Кровная Месть. И капля любви.

– И по­сле это­го про­дол­жишь изо­бра­жать не­вин­ную де­воч­ку, ко­то­рая по чис­той слу­чай­но­сти ока­за­лась в моём офи­се, а за­тем и в по­сте­ли.

На миг вздрог­ну­ла, осоз­нав, что поч­ти за­стиг­ну­та с по­лич­ным, но мыс­ли о ро­ди­те­лях, при­да­ва­ли мне сил, вы­ну­ж­дая иг­рать. Иг­рать по пра­ви­лам зве­ря. Вер­нее, уме­ло де­лать вид, что иг­раю по его пра­ви­лам.

– Ты па­ра­но­ик, Серёжа. Олег Пет­ро­ви­чем, – про­ку­рор го­ро­да. А я, как те­бе из­вест­но, учусь на фа­куль­те­те жур­на­ли­сти­ки. Хо­чу стать кри­ми­наль­ным жур­на­ли­стом. И мне улыб­ну­лась уда­ча.

Хо­лод­но отыг­ры­ва­ла роль, го­во­ри­ла за­учен­ные фра­зы, ко­то­рые пред­ва­ри­тель­но об­го­во­ри­ли с Пла­то­но­вым.

– Уда­ча те­бе улыб­ну­лась, Ве­ро­ни­ка, – моё имя он про­изнёс край­не жёстко, с осо­бым, са­ди­ст­ским пре­неб­ре­же­ни­ем, слов­но оно вы­зы­ва­ет у не­го лишь от­вра­ще­ние. – И дав­но ли те­бе улы­ба­ет­ся уда­ча, си­рот­ка Алёна.

Вол­ков та­ин­ст­вен­но ус­мех­ну­лась.

– Так, ты во­все не Чер­нич­ка – Ве­ро­нич­ка. А слад­кая шо­ко­лад­ка Алёнка. Прав­да, я ядо­ви­той на­чин­кой.

А вот те­перь мне по-на­стоя­ще­му ста­ло страш­но, ли­хо­ра­доч­но от­сту­па­ла на­зад, по­ка Вол­ков над­ви­гал­ся на ме­ня, за­тем­няя ог­ром­ной те­нью, да­вя уг­ро­жаю­щей ау­рой.

– Что та­кое, сме­лость не­ожи­дан­но по­ки­ну­ла те­бя, – Вол­ков ос­та­но­вил­ся в цен­тре ог­ром­но­го ка­би­не­та, пре­крас­но осоз­на­вая, что бе­жать мне не­ку­да, — я в пол­ной его вла­сти, без­рас­суд­но ока­за­лась в за­пад­не, по­па­ла в ла­пы зве­ря.

Те­ло за­тряс­лось.

– Да, уб­лю­док. Я Ла­ри­на Алёна Ро­ма­нов­на. Дочь – жен­щи­ны, ко­то­рую ты убил, – стре­ми­тель­но мет­ну­лась к сто­лу и мол­ние­нос­но дос­та­ла из ниж­не­го шка­фа пис­то­лет.

Сде­ла­ла всё, как учил ме­ня Вол­ков, да­же не пред­став­ляя, что имен­но я ста­ну его па­ла­чом. Тем че­ло­ве­ком, ко­то­рый вы­пус­тит ро­ко­вую пу­лю. Пря­мо в серд­це, без воз­мож­но­сти вы­жить.

Хлад­но­кров­ный мер­за­вец да­же бро­вью не по­вёл. Уве­рен­ным ша­гом Вол­ков на­пра­вил­ся ко мне, плав­но, шаг за ша­гом не­от­вра­ти­мо со­кра­щая ме­ж­ду на­ми рас­стоя­ние, слов­но ища смер­ти, при­зы­вая со­вер­шить пра­во­су­дие.

– Стой на мес­те, Вол­ков, – стыд­ли­во жа­лоб­но по­тре­бо­ва­ла, нерв­но дер­жа па­лец пря­мо на спус­ко­вом крюч­ке.

Муж­чи­на за­мер.

– Это не так про­сто, Алёна. Ка­жет­ся, лег­ко вы­стре­лить. Дер­жу па­ри, что ка­ж­дую ночь, за­кры­вая свои глаз­ки, ко­гда я неж­но при­жи­мал те­бе к се­бе, ты про­во­ра­чи­ва­ла в сво­ей свет­лой го­лов­ке имен­но эту кар­ти­ну. Прав­да?

Су­до­рож­но тря­ся пис­то­ле­том, при­крик­ну­ла, – прав­да, сво­лочь. Всё так и бы­ло.

Вол­ков снис­хо­ди­тель­но ух­мыль­нул­ся, со­хра­няя са­мо­об­ла­да­ние, над­мен­но по­ка­зы­вая, что имен­но он вла­де­ет си­туа­ци­ей, да­же то­гда, ко­гда на­хо­дит­ся у ме­ня под при­це­лом.

– Ты очень по­хо­жа на Ла­ри­су. Ду­рак, как же я рань­ше не до­га­дал­ся, что ты её дочь. У те­бя её гла­за. В них по­лы­ха­ет огонь.

