Страница 30 из 113
— Ты забыл выключить свет, — она широко зевает и быстро прикрывает рот рукой. — Не могу спать, если есть хоть какой-то свет. Когда усну, делай, что хочешь, не пошевелюсь, но заснуть для меня сложно.
На прошлой неделе я смеялся над Эзрой за то, что он подал Кендре пульт, хотя она была ближе, а теперь встаю и иду к выключателю в паре метров от стороны кровати Фрэнки даже не споря. Может, наши предки были не так уж неправы насчет ведьм, потому что определенно чувствую, что нахожусь под действием чар.
На обратном пути на свою сторону матраса мизинец сталкивается с одной из металлических ножек кровати. Боль пронзает голень, и я не уверен, что ноготь всё еще на месте. Крошечный палец болит до онемения.
Сжимаю зубы, и глаза наполняются слезами. Женщина в кровати, наверное, уже и так невысокого мнения обо мне, учитывая, что я намного моложе ее. И не забывайте тот факт, что я серийный убийца. Если начну плакать из-за ушибленного пальца, она примет меня за ребенка.
Рот открывается в беззвучном крике, когда сжимаю лодыжку и опираюсь на спинку кровати. Если голос не подведет, она никогда не узнает, что я тут сражаюсь не на жизнь, а на смерть. В полной темноте комнаты.
— Всё в порядке? — спрашивает она.
Задерживаю дыхание, считаю до трех и умоляю свои голосовые связки не подвести.
— Ага, просто ищу кровать, — голос срывается на последнем слове. Зажмуриваюсь и снова беззвучно кричу, прежде чем похлопать по матрасу и сказать: — Нашел.
Ковыляю остаток пути, используя кровать как опору, затем забираюсь под покрывало. Проходит несколько минут молчания, пока Фрэнки ворочается. Наконец она успокаивается, и я начинаю проваливаться в сон.
— Можешь нажать на кнопку на бачке? — ее голос разрезает темноту, и мои глаза распахиваются. — Унитаз течет, только его и слышу.
— Знаешь, если уснешь, не придется его слышать.
— Пожалуйста?
Со вздохом снова встаю с кровати. На этот раз осторожно использую матрас как ориентир и добираюсь до ванной без происшествий. Нажав на кнопку, наконец заставляю унитаз замолчать и возвращаюсь к кровати. К сожалению, на обратном пути забываю нащупывать дорогу, большой палец сталкивается с углом стены.
Стискиваю зубы и задерживаю дыхание, чтобы не закричать. Опершись о стену, молча страдаю, пока палец пульсирует в такт сердцебиению.
— Возможно, тебе стоит всегда носить обувь, — говорит Фрэнки. — Никогда не встречала человека, который ушибал бы палец дважды за день, не говоря уже о двух разах за десять минут.
Окутанный мантией смущения и ругаясь под нос, ковыляю обратно к кровати. Поскольку она правительственный агент, я не настолько глуп, чтобы пытаться произвести впечатление и заставить полюбить меня, но если бы мог хотя бы не выглядеть неуклюжим дошкольником до конца круиза, было бы отлично.
Как только оказываюсь под покрывалом, Фрэнки снова начинает свой ритуал ворочания. Теперь, когда заставил замолчать шумный унитаз, могу только надеяться, что она уснет. Когда через десять минут меня награждают тихим храпом, улыбаюсь про себя и закрываю глаза, радуясь, что могу наконец оставить этот день позади. Завтра… Ну, завтра всё решится само собой.