Страница 90 из 99
Глава 20. Син Юэ/Сяо Фэн
Гул барабанов растревожил меня вечером. Я сидела возле зеркала, держа в руках гребень. С самого утра себе места не находила, так и не разделась, но волосы успела расплести. Сердце колотилось так сильно, словно хотело вырваться из груди.
Барабаны. Я помнила эти барабаны.
В моей прошлой жизни, ровно в этот же день, они звучали точно так же. Ничего не изменилось. Как и тогда дрожал воздух, вибрировали стены, и по крепости разносился гул шагов стражников. И так же никто не понимал, что смерть уже стоит у ворот.
Я медленно подошла к маленькому оконцу, но оно, увы, не выходило на стены. Зато я отчетливее распознала сигналы.
— Нет... — слова сорвались сами собой.
История не могла повторится. Я ведь многое изменила, многое поменяла. Неужели судьба до сих пор отворачивается от меня и колотит в ворота Усина своим гневным кулаком?
Все должно быть иначе, но все, как назло, повторяется.
Я торопливо вышла из комнаты, застыв в коридоре. Там уже находилось множество людей.
Все отринули приличия, мужчины выбегали и наспех одевали шлемы. Женщины уходили в другую сторону.
Я схватила за рукав первого попавшегося стражника.
— Что случилось?
Воин поклонился.
— Барышня Сяо, под стены прибыли войска столицы.
На мгновение мир качнулся. Да, мой самый потаенный страх исполнился. Мои поступки были бесполезны. Они прибыли, и они здесь. Они пришли карать мою семью.
Именно в этот момент среди спешащих людей я увидела Шаохэна. Он шел через двор широкими шагами, уже облаченный в доспехи. Меч висел на его поясе, а лицо было мрачным и серьезным.
Он тоже заметил меня и приблизился.
— Почему вы здесь, барышня Сяо? Барабаны не слышали? Идите за другими женщинами и не высовывайтесь.
— Я не уйду, — капризно топнула я ногой. — Кто там?
— Кто за стенами? — вытянулся Син Шаохэн, оторопев от моей наглости. Но видно я напомнила ему сестру, ведь он быстро смягчился. — Перед крепостью встало войско Чжан, и еще личная гвардия императора во главе с канцлером и Гуань Фэном.
— Гуань Фэн? — изумилась я.
В прошлой жизни он в этом столкновении не участвовал. Как и армия Чжан. Получается, я не изменила ситуацию с кланом Син, но поменяла карателей.
Небеса, за что вы так издеваетесь надо мной? Как я буду смотреть в глаза Чжан Чэну, если он нанесет вред моему отцу?
— Он чиновник из Ведомства наказаний, — хмыкнул Син Шаохэн. — Кому, как не ему, карать виновных?
Фраза прозвучала с сарказмом. Он-то до сих пор доверял Гуань Фэну. Но этот его сарказм на секунду меня окрылил.
Пускай мне не удалось отвести беду от клана Син, но Чжан Чэн-то честный и благородный человек. В момент моего падения он меня защитил и пожертвовал собой. Не позволил меня убить. Он не даст просто так напасть на крепость.
— Куда вы идете? — отрывисто спросила я брата.
— На совет.
Он явно торопился, а я, как маленький ребенок, ухватилась за его одежду. Вцепилась насмерть.
— Возьмите меня с собой.
— Нет. Барышня Сяо, вы в своей уме?
— Я не отстану и не уйду. Буду держаться. — пригрозила я.
Он попытался освободиться, но безуспешно. Мой брат, в отличие от меня, не мог так легко отбросить все условности. Не пинать же ополоумевшую от страха и горя девушку?
— Я буду молчать, — взмолилась я, — и слова не скажу, но возьмите.
Шаохэн закатил глаза. Наверное, выглядела я жалко, но и он спешил. Рассудив, что меня прогонит его отец, он тихо прошептал:
— Ни звука там. И если вас не впустит отец, это ваши проблемы.
Пока мы шли к залу совета, я вдруг поймала себя на мысли, что эта неделя оказалась почти счастливой.
Смешно. Вокруг собиралась война, мы ждали удара каждый день, но впервые с перерождения я провела семь дней рядом с семьей Син. Со своей семьей.
Я завтракала с ними, обедала, слушала разговоры генерала. Я даже перестала обращать внимание на недовольные взгляды Син Юэ.
Все это было благословением. В прошлой жизни я бы отдала все сокровища мира за еще один такой день, за возможность просто сидеть рядом.
Грудь болезненно сжалась. Нельзя сейчас об этом думать.
Мы вошли в помещение, где Син Вэньцзе собрал своих военачальников. Увидев меня рядом с сыном, генерал Син устало потер переносицу.
— Шаохэн... Барышня Син...
— Отец, я не смог от нее избавиться, — одарил меня Шаохэн нечитаемым взглядом, — приличным способом.
Генерал посмотрел на меня, перевел взгляд на сына и снова на меня. Полагаю, он был до сих пор уверен, что я до безумия влюблена в его сына. Разубеждать не буду, эта ошибка должна помочь мне.
Я не удивилась, когда генерал от меня отмахнулся и показал на угол, где уже устроилась его дочь.
— Садись, Сяо Фэн, иди к моей Юэ-эр.
Я послушно направилась туда. Судя по реакции отца и по поведению Син Юэ, она тоже попала в зал совета аналогичным способом. Просто вцепилась в батюшку и не отпускала. Мужчины из клана Син были храбры, смелы и имели славу самых могущественных генералов, но вся их сила заканчивалась там, где начинались женские слезы.
До этого момента мы с Син Юэ были чуть ли не врагами, но в эту минуту сжали ладони друг друга.
Генерал Син развернул послание и мрачно заговорил, обращаясь к военачальникам:
— Мне написал чиновник из Ведомства наказаний. Вы все его знаете, это господин Гуань Фэн. Он вежливо просит о встрече со мной, гарантирует, что мне ничего не угрожает. Уверяет в том, что они стоят перед нашей крепостью только ради переговоров.
Несколько военачальников переглянулись. Один из старших генералов резко поднялся.
— Нельзя, генерал Син.
— Это ловушка.
— Они хотят выманить вас из крепости.
— Как только ворота откроются, вас уничтожат.
Голоса зазвучали один за другим. Все говорили одновременно, все были против.
Я и Син Юэ сидели неподвижно. Наши сплетенные пальцы постепенно холодели.
Вперед подался Шаохэн.
— Отец, я понимаю, что вы не доверяете уловкам. Но мы же говорим о Гуань Фэне. Я знаю его с детства. Он не предаст.
От нервозности я икнула, но никто не обратил на меня внимания.
Тем временем Шаохэн продолжал:
— Вспомни, он не раз нас выручал.
Син Вэньцзе задумался, а я впала в панику.
— Вы, что, господин Син, предлагаете нашему генералу пойти? — возмутился один из военачальников. — Понятно, вы были дружны с ищейкой. Но если с генералом что-то случится, мы будем сразу побеждены.
Шаохэн поморщился.