Пашкины будни

Эрик: «Всего лишь маленькое неудобство, чтобы не слишком расслаблялся. Ничего бы ему не сделалось. Ты мне игру подпортил.».

Павел: «Разговор вроде о доверии шёл, командир.».

На самом деле, если разложить по полочкам все смыслы, то разговор был о том, чтобы добиться от Алу клятвы верности или её приемлемого аналога. Но разве обязательно для этого выводить и без того замордованного нейтрализаторами апрольца из зоны шаткого комфорта? Даже если сию секунду так проще на него давить. Особенно, если ты планируешь активно использовать нового подданного. Этого, хоть и битый жизнью, но всё ещё очень юный Пашка решительно не понимал. Эрик не то чтобы сильно разочаровал — тут наивных нэма, но как-то перестал вписываться в привычный образ. Ведь сын офицера Эрика действительно за командира почитал. Второго после Шенола. В горы с ним не раз ходил. На хуторе рядом впахивал. Нгурулов в Тырькином озере рядом купали. И всегда Эрик вел себя адекватно. А на озере — так даже по-человечески. И на тебе — царедворец.

Затянувшуюся паузу прервал Эльзис.

— Садитесь, господа, — его величество номер раз терпеливо дождался, пока Павел отомрёт, осмотрится, притащит от стены пару стульев, пристроит их чётко по центру между братьями и слегка пихнёт Алу, чтоб тот усаживался. Ну и сам присел, подавая пример. Эльзис в который раз подивился, как землянин и сидя умудряется выполнять команду «смирно». Только нынче у него это получалось с неким вызовом. Юный наездник так и транслировал в эфир: «К гадостям готов.». С одной стороны — неприятная дерзость, а с другой — любопытно, с чего бы это землянину проявлять пусть сильно завуалированное, но все же неодобрение деяний венценосных.

— Итак, — вновь заговорил Элизис, посчитав, что достаточно попрессовал ребят молчанием. На Алу действовало, а Мартун просто ждал. Если бы не амулет Раима, коронованные братья услышали бы, что парень не изводит себя пустой тревогой и не пытается угадать настроение всевластного начальства. Он просто поёт на родном языке. Беззвучно, но очень громко. Что-то про погоню и стук сердца. Если бы на Нрекдоле использовали понятие «драйв», то это было бы самое оно. Пашка готовился к схватке, благо дали минутку на размышления. Почему у него возникла такая потребность, он и сам не знал.

— Итак, вы оба недовольны вашим нынешним положением. Я не ошибся? — Смотрел первое величество на апрольца. И к своему удивлению, ничего особо не высмотрел. Гипсовая маска на красивом юном лице была безупречна. Взгляд из-под ярких бровей был пуст, твёрдый рот безмятежен, а в эмоциях царила беспросветная хмарь. И Эльзис с досадой понял, что перестарался с эмоциональными качелями для мальчишки, хотя Эрик пытался его удержать.

— Мартун, доклад. И не вскакивай.

— Есть не вскакивать, — Пашка резко вдохнул, разгоняя адреналин, чтоб до мозгов скорее добежало. Не рассчитывал, что именно его с ходу возьмут в оборот. — Считаю наше дальнейшее пребывание во дворце бессмысленным.

— Почему? — кто из братьев задал вопрос, Паха не уследил: смотрел между ними.

— Про меня и разговора нет. В нашем Корпусе и так недобор штата, а я тут… Алу же бесполезно проводит время и бездарно тратит ресурсы. Одни нейтрализаторы чего стоят! А мог бы приносить пользу.

— И какую? — вроде бы это был Эрик.

Пашка позволил себе едва заметно пожать плечами. И даже подпустил малую толику иронии:

— Ходок, артефактор, маг универсал неведомо высокого ранга, который ладит с боевыми нгурулами? Тётя Оля, то есть аррата Ольга, нашла, бы куда применить такой потенциал.

— И как ты предполагаешь этот потенциал контролировать?

— А зачем? Алу прекрасно сам себя проконтролирует. Тем более, что как маг он далеко не в лучшей форме. В крепости Восточного Корпуса у него будет куда больше возможностей для адаптации во всех смыслах. И в профессиональном, и в житейском.

— Уверен?

— Если ему будет что терять? Разумеется! Я же себя контролирую и Хайрем Оусс тоже.

— Почему ты настаиваешь на крепости?

— Потому что там буду я, — сказал Павел и обезоруживающе улыбнулся.

— Что ты этим хочешь сказать?

— Мне в своё время помогли, — землянин обозначил поклон в сторону Эрика, — теперь моя очередь. Долги надо отдавать. Плюс к этому мы — я и аррата Ольга, как иномиряне, куда лучше поймём проблемы Алу, чем любой порученец в столице.

В общем-то это была красиво оформленная отговорка. На самом деле для Пашки все было проще пареной репы: Алу стал своим, и порукой тому был Раш. А наши своих не бросают. Но это личное.

— Алу, ты согласен с тем, что говорит Павел? — Эльзис.

Ему пришлось удовлетвориться молчаливым кивком. Кудрявые шельмы! От мальчишки разило таким отчаянием, что интриганистое величество с трудом сглотнул горькую слюну, а где-то в виварии забеспокоился флегматичный Курус. Нужно было срочно уплотнить привычные барьеры.

— Мы, в общем-то, согласны с предложением Павла, — перехватил нить разговора Эрик. — И даже заручились принципиальным согласием Попечителя Восточного Корпуса лавэ Шенола. И это возвращает нас к вопросу о клятве верности. Мы обсуждали это, Алу.

— Да, — просипел апролец. Потом прочистил горло и уверенно повторил: — Да, ваше величество Эрик. Но я бы просил заменить формулу преданности на формулу лояльности. Готов поклясться, что не буду ничего делать во вред вашим величествам, пока нахожусь на территории Нрекдола, и сделаю все возможное, чтобы занять нейтральную позицию, если буду находиться на Апроле. Я слишком благодарен вашим величествам для того, чтобы причинить вам вред даже косвенно, но обстоятельства могут быть сильнее моих желаний. А умирать из-за нарушенной клятвы не хочется. Прошу понять.

Братья переглянулись, а потом дружно вперили в Павла взгляды-штыки.

— Чую влияние одного ушлого землянина, — пробормотал Эрик едва слышно. А потом как гаркнет: — Мартун, что б тебя! Самый умный, да? Где ты этого понабрался?

— В школе хорошо учился, вашличество! — подорвался со стула Пашка.

— Вас такому с детства обучают? Всех? — заинтересовался Эльзис.

— Так точно, ваше величество! Всех! — отрапортовал по-уставному Пашка. А потом как-то по-домашнему просто добавил: — У нас по обществознанию классный препод был.

В итоге стандартная клятва была переделана под нужды Алу, и апролец было вознамерился дать свои обеты, но снова влез Пашка.

— Протестую! А что получит в ответ Алу? Получается, что у него одни обязательства, а у вас одни права. Я несогласный!