Круиз с осложнениями

— Похоже, эти солдаты дорого заплатили за то, что встали на пути зла. Пусть это послужит вам уроком. Когда связываетесь с Черной Бородой, очень близко знакомитесь с морской пучиной. Пожалуйста, наслаждайтесь следующим блюдом – отбивной из говядины с гарниром из картофельного пюре в форме солдатиков.

Поворачиваюсь к Маверику.

— Отбивные… как «пройти по доске»

56

? Что, блядь, нам теперь делать?

Маверик оглядывается, такой же любопытный, как и я, хотя по совсем другой причине. Вижу волнение в его глазах. У всех, вообще-то. Они буквально пенятся от нетерпения узнать, что будет дальше.

Джим подзывает нас ближе, пока команда начинает устанавливать настоящие, блядь, доски за борт. Четыре штуки, если быть точным. И снова, это то, что можно пережить, так что не уверена, какой злобный твист Джим припас в рукаве.

И не хочу этого узнавать.

Прежде чем все остальные успевают подойти к нему, спешу к Джиму первой.

— Эй, мне очень нужно в туалет, если понимаете, о чем я. Обед не очень хорошо устроился в желудке.

— Мы не можем остановить шоу сейчас, — хнычет Джим. — А как же гости? Они будут так разочарованы, если устроим антракт, и их следующее блюдо может остыть.

Он что, блядь, надулся?

Неважно. Мне нужно выкрутиться.

— Да, понимаю, что нужно продолжать. Вернусь до следующей игры, — поднимаю два пальца. — Честное скаутское.

Ему не нужно знать, что два других пальца у меня скрещены за спиной. В конце концов, диарея может быть очень непредсказуемой, особенно когда она фальшивая.

Джим вздыхает и сжимает кулаки по бокам.

— Если так нужно, но, пожалуйста, вернитесь к финальной игре. Мне бы не хотелось, чтобы Вы пропустили особого гостя.

— И в мыслях не было, — говорю с подмигиванием.

Джим кричит что-то мне в спину о том, чтобы держаться подальше от брига, но он может не волноваться. У меня нет ни малейшего желания приближаться к преступникам.

Спешу к лестнице, прежде чем Маверик поймет, что происходит. Если он последует за мной, Джим непременно остановит игры до моего возвращения. Могу только надеяться, что Маверик не заметил, как я улизнула в суматохе.

Тени сгущаются ниже палубы. Стеклянные фонари вдоль стены – единственный источник света, пока спешу по длинному коридору к туалету в конце. Кто бы его ни проектировал, сделал всё возможное, чтобы комната выглядела так, будто принадлежит к той же эпохе, что и корабль, поэтому благодарна, когда унитаз смывает после того, как я захожу в маленькое помещение и дергаю за ручку. Не то чтобы мне действительно нужно было им воспользоваться. Закрываю крышку и сажусь.

Почти мгновенно дверь распахивается, и внутрь пятится мужчина, совершенно не подозревая о моем присутствии. Страх быстро сменяется облегчением, когда я понимаю, что могу одолеть мужчину одним мизинцем. Он довольно низкий.

Прочищаю горло, и он резко оборачивается с широко раскрытыми, выпученными глазами. Требуется секунда, чтобы понять, что его внешность – не следствие шока. Он просто так выглядит.

— О, прошу прощения, — говорит он, спеша отвести взгляд. — Не знал, что эта занята. Эм… вы не могли бы дать мне секунду?

Встаю и разглаживаю перед корсета.

— Можете повернуться. Я не пользовалась удобствами, просто… отдыхала.

— Я прячусь, но, пожалуйста, не говорите Джиму.

Смотрю на его запястье, где оранжевый браслет обхватывает кожу.

Он протягивает руку.

— Я Гэри, кстати. Некоторые парни привезли меня на остров по ошибке, так что теперь Джим позволяет мне работать на него. Если он узнает, что я пробрался на борт… — он смотрит в сторону и качает головой, и его улыбка наконец исчезает. — Я благодарен Джиму. Мы много путешествуем, и у меня есть еда и кровать. Пока не попадаюсь на глаза шеф-повару Морису, всё отлично. Меня не должно было быть сегодня на пиратском корабле, но команда была неполной из-за морской болезни, так что я вызвался добровольцем. Если бы Джим узнал, он бы расстроился.

— Обычно он не назначает вас на игры?

Гэри энергично качает головой, так что его щеки трясутся.

— Нет уж, ни за что. Он знает, что я не люблю… тела. Он также не хочет, чтобы меня видели те парни. Это наш маленький секрет, — его нижняя губа дрожит, а глаза выпячиваются еще немного. — Когда Джим нашел меня в подвальных ловушках, плачущего в углу и умоляющего пощадить, он спас меня, но заставил пообещать, что я никогда не буду рядом с парнями, которые привезли меня сюда. Они не могут меня видеть.

Я мягко улыбаюсь ему.

— Почему бы Вам не пересидеть в остаток плавания здесь? Это будет наш маленький секрет.

— Вы серьезно? — его лицо светлеет, и улыбка возвращается. — Боже, Вы такая добрая, — он облизывает губы и оглядывается, будто кто-то может его услышать. Между тем мы в комнате три на шесть футов, совершенно одни. — Я тоже сделаю для вас кое-что хорошее. Помните тех федералов, которых вы, ребята, выслеживаете?

Мое сердце замирает в груди, и я понимаю, что именно он скажет, прежде чем слова вырываются из его рта.

— Двое Скотов на корабле – федералы, сами в этом признались. Они расскажут всем, кто готов слушать, если честно. Еще они говорили кое-что другое. Кое-что настолько ужасное, что Джим заставил нас сменить одному из них браслет, когда подтвердились обвинения, — Гэри качает головой. — Красный – самый худший. Такое дерьмо, что он делал с женщинами, просто отвратительно. Рад, что вы, ребята, сегодня убьете его. Больше не могу слушать эти истории.

Двигаюсь к двери, холодный пот покрывает ладони.

— Спасибо за это, Гэри. Я учту.

— Всегда пожалуйста. Но Вы никому не скажете, что видели меня здесь, правда? — он смотрит себе под ноги. — Наверное, не стоит ничего говорить и тем парням. Это была глупая идея – прийти на корабль.

— Честное скаутское, — говорю я, и на этот раз не скрещиваю пальцы. Не знаю, о каких парнях он говорит, так что это достаточно легко выполнимое обещание.

Закрываю дверь, выходя в коридор, и замок защелкивается за спиной. Не планировала наведываться в бриг, пока была здесь, но иногда планы меняются. Заметив табличку с надписью «камеры», направляюсь в темный коридор – к правде.