Танцовщица для дракона

И всё равно стал раной.

— Нет.

— Видела карту раньше?

— Только копию в архиве. С тобой.

— Это не та карта.

— Я понимаю.

Он посмотрел на письмо.

— Письмо вскрыть.

Джамаль сломал печать.

Шахрияр читал молча. Лейла следила за его лицом и видела, как каждая строка делает стену выше.

— Что там? — спросила она.

Он не ответил сразу. Потом положил письмо на стол.

— От имени пенсарского человека. Пишет, что знак получен, карта будет полной после встречи. Упоминает тебя.

— Что именно?

Шахрияр поднял глаза.

— «Дочь писца держит ключ ближе к саду. После ночи дракона ей поверят меньше, чем печати».

Ясмина ахнула.

Рума выругалась.

Лейла почувствовала тошноту.

Это было сделано слишком точно. Новые покои. Ключ. Ночь. Письмо отца. Карта источников. Всё, что болело, собрано в один узел.

— Это подброс, — сказала она.

— Да, — сказал Фарид. — Слишком красивый.

Шахрияр молчал.

Лейла смотрела только на него.

— Скажи это.

Он поднял взгляд.

— Что?

— Что это подброс.

— Это может быть подбросом.

Может.

Слово упало между ними, как закрытая решётка.

Лейла медленно выдохнула.

— Может?

— Я обязан проверить.

— Я стою перед тобой.

— Передо мной стоит карта источников, письмо с печатью Пенсары, прежнее письмо от имени Намира и просьба о знаке хранилища.

— И я.

— И ты.

Его голос не дрогнул. Но глаза дрогнули. Там был не только падишах. Там был мужчина, который прошлой ночью держал её в руках, и тот же мужчина сейчас не позволял себе шагнуть к ней.

Джамаль сказал:

— Повелитель, панель открывали через шахту. Девушка не могла сделать это из комнаты, не оставив следов на руках.

Рашид вошёл без приглашения.

За ним двое советников и писец. Он был полностью одет, словно ждал этой ночи в коридоре.

— Мой повелитель, мне сообщили о находке.

Шахрияр резко повернул голову.

— Кто сообщил?

Рашид выдержал взгляд.

— Стражник у малого сада. Весть о карте источников нельзя держать в женских комнатах.

Халима шагнула вперёд.

— Стражник получит плеть за язык.

Рашид даже не посмотрел на неё.

— Здесь не вопрос языка. Здесь вопрос воды.

Его взгляд лег на Лейлу.

— Я предупреждал совет: письма из Пенсары, посольские люди и женщина рядом с печатями падишаха создают угрозу.

Шахрияр сказал тихо:

— Осторожнее.

— Я осторожен. Потому и прошу немедленной изоляции Лейлы Сайран до суда. Не темница. Северные покои. Служанку оставить, еду проверять, допрос при свидетелях. Если она невиновна, расследование очистит её имя.

Лейла усмехнулась. Звук вышел чужим.

— Как щедро.

Рашид склонил голову.

— Вам лучше молчать.

Шахрияр сделал шаг.

— Ей будете советовать только после моего позволения.

Рашид поклонился глубже.

— Как повелите.

Ясмина подбежала к столу.

— Я проверяла нишу! Там было пусто! Спросите Фарида, он видел!

Фарид кивнул.

— Видел. Ниша была пустой.

— Значит, кто-то вошёл через шахту! — Ясмина почти кричала. — Это не Лейла!

Джамаль спокойно сказал:

— Мы проверим шахту.

Рашид поднял бровь.

— Проверяйте. Но пока карта найдена в её покоях.

В дверь вошёл посольский гонец.

Фарид тут же преградил ему путь.

— Назад.

— Срочное заявление от посла Самира аль-Пенсара.

Шахрияр медленно повернулся.

— Сейчас?

Гонец сглотнул.

— Посол заявляет, что Пенсара не причастна к краже карт и требует защитить Лейлу Сайран от дворцовой расправы.

Тишина стала мёртвой.

Рашид улыбнулся едва заметно.

— Как трогательно. Пенсарский посол защищает пенсарскую девушку в ту же минуту, когда у неё нашли пенсарскую печать и карту источников.

Лейла закрыла глаза.

Самир только что не спас её.

Он положил ещё один камень на грудь.

Шахрияр сказал Фариду:

— Гонца задержать. Самира из посольского двора не выпускать. Всех его людей разъединить.

— Да, повелитель.

Рашид сложил руки.

— Теперь промедление опасно.

Шахрияр стоял неподвижно.

Лейла видела, как внутри него идёт бой. Дракон. Падишах. Мужчина. Прошлое. Азиза. Ночь. Карта. Её лицо.

Она шагнула к нему.

— Я не брала карту.

— Я хочу верить.

— Хочешь?

Боль в её голосе была слишком явной.

Он смотрел прямо.

— Да.

— После прошлой ночи ты говоришь мне «хочу»?

— После прошлой ночи я обязан не дать ей ослепить меня.

Она застыла.

Рашид молчал. Халима тоже. Ясмина плакала без звука.

Лейла кивнула один раз.

— Тогда проверяй.

Шахрияр сжал пальцы.

— До конца проверки ты перейдёшь в северные покои.

Ясмина всхлипнула.

Рума резко сказала:

— Повелитель.

Он не отвёл взгляда от Лейлы.

— Ясмина останется с тобой. Рума будет проверять еду. Халима входит без ограничений. Фарид контролирует двери. Джамаль ведёт расследование. Никто из людей Рашида не касается тебя.

— Какая заботливая клетка.

Слова ударили его. Она видела.

— Это не темница.

— Для пленницы разница в названии.

Шахрияр подошёл ближе. Очень близко. Но не коснулся.

— Я не вынес приговор.

— Нет. Ты только закрыл дверь до приговора.

— Лейла.

— Не надо.

Она отступила сама.

Метка под рукавом вдруг стала холодной. Впервые с момента появления.

Халима тихо сказала:

— Нужно одеться.

Лейла повернулась к Ясмине.

— Поможешь?

Ясмина кивнула быстро, вытирая лицо.

Рума встала у двери спальни, не пуская никого следом. Халима пошла с ними. Лейла сняла ночной халат и надела простое закрытое платье. Руки слушались плохо, но она не дала Ясмине застегнуть всё. Последние крючки закрыла сама.

— Я проверяла нишу, — шептала Ясмина. — Клянусь.

— Я знаю.

— Он поверит?

Лейла посмотрела на закрытый рукав.

— Он проверит.

— Это не ответ.

— Это его ответ.

Когда они вышли, карта уже лежала в тубусе под печатью Джамаля. Письмо — в отдельном футляре. Рашид стоял у стены. Его лицо было строгим, почти скорбным. Замира не появилась, но Лейла чувствовала её отсутствие как след духов на ткани.

Шахрияр ждал у двери.

— Северные покои подготовят за час.

— Я пойду сейчас.