Пашкины будни

— За работу я Мондаирам права на идею подарил. А тёть Оля и тёть Сима бесплатно помогали дизайн и компоновку разрабатывать. Парочка пиар-акций и Мондаиров завалят заказами. Глядишь, и по твоим умениям дело найдётся.

А потом понеслось-поехало. Комфортная одежда и подпитка консервированной силой помогли Алу почувствовать себя по-настоящему свободно. А новый друг не просто отвечал на вопросы, он с удовольствием рассказывал, не скупясь на вкусные подробности.

Пашка старался на совесть. И не только для Алу, но и для себя. Может это и не совсем честно по отношению к юному апрольцу: так его в соблазн вгонять, но Пашка хотел домой. еще он понимал, что просто бросить мальчишку уже не сможет, даже если величества его отпустят. Его же тёть Оля не бросила. Значит, нужно добиться, чтобы Алу сам изъявил желание переселиться в крепость Восточного Корпуса. Главный аргумент — с нгурулами у парнишки всё сложилось. Вот пусть и поработает учебным пособием для шипастых. Запечатление Алу не грозит — не менталист. А вот методику общения выработать можно. Уж больно Пахе запал в душу утренний аттракцион с побегушками Алу и Раша. Точнее, внезапно обнаруженная способность Раша весьма доходчиво играть интонациями своего ру-ру-канья. И способность Алу эти интонации правильно интерпретировать. Способны ли на это другие звери? Опыт подсказывал Пашке, что вполне. И наездники, увы, в разработке и тренировках этого дела бесполезны. Им ментал мешать будет, ведь и так все понятно, без дополнительных вербальных инструментов. Нужен кто-то свеженький, не обременённый привычкой к нгурульим повадкам. При этом заинтересованный и располагающий достаточным количеством времени. А времени у Алу на первых порах будет достаточно. Только бы завтра он сделал всё правильно.

На высочайшую аудиенцию собирались нервно. Ну, честно говоря, не выспались. Причём каждый по отдельности. Но обоим парням долго не спалось. Оба понимали, что завтра, вероятнее всего, будет принято судьбоносное решение. Для Пахи на ближайшее время, а для Алу, возможно, и на всю жизнь. Подчиняясь смутным надеждам, Пашка с утра упаковал все вещи, включая купленное барахло. Получилось нормально. Рюкзак, баул и тюк с сухофруктами. Вполне транспортабельно. Пашке весь этот груз не сильно в тягость, но одна рука должна быть свободна, чтобы за нгурула держаться. Поэтому и Алу придётся поднапрячься. Тючок с витаминками ему по силам.

Оказалось, что Даль уже поджидал под дверью. Он тоже был серьёзен и сдержан. И, о чудо! — не включил вельможного пана, когда Павел осторожно у него поинтересовался, не согласится ли бравый гвардеец перекинуть вещички поближе к виварию при случае, если им, гостям дворца, выйдет амнис… тьфу ты, дозволение удалиться в Восточный. Глаза Алу сами собой округлились, когда Варим безропотно согласился. И даже потренировался все вещи разом подхватывать левитацией. Получилось, и гвардеец был так собой горд, что не уловил легкой насмешки в похвалах Павла. Его бы на хутор, горделивого этого. Там парни, между прочим, маги двумя рангами ниже, левитацию и за магию не считают. Мало ли что бывает нужно. Большое бревно быстренько переместить на козлы, чтоб распилить, или звериную тушу в воздухе над ямой с пуйфинами подвесить, чтоб кровь стекала. А про стройку и речи нет.

Переход до коридора с волшебными витражами прошёл штатно. А дальше у нашего ходока допуска не было.

— Повезло тебе, — улыбнулся Пашка апрольцу. — Хотел витражи посмотреть? Лови момент! И даже солнышко, как по заказу.

Алу тут же потерялся в созерцании. Волнение было забыто. Он, как лунатик, посеменил к волшебным стеклам, протягивая руки. Пашке пришлось чуть ли не за шкиряк его оттаскивать. Величества ждут.

— А ты чего встал? — отсутствие Даля Пашка почувствовал только шагов через десять. — Догоняй скорее. Тоже ведь хотел посмотреть.

Варим даже поклонился в знак благодарности. Раз носитель нирмата приказывает, значит, и без допуска можно, коли ножками, а не через пустоту. Вдвоём они худо-бедно довели кайфующего артефактора до приёмной.

А в приёмной Павел приметил смутно знакомое лицо. С этим расфуфыренным мужиком он точно сталкивался и сталкивался неприятно.

Сухонький секретарь в почтенных летах тут же поднялся со своего места и двинулся к двери в монарший кабинет.

— Господин Алу Вакап, господин Павел Мартун. Вас приказано пропустить незамедлительно. Прошу.

— Но позвольте! Я уже почти час ожида… — дослушать вопли расфуфыренного Пашке не довелось: тяжелые створки аккуратно закрылись.

Их величества по какой-то причине опять решили поводить подданных за нос. Брательники выглядели настолько похожими, что Пашка на миг растерялся и с тревогой взглянул на Алу. Апролец тоже был не готов увидеть клонов, хотя отлично знал, что имеет дело с близнецами. Обычно с Алу работал Эрик, как наиболее мобильный и общительный субъект, но невольному затворнику было не до нюансов. Достаточно, что король про него не забывает. Точка. Двойной комплект монархов вывел беднягу из более чем шаткого равновесия, подаренного волшебными витражами.

«Вот же ж падлы коронованные, — матюгнулся про себя землянин, — Парню и так тревожно, а эти оба-два еще и на психику давят! Даже местами махнулись, каз-злы! Ну, дык мы тоже козлить умеем!».

— Здравия желаю, ваше величество Эльзис, — почтительный поклон в сторону блондина в кресле был на самую махонькую капелюшечку утрированным. — Здравия желаю, ваше величество Эрик, — мужчине за столом приветствие было отдано четко, как на плацу. Пашка ничего не напутал. Братьев вместе он видел не так часто, но отличал уверенно. Эрик был едва уловимо смуглее — летний загар, приобретённый в горах, ещё не совсем сошёл. А ещё взгляд. Эрик смотрел по-командирски привычно, как на бойца, от которого он знает, что ожидать. А Эльзис — выжидательно, как будто был уверен, что землянин сейчас отмочит какое-нибудь коленце.

— Марту-ун! — с едва заметной укоризной ответил на приветствие Эрик. Паха ответил спокойным прямым взглядом. Как царь Петя завещал.

Потом, когда Пашка будет пересказывать тёть Оле и лавэ этот мимолетный инцидент, он не сможет с уверенностью сказать, был ли в действительности этот ментальный диалог или под влиянием напряжённого момента — короли всё-таки — воображение разыгралось. Но какой-то контакт точно был и ощущался приблизительно так:

Эрик: «Зачем?»

Павел: «Было приказано позаботиться. Забочусь.».