни и проходя в гостиную нашего небольшого люкса. Светлые волосы моего друга и темно-синяя рубашка в сочетании с такими же брюками выглядят безупречно, отчего я ненавижу свой галстук еще сильнее. — Мы просто идем на ужин. Расслабься.

Я хочу расслабиться, но не могу перестать думать о сегодняшнем утре.

О том, как я трахнул случайную женщину в спортзале отеля.

Не так я представлял себе начало отпуска. Это поездка с парнями, где я, Себастьян, Зик и Эйс можем пообщаться. После того как год назад жена Себастьяна огорошила его документами на развод, казалось, что время, проведенное с друзьями, давно назрело.

Женщина в спортзале появилась из ниоткуда. После напряженного перелета я поспал несколько часов в номере, который делил с Себастьяном, и когда мой друг еще спал, отправился в зал в надежде отогнать всплывшие мысли. Отсутствие работы означало отсутствие отвлекающих факторов, а отсутствие отвлекающих факторов означало воспоминания. Воспоминания, которые я больше не могу хоронить так, как мне хочется.

Так что мне нужно было побегать, потягать железо, побить грушу, если бы она там была.

Вместо этого я наткнулся на

нее.

И, блядь, что это была за встреча. Я до сих пор чувствую вкус ее пота, ее запах, чувствую, как она сжимала мой член при каждой пульсации своего оргазма. Она пробудила во мне что-то. Кого-то более сильного, чем тот Итан, которого я позволяю видеть другим. От этого воспоминания кровь снова приливает к паху.

Я никому не рассказывал. Даже Себастьяну, хотя мы делились каждой деталью нашей жизни с самого детства. Но эта женщина, кем бы она ни была, — первая, с кем я переспал за последний год, и я хочу оставить это при себе. Хотя бы на время.

Но прошло уже двенадцать часов, и этот секрет меня душит.

— Я переспал с женщиной в спортзале, — выпаливаю я, и Себастьян замирает, не донеся руку до дверцы мини-бара.

— Прости, что ты сделал?

К счастью, Зик и Эйс в соседней комнате, так что я могу выложить подробности без лишних слушателей. Мне просто нужно кому-то рассказать, и я по опыту знаю, что Себастьян не проговорится ни одной душе.

Я стягиваю бесполезный галстук и бросаю его на диван-кровать.

— Она мне нагрубила. Я украл ее наушники. Она пригрозила меня избить. А потом... она меня поцеловала. Мы занялись сексом у стены спортзала, и она ушла. — Я на мгновение задумываюсь. — Да, в общем-то, и все.

— Ну, нихера себе. — Себастьян скрещивает руки на груди, его голубые глаза расширяются. — Она была горячей?

— Невероятно.

— Ты использовал защиту?

— Да, — говорю я, закатывая глаза. — Не говори Зику или Эйсу. Они захотят знать все в мельчайших подробностях, а я сам еще пытаюсь это переварить.

Себастьян медлит, его глаза округляются. — Погоди. Эта женщина. Она случайно не была рыжей?

По коже пробегает холодок.

— Да.

— Ростом около метра семидесяти? Веснушки? От нее исходила такая милая, но опасная аура?

— О боже. Да. Почему ты спрашиваешь?

Себастьян открывает холодильник.

— Проходил мимо нее в лобби чуть раньше. Подумал, что она в твоем вкусе.

Я вскидываю бровь.

— С чего бы это она в моем вкусе?

— Не знаю, но когда я ее увидел, подумал, что она тебе понравится. Пока она не начала орать.

— ...Орать?

— Ага. Она кричала на какого-то парня возле стойки регистрации. Реально орала на него.

В животе разрастается чувство тревоги. Неужели я переспал с какой-то истеричкой?

— Из-за чего она злилась?

Себастьян достает два напитка из мини-бара, бегло просматривает этикетки и протягивает один мне.

— Я не слышал всего разговора, но, кажется, она сказала, что он за ней следит.

Я хмурюсь, забирая бутылку, но почти не чувствуя ее холода ладонью.

— Следит за ней? Она сказала об этом персоналу отеля?

— Похоже, она и сама неплохо справлялась. — Себастьян скручивает пробку со своего пива и делает глоток. — Она сказала, что если он не оставит ее в покое, она скормит ему его собственный член.

Я замираю с бутылкой у губ, разрываясь между искренним беспокойством за женщину, которую преследуют, и забавлением от того, как она защищалась.

— Тебе, наверное, стоит знать... — Себастьян выдыхает. — На ней было обручальное кольцо.

Блядь.

— Что? Ты уверен?

Он кивает.

— Зик был со мной и специально проверил. Он собирался пригласить ее на свидание, пока не увидел кольцо. Ты не заметил его в зале?

Нет, не заметил. Если бы заметил, то бежал бы в противоположную сторону. Мне уже изменяли раньше, и я точно не хочу быть тем самым «другим человеком».

— Нет, я не видел кольца.

— Ну, это на ее совести, не на твоей. Давай забудем о Денвер Люкс и хорошо отдохнем.

— Денвер Люкс?

Себастьян кивает.

— Слышал, как администратор говорил, перед тем как я вернулся в номер. Это ее имя. Странно, мне оно показалось знакомым, но...

Кто-то яростно барабанит в дверь.

— Пошли уже, вы, тупоголовые ушлепки! — кричит Зик.

Себастьян допивает пиво и сжимает мое плечо.

— Ты уверен, что с тобой все будет в порядке сегодня вечером?

Беспокойство Себастьяна — доказательство того, какой он хороший друг, но последнее, чего я хочу — это чтобы за мной присматривали, как за ребенком, весь отпуск.

Я натягиваю свою лучшую улыбку.

— Все будет хорошо. Пошли.

В коридоре ждут Зик и Эйс. Зик предпочел надеть костюм от «Армани», который, как я знаю, ему не по карману; его каштановые волнистые волосы зачесаны назад, а зеленые глаза горят азартом в предвкушении вечера. Несмотря на поздний час, на голове у него красуются очки от «Версаче», и он буквально излучает энергию бабника, которую, я уверен, он когда-нибудь перерастет.

Рядом с ним Эйс в костюме от «Армани», который он может себе позволить, хотя никогда не стал бы этим хвастаться. Он недавно отрастил свои песочно-русые волосы и теперь раздражающе похож на Брэда Питта в девяностые, с его серо-голубыми глазами и всем прочим — факт, который Зик умудрился превратить в оскорбление и подкалывал его из-за этого весь полет.