Кровная Месть. И капля любви.

– В от­ли­чие от Пла­то­но­ва я на де­ле го­тов до­ка­зать свою пра­во­ту, – ре­ши­тель­но вско­чил на но­ги и ма­ши­наль­но по­тя­нул де­вуш­ку на се­бя, обес­си­лен­ная Алёна по­шат­ну­лась и бу­к­валь­но упа­ла в мои объ­я­тия.

На миг ме­ня ох­ва­ти­ла не­ве­ро­ят­ная неж­ность, за­хо­те­лось за­крыть без­за­щит­ную ма­лыш­ку от вра­ж­деб­но­го ми­ра, спря­тать, как са­мое на­стоя­щее со­кро­ви­ще. Но это­го сде­лать не мог. Всей мо­ей си­лы и вла­сти не хва­тит, что­бы убе­речь её тре­пет­ное серд­це. Мир слиш­ком жес­ток. И Алёне при­дётся это при­знать, что­бы жить даль­ше.

– Пла­то­нов убил тво­их ро­ди­те­лей.

На се­кун­ду она за­сты­ла, а по­сле, от­стра­нив­шись от ме­ня, по­бре­ла на­зад, не от­во­дя от ме­ня оше­ломлённый взгляд.

– Ты су­ма­сшед­ший че­ло­век. Твоё ме­сто во­все не в тюрь­ме, а в су­ма­сшед­шем до­ме.

***

По­сле то­го, как ис­те­ри­ка Алёны про­шла, от­вёз её к Мар­ку Ми­хай­ло­ви­чу – че­ло­ве­ку серь­ёзно­му, ему не по­ве­рить не­воз­мож­но.

Удив­лял­ся се­бе. Ис­крен­не по­ра­жал­ся. Сам не по­ни­мал, по­че­му про­яв­ляю к этой де­воч­ке столь­ко вни­ма­ния? От­ку­да эта не­свой­ст­вен­ная мне за­бо­та?

В глу­би­не ду­ше знал от­вет, но бо­ял­ся при­знать­ся са­мо­му се­бе. Раз­ру­шить соз­дан­ные мной сте­рео­ти­пы. Нет ни­ка­кой люб­ви. Вер­нее, есть. Моя лю­бовь к сы­ну, ис­крен­няя и не­по­ко­ле­би­мая. Но Мат­вей – это со­вер­шен­но дру­гое. Он моя плоть и кровь. На­след­ник. А Алёна лишь ма­лень­кая, не­смышлёная дев­чон­ка. Сна­ча­ла эта ма­лыш­ка про­бу­ж­да­ла во мне азарт, сек­су­аль­ный ин­те­рес, но те­перь осоз­наю, что она ста­ла для ме­ня го­раз­до бли­же, чем мог се­бе по­зво­лить.

Ря­дом с ней те­рял бди­тель­ность. Ста­но­вил­ся бо­лее мяг­ким, сги­бае­мым, неж­ным.

Чёрт! Столь­ко лет по­дав­лял в се­бе эти чув­ст­ва, ко­то­рые счи­тал уни­зи­тель­ной сла­бо­стью, а вот те­перь ни­как не мо­гу их за­глу­шить.

– Про­хо­ди, – рас­пах­нул де­ре­вян­ную, крас­ную дверь, за ко­то­рой нас уже ожи­дал вы­со­ко­по­став­лен­ный чи­нов­ник. – Да­вай. Иди. Ес­ли, ко­неч­но, не бо­ишь­ся.

По­ни­мал, что Алёне го­раз­до про­ще не­на­ви­деть ме­ня, ви­нить во всех бе­дах и ку­да слож­нее по­смот­реть прав­де в гла­за и при­нять тот факт, что че­ло­век, ко­то­ро­му она без­гра­нич­но ве­ри­ла со­вер­шил са­мое страш­ное зло­дея­ние.

Всю до­ро­гу, по­ка мы еха­ли, де­вуш­ка, ко­то­рую обыч­но не­воз­мож­но ос­та­но­вить, без умол­ку бол­та­ет, мол­ча­ла. Что тво­ри­лось в её го­ло­ве слож­но бы­ло до­га­дать­ся. Хо­тя ко­го я об­ма­ны­ваю. Знал. Слиш­ком хо­ро­шо знал…

Она мне всё пря­мо ска­за­ла. Я для не­ё чу­до­ви­ще. И это­го уже ни­че­го не из­ме­нит. По­ни­мал, что да­же по­сле то­го, как Алёна уз­на­ет прав­ду, про­пасть ме­ж­ду на­ми не умень­шит­ся, а уве­ли­чит­ся.

– За­чем мы сю­да прие­ха­ли? – Впер­вые за дол­гое вре­мя вы­мол­ви­ла она роб­кий во­прос, оза­да­чен­но на­блю­дая за су­ро­вым муж­чи­ной в стро­гом кос­тю­ме.

Вер­тин­ский рас­по­ла­гал­ся в цен­тре ка­би­не­та и ожи­дал нас.

– За­хо­ди. Сей­час всё уз­на­ешь.

Алёна за­меш­ка­лась. Слег­ка под­толк­нул её вперёд, при­во­дя в со­стоя­ние дви­же­ния.

