Круиз с осложнениями

Глава 44

В фильме «Унесенные ветром» есть сцена, которую я никогда по-настоящему не понимала до этого момента. В ней разъяренную Скарлетт затаскивает наверх буйный Ретт. Затем мы видим ее на следующее утро в постели – счастливую как никогда, она напевает песенку и теребит волосы или ночную рубашку, что-то в этом роде. Я всегда гадала, что он сделал, чтобы так изменить ее настроение, каким образом обращение с ней, как с тряпичной куклой, могло успокоить ее, а не разозлить еще больше.

Когда на следующее утро после ночи, полной командования, жую полоски бекона в постели, я наконец понимаю.

Мы почти не спали, но я никогда не чувствовала себя более отдохнувшей и умиротворенной. Поздние ночные часы были потрачены на исследование новой жестокой территории, сон казался менее важным, чем погоня за следующим оргазмом. У меня всё болит, но я удовлетворена так, как никогда раньше.

— Это было впервые? — спрашиваю Маверика, когда он глотает апельсиновый сок.

Его брови поднимаются.

— Впервые…?

— Возбуждение без боли.

— Да. Но это также был мой первый раз, когда я взял на себя такую инициативу. Может, это тот контроль, который мне был нужен…

Указываю на него другой полоской бекона.

— Это именно то, о чем я думала. Какая бы у тебя ни была психологическая травма, она завязана на потребности в боли или контроле для достижения эрекции. Но эй, теперь у тебя есть варианты.

— Не когда мастурбирую. Что делать, командовать своим членом? Я и так его душу.

Чуть не выплевываю апельсиновый сок, когда вижу, насколько он серьезен.

— Ты в порядке после прошлой ночи? — спрашивает он. — Мы толком не говорили обо всем заранее, а потом оба отрубились, так что я не очень хорошо справился с последующим уходом.

Сверлю его ледяным взглядом.

— Спасибо, что спросил, но я бы предположила, что взрывные оргазмы были признаком того, что меня всё устраивает.

— Это… то, что ты хотела бы повторить?

Может ли его тревога быть еще более очаровательной?

Отодвигаю свою тарелку и подползаю ближе.

— Это то, что я очень хотела бы повторить. Может, даже прямо сейчас.

Он хватает меня за затылок и дергает за волосы.

— Ни слова больше.

Его рот перемещается на мое горло, где он покусывает чувствительную кожу. Моя киска болит, но могу посидеть на пакете со льдом позже. Мне нужно наверстать упущенное время – все эти годы, когда я отказывала себе в чудесах опытного и жесткого любовника.

Кто-то стучит в дверь, и мы смотрим друг на друга, безмолвное послание проходит между нами: пусть стучат. Тяну руку Маверика к груди, когда его рот опускается на мою ключицу.

Стук, стук, стук.

Мы тихо стонем и отдаляемся друг от друга. Пока я разглаживаю складки на ночной рубашке, он идет к дверям. Они со скрипом открываются, и в комнату влетает Ева. Не обращая ни на что внимания, она плюхается на кровать и хватает полоску бекона с моей тарелки.

— Свинина? — спрашивает она, нюхая полоску.

Я киваю, и она откусывает кусочек.

— Прости. По ошибке попробовала фирменное блюдо Шефа сегодня утром, — она морщится, затем заталкивает остаток бекона в рот. — Само собой, сейчас, блядь, умираю с голоду. Работа держит на строгой диете, так что могу есть всё, что захочу, только на этих отдыхах, а вымоченный в кислоте федеральный агент – это точно не оно.

— Он подал того парня, которого я…

Ева кивает и тянется за тостом на моей тарелке.

— Ты не против, да?

Я правда не против, поэтому двигаю тарелку ближе к ней.

— Угощайся.

Она хватает маленькую баночку с джемом и щедро намазывает его на тост.

— И да, шеф-повар Морис подал парня, которого ты убила, на завтрак. Когда мы спросили, безопасно ли вообще есть мясо, которое отмокало в гребаной серной кислоте, он заверил нас, что его хорошо промыли.

— Я бы тоже не рискнул, — говорит Маверик.

Ева оглядывается.

— У вас, ребята, есть бутылка Bollinger? Я хочу сделать мимозу.

— Тебе не нужен наш Bollinger, — говорю я, обмениваясь взглядом с Мавериком. — Он отравлен.

— Черт, если вы тут занимались грязными делишками с бутылкой винтажного, вы слишком много времени проводите с Беннетом. Еду нужно есть, а не трахать.

— Мы точно не трахали его, — бормочет Маверик.

Я объясняю, что случилось прошлой ночью с Эмбер и Айс Пиком.

— Черт, мне жаль Айса, — Ева хватает салфетку и вытирает с пальцев джем и крошки тоста. — Идете на сегодняшнее мероприятие? Я, собственно, за этим и зашла, хотя еще и разграбила вашу кладовку.

— Что за мероприятие? — спрашиваю, внутри пульсирует волнение. У меня осталось всего несколько дней, чтобы исследовать эту новую, убийственную сторону себя, и я хочу использовать время по максимуму.

Рука Маверика ложится мне на плечо, легонько сжимая.

— Разве ты не говорила, что хочешь сегодня остаться в комнате?

Ева фыркает и встает.

— Можешь отодрать ее позже, влюбленный мальчик. Джим организовал пляжную эстафету, и на этот раз ты не запоришь женскую команду своим присутствием. Кэт и Кендра уже спланировали наряды, и я их одобрила, — она смотрит мне в глаза. — Готова надрать задницы, милая?

— Всегда готова, — усмехаюсь Маверику, но он выглядит не очень воодушевленным. Снова поворачиваюсь к Еве. — Я буду. Просто скажи, где и когда.

Она смотрит на часы над дверью ванной.

— Мы должны быть на палубе через час, так что чем скорее ты доберешься до комнаты Кендры, тем лучше. Маверику нужно идти в комнату Кэт, чтобы встретиться с…

— Я не иду.

Ева и я поворачиваемся к нему, обе в шоке.

— Какого хрена ты имеешь в виду? Да, ты идешь, — Ева скрещивает руки на груди и выставляет бедро вперед. — Я, Кендра, Кэт и Фрэнки. Эйвен, Эзра, Беннет и ты. Так это работает, и у тебя нет выбора.

Кладу руку на плечо Евы.

— Дай мне минуту поговорить с ним. Скоро встретимся у Кендры.

С раздраженным вздохом Ева соглашается и называет мне номер каюты Кендры. Я провожаю ее до двери, затем возвращаюсь к Маверику. Он сидит на краю кровати и крутит между пальцами клочок разорванной салфетки. Я сажусь рядом и кладу руку ему на колено.

— Эй, что тебя гложет? — спрашиваю я.

Он качает головой и продолжает крутить салфетку.

— Поговори со мной. Я не смогу тебе помочь, если не скажешь, в чем дело.

Со вздохом он наконец смотрит на меня.