Страница 18 из 30
Джайя наблюдала как дракон сел на колени и раздвинул ее обнаженные бедра. Его запах, похожий на аромат сочных сосен и свежий воздух после снежной бури, наполнил ее легкие. Она никогда не ощущала такого притягательного запаха, и ей захотелось наклониться, чтобы провести кончиком носа по каждому дюйму его чешуи и насладиться им.
Урчание в его груди усилилось, когда он провел тыльной стороной когтя по ее щели.
–
Кришфа!
– простонала она, выгнув спину и двигая бедрами в его сторону. – Сделай это снова…
Может быть, это было из-за тоски в ее голосе или из-за того, как ее бедра расширились для него, но он наконец ответил на ее мольбу. Он сделал это снова.
Прохладная, блестящая текстура его когтя скользнула по ее клитору, и Джайя подумала, что она может взорваться. Этот узелок нервов
никогда не
был затронут другим существом – никогда не был
виден
другим.
Бэннинг был первым.
Она приподняла бедра, приглашая его войти. Ей нужно было почувствовать его чешуйки на своей обнаженной коже, потереться ими о свою чувствительную плоть, испытать с ним то, чего у нее никогда не было ни с кем другим.
Для ее народа поиск партнера для удовольствия не был чем-то новым, но Джайя никогда не испытывала подобного желания.
До сих пор нет.
Если это желание хоть немного напоминало то, что заставляло других спать вместе, она наконец поняла.
Ее взгляд упал на его торчащий член, набухший по всей длине, с кончика которого стекала прозрачная жидкость, отражаясь в свете костра. Будет ли ему так же приятно, как ей от его ласк?
Он зашипел, когда она его раньше коснулась. Зашипит ли он сейчас?
Джая наклонилась, и из гнезда посыпались листья, которые царапали ее чувствительную кожу, но ей было все равно. С этим человеком-драконом она открывала для себя что-то новое.
Ее ладонь легла на его крепкую, мускулистую грудь, скользнула по гладкой, теплой чешуе, по твердому, бугристому животу. Ее рука двинулась еще ниже. Его пристальный взгляд задержался на ее руке, словно ему было любопытно, где закончится это путешествие. Может быть, жаждет?
Под его пупком, в небольшом углублении, где у человека был бы пупок, темнела тонкая полоска чешуи – дорожка, ведущая прямо к его члену. Кончик ее пальца проследовал за ней, медленно скользя по всей длине, по каждому бугорку и мягкой выпуклости.
«Бум, бум, бум…»
Губы Бэннинга приоткрылись, обнажив острые зубы, дыхание стало поверхностным, а зрачки расширились, пока не осталось только тонкое ледяное кольцо по краям. Изо рта вырывались струйки морозного воздуха, быстро рассеиваясь в тепле пещеры.
Его член был горячим на ощупь, и когда ее пальцы обхватили его, она почувствовала, как он
пульсирует
.
Словно непроизвольно, его бедра качнулись, вталкивая свой член в ее кулак.
Кришфа,
ей это понравилось. Ей это очень понравилось.
Большой палец проскользил по его маленькому отверстию, скользя по скользкой жидкости, она провела кулаком по нему. В мгновение ока рука Бэннинга сжала ее затылок, потянув за волосы и заставив ее голову откинуться назад.
Лицо Бэннинга было всего в нескольких дюймах от ее лица, его дикий взгляд пронзил ее прямо перед тем, как его губы коснулись ее губ.
Стон вырвался из нее, пальцы ног сжались от того, как собственнически он держал ее. Безвольная, он мог делать с ней все, что хотел, крутить и подчинять своей воле.
Так же внезапно он толкнул ее обратно в гнездо, выбив из нее дух. Шок пронзил ее, но быстро сменился необузданным желанием. Бэннинг навис над ней, исследуя ее тело, пробуя его на вкус своим раздвоенным языком.
Он нашел пульс на ее шее, пик каждой груди – обхватив и сжав руками. Джайя почувствовала, как ее бедра напряглись, когда она наблюдала – и чувствовала – Бэннинг сосал каждый сосок и дергал их, проницательные глаза следили за каждой ее реакцией.
– Еще, – взмолилась она.
Ее пальцы погрузились в его волосы, сжимая и направляя его рот обратно к соску. Со стоном он обхватил его своими полными, готовыми к поцелуям губами и посасывал до тех пор, пока не стало почти больно.
Она наслаждалась этим ощущением. Смаковала его. Знала, что приятное прикосновение его языка еще впереди, и когда это произошло, Джайя задрожала от абсолютного наслаждения.
Ее лоно сжалось, требуя удовлетворения. Это было желание, которое она могла понять, но никогда не испытывала, и когда Бэннинг спустился ниже, к ее животу, целуя и пробуя на вкус ее кожу, давление только усилилось.
Он шел в неправильном направлении.
Она хотела, чтобы он был здесь, лицом к лицу, чтобы он мог овладеть ею, как это делали звери в природе, – вот чего она хотела. Чтобы он довел ее до самозабвения...
Язык ласкал клитор.
Джайя задохнулась, ее бедра сомкнулись вокруг головы Бэннинга.
– О, Приора, – простонала она, ее шок пронзил ее. – Ч-что ты
делаешь
?!
Бэннинг схватил ее за колени и раздвинул ее ноги, глаза уставились на ее холмик и поднялись. Их взгляды встретились, и снова принялся ласкать ее клитор.
«Кришфа, Кришфа, Кришфа!»
Она действительно может умереть.
Дракон не пронзит ее когтями и не раздавит ей горло голыми руками – он убьет ее своим порочным языком.
К тому времени, как он проделал это в третий, четвертый раз, она уже сомневалась, стоит ли это делать. Но когда его губы сомкнулись на чувствительном бугорке и
пососали
, Джайя была уверена в одном – Бэннинг мог бы убить ее вот так, и она бы умерла,
Кришфа,
счастливой.
Она хотела большего. Посасывания и облизывания –
всего
!
Ее бедра дернулись, пальцы зарылись в его волосы, когда она сильнее прижалась к его рту. Бэннинг застонал, прижавшись носом к ее холмику
, пировал
. Его язык был повсюду, проникая в ее лоно и лаская его только для того, чтобы вернуться к клитору и подразнить его.
Кто лепетал бессвязную чушь и возносил молитвы богам?
«Я?»
«Да, это я. Похоже на меня. Это мой голос».
«Кришфа!»
Ей было все равно.
Джайя замотала головой, листья зашуршали под ней, и ее рот открылся, когда она закричала, чтобы Бэннинг никогда не останавливался. Она могла бы совершить убийство, если бы он это сделал.
–
Так близко-близко-близко
, – пробормотала она, выгибая спину, ее бедра задрожали, пальцы на ногах напряглись, а оргазм приблизился...
Она закричала от счастья.
– Бэннинг!