– До­б­рый день, – по­при­вет­ст­во­вал нас муж­чи­на и, сде­лав не­сколь­ко ша­гов вперёд на­встре­чу, дру­же­люб­но по­жал мою ру­ку. – Про­шу, гра­ж­да­не. При­са­жи­вай­тесь.

Марк Ми­хай­ло­вич га­лант­но по­до­ж­дал по­ка рас­те­рян­ная Алёна ся­дет на­про­тив его сто­ла, а за­тем, поч­ти од­но­вре­мен­но со мной, рас­по­ло­жил­ся на своём крес­ле.

Алёна пыт­ли­во всмат­ри­ва­лась в ли­цо Вер­тин­ско­го, от­ча­ян­но пы­та­ясь вспом­нить, где она его уже ви­де­ла.

– Что-то не так, ми­лая де­вуш­ка? – С мяг­кой иро­ни­ей про­го­во­рил он, не от­ры­вая взо­ра от де­вуш­ки.

Алёна роб­ко кив­ну­ла, нерв­но уб­рав ло­кон во­лос за ухо.

– Не знаю. Мне ка­жет­ся, что ва­ше ли­цо мне зна­ко­мо. Но ни­как не мо­гу вспом­нить где и ко­гда.

Вер­тин­ский по­ко­сив­шись на ме­ня, ус­мех­нул­ся. А по­сле пе­ре­ве­дя гла­за на де­вуш­ку, спо­кой­но кон­ста­ти­ро­вал, – я учил­ся вме­сте с ва­шей ма­мой. Ла­ри­ной Ла­ри­сой. Мы да­же ка­кое-то вре­мя слу­жи­ли с ней. При­хо­дил к вам до­мой, – он де­мон­ст­ра­тив­но при­под­нял ру­ку, – ко­гда те­бе бы­ло лет пять, мо­жет, шесть. Ты бы­ла та­кой ми­лень­кой, кра­си­вой де­воч­кой. Ну а те­перь на­стоя­щая кра­са­ви­ца. Так вы­рос­ла. И очень по­хо­жа на ма­му.

Крас­ка сму­ще­ния на­кры­ла Алёну, ей бы­ло при­ят­но срав­не­ние с ма­те­рью, но не­до­ве­рие ви­та­ло в воз­ду­хе.

– Воз­мож­но. До­пус­тим, – су­хо кон­ста­ти­ро­ва­ла она. – И что даль­ше? За­чем я сю­да прие­ха­ла.

Марк Ми­хай­ло­вич не­мно­го на­хму­рил­ся, па­ру скла­до­чек об­ра­зо­ва­лись на его лбу.

– Алёна, наш раз­го­вор бу­дет труд­ным. До­воль­но слож­ным. И речь пой­дёт о тво­их ро­ди­те­лях.

Де­вуш­ка при­глушённо ус­мех­ну­лась, по­ка­зы­вая, что со­вер­шен­но не до­ве­ря­ет ма­ло­зна­ко­мо­му че­ло­ве­ку из сво­его про­шло­го…

Со­мне­ния грыз­ли её из­нут­ри, но она со­вер­шен­но не по­да­ва­ла ви­ду. Дер­жа­лась уве­рен­но и сдер­жан­но. Не кри­ча­ла. Не ис­те­ри­ла. Уп­ря­мо жда­ла от­ве­тов на мно­го­чис­лен­ные во­про­сы.

– И что же вы мне рас­ска­же­те о мо­их ро­ди­те­лях?

– Мно­го че­го, – про­го­во­рил Марк Ми­хай­ло­вич, не­спеш­но на­це­п­ляя на нос оч­ки, ко­то­рые при­да­ва­ли ему бо­лее серь­ёзный, пре­зен­та­бель­ный вид. – И нач­ну с са­мо­го на­ча­ла.

Алёна на­пря­глась.

– Нет, – не сдер­жав­шись, при­крик­ну­ла она и, вско­чив со сту­ла, яро­ст­но по­смот­ре­ла на ме­ня. – Я не бу­ду го­во­рить с ва­ми, по­ка здесь на­хо­дит­ся этот че­ло­век.

Раз­дражённо по­мор­щил­ся. Вот же уп­ря­мая, строп­ти­вая дев­чон­ка!

– Твоё же­ла­ние мне по­нят­но. И впол­не ис­пол­ни­мо. Прав­да, Сер­гей Иг­нать­е­вич, – с важ­ным ви­дом ко мне об­ра­тил­ся Вер­тин­ский, со­вер­шен­но по­за­быв, что мы уже дав­ным-дав­но об­ра­ща­ем­ся друг к дру­гу на «ты».

Внут­ри всё ки­пе­ло, на­ме­ре­вал­ся от­ка­зать­ся, но гля­дя на Вер­тин­ско­го, ко­то­рый ок­руг­лив гла­за, де­мон­ст­ра­тив­но по­ка­чи­вал го­ло­вой в сто­ро­ну в две­ри, ре­шил, что спо­рить бес­по­лез­но.

– Хо­ро­шо. Нет, про­блем, – хо­лод­но со­гла­сил­ся, мед­лен­ным ша­гом по­ки­дая ка­би­нет, кра­ем гла­за на­блю­дая за тем, как Алёна об­легчённо вы­дох­ну­ла.