Страница 52 из 113
— Потому что ты больше нравишься мне, когда плохая, — наклоняюсь и целую ее, и эрекция начинает угасать. Может, так даже лучше, думаю я, когда она отстраняется, но затем ее зубы вонзаются в мою нижнюю губу.
Мгновенно твердею и дергаюсь вперед, толкаясь в киску. Фрэнки открывает рот, чтобы закричать, когда я вхожу в нее, – никогда не чувствовал себя больше похожим на зверя в течке. Воспринял укус как приглашение, но, может, это было не оно? Судя по тому, как Фрэнки смотрит на меня, возможно, я ошибся.
— Блядь, — шепчет она. — Кажется, я никогда не была так наполнена. Будь со мной помягче.
— Красавица, сделаю всё, что ты скажешь. Если хочешь нежно, я буду нежным.
Медленно двигаюсь вперед, входя глубже, затем снова выходя. Фрэнки дышит со мной в такт, вздыхая немного громче с каждым толчком, пока ее глаза закрываются. Грудь поднимается и опускается, губы приоткрываются, когда она теряет себя в ощущении.
— Можно войти немного глубже? — спрашиваю я, и она кивает. Темные волосы падают на щеку, когда она всхлипывает, и я наклоняюсь и убираю их, сохраняя этот медленный, глубокий ритм. — Я хочу видеть тебя. Такая красивая, такая желанная. Когда ты кончишь, хочу видеть, как теряешь контроль.
Она стонет и теперь двигается в такт со мной. Руки Фрэнки перемещаются к груди, где она сжимает холмики и пощипывает соски пальцами. Наблюдение за тем, как она играет с грудью, заставляет хотеть пососать их. Кусать.
— Я хочу, чтобы ты оседлала меня, — говорю я, выходя из нее. — Используй меня, пока не кончишь.
Мы меняемся позициями, и она садится сверху. Прежде чем она впускает меня внутрь, притягиваю ее вниз, чтобы кусать грудь. Пока я добровольно задыхаюсь, она трется своим лобком о член до боли, – абсолютное совершенство. Каждый стон, выскальзывающий из нее, понемногу истощает мое терпение, и когда Фрэнки наконец впускает меня внутрь, я почти кончаю.
Не так всё должно происходить, начинаю внутренне паниковать. Сначала она заставила меня кончить в штаны, а теперь собираюсь кончить раньше, чем она успеет получить свое. Этому не бывать.
Но, блядь, Фрэнки ускоряется. Ее руки упираются мне в грудь, и она трется, принимая меня полностью. С долгим, низким стоном она запрокидывает голову. Гребаная богиня.
— Блядь, кажется, я действительно могу кончить, — говорит она, киска сжимается вокруг члена. — Я так близко… так…
Мои руки взлетают к ее бедрам, удерживая ее на месте, пока киска создает ожог трением о мой таз. Скорость, с которой она движется, голод, пронизывающий каждый вздох, говорят, что она хочет этот оргазм больше, чем получить гребанное повышение в своем отделе, и это очень опасное знание.
Потому что, когда она стонет, трясется и взрывается на моем члене, Фрэнки теряет часть себя. И когда я изливаюсь внутри нее, тоже лишаюсь части своей души.