Постучи в семь дверей

ГЛАВА 49. Беспокойство

Я думала, что теперь, когда отгремел праздник, мы вернёмся в наше тихое спокойное поместье. Тем более, что и роль наживки уже отыграна, ридосцы пойманы, и причин оставаться в шумном городе нет. Но ошиблась. На мой вопрос о том, не пора ли собирать вещи, Ральф, слегка смущаясь, ответил:

– Нам придётся ещё задержаться. В последние годы я немного запустил дела графства. Мадик, конечно, хороший управляющий, но есть вещи, которые ему не по статусу. Я всё откладывал, и они накопились. Этот ком теперь так быстро не распутать. Потерпишь ещё неделю, другую? И Авет за это время как раз вернётся. С ним как-то спокойнее.

Он смотрел так нежно и немного виновато, что желания возражать не было. Да и как тут возражать? Про обязанности хозяев перед своими землями и людьми, мне ещё Пола начинала объяснять, потом барон Гартис продолжил. Он, вообще-то, говорил о долге землевладельца и аристократа не мне, а сыну и наследнику, но его наставления Дикки и до меня долетали. А Ральф, как я уже давно поняла, очень ответственный. И то, что муж какое-то время “пренебрегал своим долгом” говорит о том, в каком раздрае он пребывал.

Так что возвращение его интереса к своим обязанностям графа было хорошим признаком. Муж выздоравливал. Благодаря нашему браку. До меня доносились разговоры об этом от обитателей замка, знавших Ральфа куда дольше, чем я. Правда, некоторые не только радовались, но и тревожились.

– А мне страшно, – подслушала однажды я разговор Верики Мадик и моей компаньонки. – Предыдущую жену он едва терпел, и то после её смерти его год никто не видел. Муж опасался, что граф что-нибудь с собой сделает. А если с Мари-Валери что-то случится, то даже не знаю, что станет с графом.

– Я бы не стала так волноваться., – отвечала ей Рута Даррис. – Ему сам король в брачном контракте прописал, чтобы о детях ближайшие два года даже не думал. А там граф и сам не захочет женой рисковать. Так что проклятие её милости не грозит, а остальное в руках божьих.

– Не иметь своих детей – это так грустно, – вздохнула Верика, счастливая мать четверых детей.

– Не знаю! Немало пар живут без них вполне счастливо, – пожала плечами Рута. – Иногда смотришь со стороны и видишь, что от иных наследников у родителей только проблемы множатся.

Бездетная вдова Рута Даррис говорила это с изрядной убежденностью. А я не знала, что думать. В своей прошлой жизни я как-то примирилась с мыслью о бездетности. Но сейчас, когда, со слов целителей, моё здоровье выправилось, и появилась надежда, отказываться от мечты о собственном ребёнке оказалось непросто. Хотелось проверить – могу или нет. Очень хотелось. И если бы здесь контрацепцией не занимались мужчины, то я бы, наверно, не удержалась – рискнула бы. А так пришлось постараться выкинуть эти мысли из головы.

К счастью, до возвращения Авета здесь оставался Берт Брандис, а, значит, и его жена – Мелиса. С ней было весело. И я бы считала это время счастливым, если бы не странное беспокойство, настигавшее меня после заката солнца, и сны, в которых ко мне приходила молчаливая Изар.

Вначале я пыталась не придавать значения снам и холодку беспокойства, что иногда внезапно охватывал меня, пока не вспомнила, как уже испытывала похожие ощущения. Когда в Обители встречалась с призраком. Тогда всё было острее благодаря браслету, подаренному Пруденс Аритас. Сейчас же ощущения были слабы, так что я сомневалась - не выдумываю ли это сходство.

– Хлоя, ты не могла бы узнать, где похоронена первая жена Ральфа?

Я попросила об этом служанку, так как не хотела показывать здешним дамам свой интерес. Всё же я не так хорошо их знала, и давать им новый повод для разговоров не хотелось. Хлоя же со мной почти с первых дней появления в этом мире и понимает, как немногие.

– Графиня Изар похоронена в семейном склепе рода Лартис.

– А где склеп? Далеко отсюда?

– Нет, совсем рядом. Кладбище со склепом примыкает с внешней стороны к замковой стене, – подтвердила мои подозрения Хлоя.

Раз Изар похоронена неподалёку, то может быть мне вовсе не чудится, и её беспокойная душа наблюдает за мной. Всё же в последнее время её имя звучало в замке и городе часто, и кто знает, возможно, пробудили дух покойной графини.

Вот только мой дар не давал мне возможности общаться с духами без помощи артефактов. До сих пор спиритизм меня не волновал, потому я не знала, что может помочь в этом кроме браслета, связанного Пруденс. Пусть случайно, но я его уже один раз использовала и знала, что он мне точно не навредил. И пользоваться им просто. Надел на руку – и всё!

Я не помнила, куда делся тогда коварный подарок, и, не особо надеясь, всё же спросила Хлою:

– Тебе не попадался среди моих вещей браслет, связанный Пруденс Аритас?

– Нет, госпожа, – но, увидев моё огорчение, Хлоя после паузы продолжила. – Но у меня есть несколько её браслетов. Помните, мы вязали их для Обители-на-Карати? Те, что вязала Пруденс, велено было продавать только тёмным магам, так что их все не раскупили. И я попросила у настоятельницы несколько штук как часть платы за службу.

– Они у тебя с собой? – не могла поверить в удачу я.

– Да.

– Принесёшь мне один?

– Конечно. Но что вы задумали?

– Хочу попробовать поговорить с призраком проклявшей мужза Изар. Вдруг да получится.

– Я принесу браслет, но на вашем месте, госпожа, не особо надеялась. Здешние горничные рассказывали, что когда поняли про проклятие, король лично присылал сюда тёмных магов, чтобы они призвали прошлую графиню и узнали у неё как от него избавиться.

– И что? – я замерла.

– Ничего! Они не смогли вызвать дух Изар. А это были сильные некроманты.

– Я же вообще не некромант, – произнесла я вслух то, на что Хлоя намекала. – Ну и что. Попытка не пытка! Я ничего не теряю, если попробую. Если ничего не получится, то буду знать, что мои тревоги – пустое.

– Что же, вам виднее, госпожа. Только будьте осторожнее.

Видя мою решимость, Хлоя не стала меня отговаривать и принесла браслет из своих запасов. Когда я его надела, то не заметила никакой разницы. Моё беспокойство не стало острее и того давящего взгляда, что преследовал меня в Обители, я не почувствовала.

Хлоя, внимательно за мной наблюдавшая, видно заметила разочарование на моём лице.

– Что-то не так?

– Я ничего не чувствую! Вдруг браслет уже не действует?

Её взгляд ясно выразил облегчение, но вслух она сказала другое:

– Как я помню, в Обители вы тоже не сразу увидели призрака.

– Да, но беспокойство почувствовала сразу.