– За­ткнись. Не смей упо­ми­нать её имя, – имя ма­те­ри все­гда бы­ло свя­то для ме­ня, этот по­до­нок по­ро­чить его, про­сто про­из­но­ся.

Вол­ков вновь про­дол­жил дви­же­ние и, ока­зав­шись на рас­стоя­нии вы­тя­ну­той ру­ки, сме­ло об­хва­тил ду­ло пис­то­ле­та и при­жал его к гру­ди.

– Не­ве­ро­ят­ные гла­за. Се­вер­ное сия­ние. Хо­лод­ные и та­кие ма­ня­щие.

– Ко­гда муж­чи­на не мо­жет сде­лать ком­пле­мент, он го­во­рит о гла­зах.

Вол­ков на­блю­дал за мной, на­ив­но по­ла­гая, что я спа­сую…

– Стре­ляй, Алёна, – он са­мо­уве­рен­но и жёстко скольз­нул хо­лод­ным ду­лом по гру­ди, ос­та­но­вив его пря­мо воз­ле серд­ца. – Стре­ляй. По­смот­рим, на­сколь­ко ты по­хо­жа на свою мать, ко­то­рая ни­ко­гда не от­сту­па­ла. За это соб­ст­вен­но, и по­пла­ти­лась.

Барь­е­ры па­ли…Кровь за­бур­ли­ла. Ни­ка­ко­го стра­ха. Ни­ко­гда со­жа­ле­ния. Па­лец уве­рен­но на­да­вил на спус­ко­вой крю­чок…

Но вы­стре­ла не по­сле­до­ва­ла.

Ру­ки ли­хо­ра­доч­но за­тряс­лись, с ди­ким ужа­сом смот­ре­ла в со­вер­шен­но не­про­ни­цае­мое ли­цо Вол­ко­ва.

Муж­чи­на гру­бо вы­рвал из мо­их рук пис­то­лет и над­мен­но ус­мех­нув­шись, хо­лод­но кон­ста­ти­ро­вал, – ты ме­ня нис­коль­ко не раз­оча­ро­ва­ла, Алёна. Жаль, что ме­ня не до оце­ни­ла.

Вол­ков валь­яж­но дос­тал ма­га­зин из пис­то­ле­та.

– Нет па­тро­нов, – за­по­зда­ло кон­ста­ти­ро­ва­ла, обес­си­лен­но спол­зая по сте­не.

– Со­вер­шен­но вер­но, – зве­ри­ный блеск за­пол­нил муж­ской взгляд. – Алёна, ты ма­лень­кая, глу­пая де­воч­ка. Ко­му ты бро­си­ла вы­зов?

От­ча­ян­но на­кры­ла го­ло­ву ла­до­ня­ми, стре­ми­тель­но па­дая в про­пасть.

Ад раз­вер­зся. Все ли­чи­ны сбро­ше­ны.

– И что те­перь ты бу­дешь де­лать? – Мед­лен­но при­под­няв го­ло­ву, гля­дя на не­го сни­зу-вверх, про­шеп­та­ла, – убей. Да­вай, чу­до­ви­ще. Я не бо­юсь.

Вол­ков при­глушённо рас­сме­ял­ся, мед­лен­но при­са­жи­ва­ясь воз­ле ме­ня.

Ствол хо­лод­но­го ору­жия скольз­нул по мо­ему по­лы­хаю­ще­му ли­цу.

– Бо­ишь­ся, слад­кая шо­ко­лад­ка. Бе­зум­но бо­ишь­ся. Толь­ко вот твой страх про­снул­ся слиш­ком позд­но. Ми­лое ли­чи­ко. Но со­вер­шен­но нет моз­гов. В этом твоя про­бле­ма. Ну и ди­кая строп­ти­вость.

Серд­це бе­ше­но за­сту­ча­ло в гру­ди, ог­лу­ши­тель­но от­да­ва­ясь в ушах.

– Уби­вай, по­до­нок. Де­лай, что хо­чешь. Но знай, что я не од­на.

Вол­ков снис­хо­ди­тель­но ок­руг­лил гла­за.

– А с кем ты, глу­пыш­ка? – С ток­сич­ным сар­каз­мом про­го­во­рил он. – На­де­ешь­ся на по­мощь Пла­то­но­ва? Так дол­жен те­бя огор­чить. Это­му уб­люд­ку те­перь точ­но не до те­бя.

***

Мед­лен­но и без­мя­теж­но про­гу­ли­ва­лась с бра­ти­ком в ле­су не­да­ле­ко от пан­сио­на­та, в ко­то­ром про­жи­ва­ли че­ты­ре го­да, по­сле тра­ги­че­ской, без­вре­мен­ной смер­ти ро­ди­те­лей.

Сна­ча­ла не­на­ви­де­ла пан­сио­нат, зли­лась, а по­том по­сте­пен­но при­ня­ла прав­ду жиз­ни. Бра­ла бра­та и ухо­ди­ла лес…Ти­ши­на при­да­ва­ла мне спо­кой­ст­вие, по­зво­ля­ла хо­тя бы на вре­мя убе­жать от ре­аль­но­сти! В ле­су пря­та­лась от жес­то­ко­го, су­ро­во­го ми­ра.